Год 1492-й: конец света или начало истории? - Андрей Пустогаров

Глава 3 «От Герберштейна к ПВЛ» показывает, как последовательно формировался миф о Киевской Руси на Днепре. «Древнерусские летописи» появились в России в 18 веке, главным образом, благодаря отцу русской историографии Василию Татищеву. Современные историки характеризуют методы Татищева словом «фальсификация». До 18 века основными книгами, которые содержали сведения о Киевской Руси на Днепре, были: «Московия» Сигизмунда Герберштейна (1549), «Хроника польская, литовская, жмудская и всей Руси» Матея Стрыйковского (1582) и «Синопсис, или Краткое описание о начале русского народа» (т. н. Киевский Синопсис) (1674). Сравнение «Московии» с ПВЛ показывает, что автор ПВЛ использовал текст Герберштейна, а не наоборот. Так в ПВЛ вошли все сведения Герберштейна о Киевской Руси. А вот любитель ярких деталей Герберштейн отчего-то проигнорировал многие из тех, что содержатся в ПВЛ. Анализ Киевского Синопсиса показывает, что его автор не использовал ПВЛ. К примеру, Синопсис приводит почти полностью отличный от ПВЛ список идолов, воздвигнутых Владимиром, позаимствовав имена идолов у польских хронистов. Также Синопсис сообщает, что убийцу князя Игоря звали не Мал, как в ПВЛ, а Низкиня, позаимствовав последнее имя из Хроники Стрыйковского. Но ведь, по свидетельству Синопсиса, ПВЛ написана монахом Печерского монастыря – того самого, где Синопсис был издан. Если автор Синопсиса не использовал ПВЛ, то очевидно, что в его время, то есть во второй половине 17 века, ПВЛ еще просто не существовало. Что полностью согласуется с фактом появления «древнерусских летописей» в 18 веке. Автором их, по всей видимости, был Василий Татищев. Таким образом, порядок появления сочинений о Киевской Руси на Днепре следующий: «Московия» Сигизмунда Герберштейна – «Хроника…» Матея Стрыйковского – Киевский Синопсис – ПВЛ. В эпоху складывающегося абсолютизма происходила приватизация власти: из выборной она становилась наследственной. Для придания законности династической власти понадобились уходящие в древность генеалогии. Одними из первых такие генеалогии были созданы при венском дворе императора Священной Римской империи Максимилиана. По тому же типу была написана «Московия» выпускника Венского университета Сигизмунда Герберштейна. Поэтому много совпадений между походами киевских князей на Константинополь и германских императоров на Рим. В ключевых моментах совпадают биографии крестителя Венгрии святого Стефана и крестителя Киевской Руси святого Владимира.

Глава 4 «Русский от слова руда» говорит о причинах, по которым комплекс сказаний о киевских князьях появился на Дунае, а не на Днепре. Главная причина – отсутствие на Русской равнине вплоть до 17 века разведанных месторождений железа и меди. Поэтому железо могло добываться только из болотной руды (бурого железняка). Современные эксперименты показали, что таким образом можно получить железо только низкого качества, не пригодное для изготовления оружия. А вот Дунай всегда был известен своими металлургическими регионами, в частности, Словацким Рудогорьем и Рашской областью. Недаром, прежде чем взять Константинополь, Османы установили контроль над Рашской областью в Сербии. Именно за нее шла битва на Косовом поле. Этот промышленно высокоразвитый Дунайский регион породил комплекс литературных сказаний, впоследствии перенесенных на Днепр. От украинского Закарпатья, населенного русинами, на юго-запад до Сербии протянулась область с постоянным присутствием топонимов и этнонимов рус-руд-рас, известная давними традициями добычи и обработки руд. Это и есть земля русская начальных глав ПВЛ. Само название «русский», произошедшее за счет выпадения «д» от прилагательного «рудсый», мы производим от слова руда:

русы =рудсые = рудные, то есть группа людей, ведущих добычу и обработку руды

Глава 5 «Drang nach Bosporus» обосновывает тезис, что основным мотивом создания мифа о Киевской Руси на Днепре было вовлечение Московии и впоследствии Российской империи в совместные с Габсбургами войны против Османской империи. Папским посланником Антонио Поссевино Ивану Грозному было предложено: являясь «законным наследником и приемником той власти, которую… через 500 лет унаследовал от Владимира» стать «восточным императором». Взамен Иван Грозный признал бы главенство над собой папы римского. Этот замысел начал осуществляться со времени Азовского похода Петра Первого. Претензии России на контроль над Босфором стали причиной Крымской войны. В ходе Первой Мировой Россия заявила о намерении включить Босфор и Константинополь в свой состав. На весну 1917 года была назначена «Босфорская операция» под командованием вице-адмирала Колчака. Попытка установить контроль над Босфором была одной из причин, вызвавших Первую Мировую войну и крушение Российской империи.

