Фуэте для полковника - Татьяна Васильевна Бронзова

– Здравствуй! Я так жду твоего звонка. Что-то прояснилось?

– Да, – радостно сообщил он. – Завтра утром ты получаешь гражданство. Ты будешь свободна!

У Леночки радостно забилось сердце, и счастливая улыбка осветило её лицо.

– Сейчас вопрос только в одном, – продолжал Дмитрий. – Кто доставит тебя в безопасности до приёмной эмиграционного отдела в министерстве. Сам я это сделать не могу. Ведь вполне возможно, что за мной ещё следят.

Хотя тёмно-синего «пежо», преследующего его ранее, он не видел со вчерашнего дня, рисковать Измайлов не хотел.

– Мы уже думали с Матильдой Феликсовной об этом, – успокоила его Савельева. – К сожалению, Владимир Андреевич уехал на неделю по делам в Канны, но меня проводит его камердинер Георгий.

– Это прекрасно. Вызовите такси. А я буду ждать вас ровно в девять внутри здания.

«Какое счастье, – подумала Леночка. – Завтра наконец-то я его увижу!» Радостное волнение охватило её, и теплая волна разлилась по всему телу. Скорей бы завтра!

А Измайлов, переговорив с девушкой, отправился домой переодеться. На вернисаже этого модника Леваля неприлично появиться в будничной одежде. «Жаль, что я не могу взять с собой Леночку, – подумал он. – А интересно, понравились бы ей картины Леваля?»

* * *

В четверг в посольство Советского Союза в одиннадцать часов ноль-ноль минут пришло сообщение, что правительством Франции удовлетворено ходатайство Савельевой Елены Петровны, тысяча девятьсот тридцать восьмого года рождения, о принятии французского гражданства и что отныне она является таковой со всеми правами, записанными в конституции страны.

– Вот и конец этой истории, – обречённо произнёс полковник.

Не получилось у него выловить Савельеву. Ну и ладно! В конце концов, кто она такая?! Обыкновенная девчонка из кордебалета. Ею не будут интересоваться никакие СМИ ни из одной страны. А он сразу после возвращения домой подаст в отставку. Уйдёт на пенсию. Да, теперь уж точно не придётся его жене называть себя генеральшей, но на этот раз она его поймёт. Он был в этом уверен. Жить они станут на даче. Дом у них большой, тёплый. Огородик есть. Сад. Как хорошо! Дети будут приезжать с внуками.

Дочь Кудряшова давно жила с мужем в Ленинграде, старший сын занимал большую должность в советских войсках, расквартированных в Восточной Германии. С родителями пока оставался только младший Егор. Но и он на следующий год уже заканчивал МГИМО. Будущий дипломат! Учится на отлично. Молодец! Конечно, полковник использует все свои связи, чтобы его мальчика послали на работу в европейскую страну. Всё равно какую. В Европе все страны хороши. Правда, к окончанию учебы сын обязательно должен жениться, но в этом проблемы Кудряшов вообще не видел. Невеста найдётся! Он не сомневался.

До отлёта в Москву оставалось всего три дня. Скорей бы!

А ведь заставила его эта Савельева понервничать! Но у полковника сейчас не было на неё злобы. Даже наоборот, в его голове вертелись совершенно крамольные мысли: «Может, и к лучшему, что скрылась. Девчонка-то неплохая, а в Москве её ждало действительно совсем не лучшее будущее».

Конечно, ненависть к девушке прошла только тогда, когда выяснилось, что за её побег целиком отвечает Егоров, а ему только вынесут выговор, но теперь, когда полковник твёрдо решил уйти на пенсию, его уже вообще ничего не волновало. Выговор, так выговор.

Бедный Кудряшов! Он не знал, что готовит ему Шиманова перед вылетом домой! Ему даже в голову не могло прийти, что умная, красивая и перспективная работница КГБ, которой он теперь доверял безоговорочно, готовит ему в своей шахматной игре настоящий и беспощадный мат! Тут выговором ему не отделаться. Бедный-бедный Кудряшов!

* * *

А между тем Вику беспокоил не только вопрос самого побега, но ещё и вопрос своих туалетов. Она была уверена, что полетят они все по одному билету и багаж будет сдаваться всеми вместе, как общий. Так было при перелёте два года назад из Лондона, значит, так будет и сейчас. А раз у неё не будет номера бирки, кто ж найдет её чемодан в общей куче сданного багажа после того, как она останется? Значит, все её наряды улетят в Москву. Главное, конечно, ей был необходим паспорт, и она получит его из рук администратора театра перед паспортным контролем, но багаж-то при этом уже будет сдан! Шиманова очень дорожила своими платьями. Ведь они были модными, красивыми, эксклюзивными! Когда она ещё начнет здесь зарабатывать, чтобы купить хотя бы одно такое? И, главное, в чём она первое время будет ходить по Парижу? Только в том, в чём приедет в аэропорт? Ну уж нет! Вика любила красиво одеваться.

«Значит, их не надо класть в чемодан», – твёрдо решила она.

Прежде всего, к большому сожалению девушки, она поняла, что придётся отобрать только несколько нарядов, чтобы чемодан не стал уж очень лёгким. Это могло бы вызвать подозрение, что совершенно нежелательно. Как ей было ни жаль, но с основной частью вещей приходилось всё-таки распрощаться. Рисковать нельзя. А вот где оставить то, что она отберёт? Куда всё это спрятать? Как вынести из гостиницы? Теперь только этот вопрос мучил Вику. А до побега оставалось всего три дня!

Глава 15

Когда Елена вошла в эмиграционный отдел при министерстве, она сразу увидела Дмитрия. Они бросились навстречу друг другу. Наконец-то! Народу в зале было немного. Вызывали по одному. Савельева с Дмитрием стояли молча, взявшись за руки, в ожидании. Наконец раздалось:

– Мадемуазель Савельева.

Елена, не отпуская руку Дмитрия, направилась к дверям.

– Пойдём вместе. Я могу что-то не понять. Ты переведешь.

– Конечно, – улыбнулся Измайлов. Он был счастлив. У них всё получилось. Сейчас Леночка получит паспорт и будет свободным человеком. А ведь это он помог ей! Он спас девушку! Дмитрий чувствовал себя героем.

Счастливые, возвращались они домой. Матильда с нетерпением ждала в гостиной.

– Поздравляю! – поднялась она навстречу входящим.

На кухне крутилась Елизавета, готовя праздничный завтрак. Кухня располагалась в полуподвальном помещении, из-за открытых там окон в гостиную проникали ароматный и дразнящий запах запекающейся утки с яблоками и неуловимый запах каких-то пряностей и фруктов. Всё это так возбуждало аппетит, что Дмитрий невольно взглянул на часы. До двенадцати был ещё целый час.

Елена, со счастливым лицом оттого, что всё страшное осталось позади, рассказывала княгине о том, как её встретили в министерстве, о чём говорили, как она получала документы и, наконец, как она села в машину Измайлова и они вместе поехали домой.

– Дима сказал, что он не заметил за нами никакой слежки. Значит, они оставили