В Главе 6 «Киев как Троя» обсуждаются причины, по которым Киев на Днепре стал точкой приложения мифа о Древней Руси. Идея translatio imperii (перенос власти) была официальной доктриной немецкой историографии, выводившей власть Габсбургов напрямую от римских императоров. Вместе с переносом власти осуществлялся translatio nominis, то есть перенос «святого города». Пещеры Киево-Печерского монастыря обладали редким свойством мумифицировать человеческие останки, в связи с чем бытовала легенда, что на месте Киева некогда находилась древняя Троя. Сигизмунду Герберштейну оставалось заменить троянских героев на древнерусский князей. Окраинное положение Киева на Днепре стало причиной того, что туда в начале 17 века после Люблинской унии переместилась православная фронда. Кроме того, Киев был своего рода воротами в находившуюся ниже по Днепру Запорожскую Сечь. Для австрийской дипломатии, разыгрывавшей антипольскую карту, оппозиционность к Польше со стороны киевской «православной партии» и Запорожской Сечи была аргументом в пользу создания мифа о Древней Руси на базе днепровского Киева. Миф этот был развит киевской «православной партией». Одним из результатов киевской «культурной революции» стало издание в 1674 году Киевского Синопсиса.

Глава 1. Испытание топографией

В 1850 г. по высочайшему повелению Николая I запрещено было подвергать критике вопрос о годе основания русского государства, ибо де 862-й год назначен преподобным Нестором.

1. Дунай вместо Днепра

В октябре, в пору листопада, ясных дней и холодных ночных туманов я оказался в Киеве. В парке на крутом правом берегу Днепра я распрощался с другом и пошел к Лавре. Где-то позади на склоне стоял со своим крестом чугунный Владимир. Но идти к нему не хотелось. Представьте, что конная милиция загоняет вас в реку и объявляет, что теперь вы христианин. Какие останутся впечатления?

Впереди из-за поросших травой земляных бастионов выглядывали золоченые башенки Лавры. Внизу блестела на солнце река, оттолкнувшийся от воды ветер с разбегу взлетал на кручу на том берегу угадывались лодочные причалы Гидропарка.

«…и въшед на горя сия,и благослови я,и постави крестъ,и помолився Богуи слезе съ горы сея,идеже послеже бысть Киевъ…»

– так «Повесть временных лет» (ПВЛ) рассказывает о приходе Андрея Первозванного на киевские горы.

На каждом холме апостол Андрей мог поставить крест. Но текст не дает поверить, что это было здесь, на Днепре. Мешает топография: «А Днепр втечеть в Понтеское море треми жерелы, иже море словеть Руское, по нему же оучилъ святыи апостолъ Андреи, братъ Петровъ…» (ПВЛ, Введение).

Я уже чувствовал ответ, когда смотрел на карту Черного моря. Вот три русла. Это Дунай. И вся история Киевской Руси совершила на моих глазах плавный поворот, с облегчением возвратившись на свое настоящее место – на прекрасный голубой Дунай.

(Мысль о том, что апостол Андрей путешествовал по Дунаю, по-видимому, впервые высказана в статье А. Никитина «Ошибка древнего географа» Вокруг света, № 12, 1986. Никитин, однако считает, что текст о путешествии апостола – это поздняя вставка в ПВЛ, не ставящая под сомнение географическую привязку основных ее событий).

Всем стало легче. Апостолу Андрею теперь не надо было возвращаться в Рим от Черного моря по странноватому маршруту – через море Балтийское вокруг всей Европы. Вряд ли бы он нашел попутное транспортное средство. Теперь он мог подняться вверх по Дунаю и, дойдя до Белграда, решить, как двигаться дальше. Он мог свернуть на Триест к Адриатике. А мог продолжить подниматься по Дунаю, а потом перебраться в Рону и спуститься по ней к морю в Марсель. Оттуда, наверняка, вдоль берега ходили суда в Италию.

Купцам, идущим «из варяг в греки», теперь не надо было преодолевать растянувшиеся на девяносто километров днепровские пороги. В шестнадцатом веке в Москву достаточно часто путешествовали делегации Константинопольской патриархии. Маршрут был следующий: Константинополь – Молдавия – Львов – Вильно (Вильнюс) – Смоленск – Москва (к примеру, см: Арсений архиепископ Элассонский Описание путешествия в Московию). Вроде бы более легкий и короткий путь по Днепру через Киев – Чернигов – Смоленск отчего-то совсем ими не использовался, хотя находящееся в низовьях Днепра Крымское ханство было союзно Константинополю, а выше по Днепру располагалась защитница православия Запорожская Сечь.