Паноптикум - Роман Светачев

— Кто привел тебя сюда? — спросил он хриплым голосом, который звучал так, словно легкие его были забиты землей.

— Проводник. А вы кто? — Горемыка чуть отступил назад от незнакомца.

— Зря ты полез сюда, парень, — просипел человек.

— Я просто хотел немного разобраться в своей жизни и в себе самом, вот и все.

— Невозможно разобраться в жизни, забравшись на территорию смерти. Чтобы разобраться в жизни — нужно просто жить, понимаешь? А тут жизни нет. Он хочет отвести тебя в Храм. В их Храм.

— Храм? О чем вы? — Горемыка опешил.

— Там ты превратишься в нечто. В человека нового типа. Я видел много таких. Когда они выходят из храма, то становятся совершенно другими людьми. Я не знаю, что там делают с людьми, но тебе нельзя идти туда, если ты хочешь остаться в живых.

— Я не понимаю, — Горемыка чуть не плакал от напряжения и усталости. — Кто вы такой, какой еще Храм и где Жук?

— Проводники водят сюда людей и превращают их в нечто. В какой-то новый вид, который затем возвращается на Землю. Внешне люди не меняются, но они уже не являются людьми изнутри, понимаешь? От людей остается лишь оболочка. Я не знаю, в чем смысл всего этого и какая преследуется цель, но я знаю одно: если ты пойдешь с ним в Храм, то они с тобой что-то сделают. Сделают что-то с твоей душой, и ты никогда уже не будешь прежним, понимаешь?

— Кто сделает, что сделают?

— Те, кто создал это место, те, кто прилетел на Землю десять лет назад и создал это место, этот Полигон. Тут даже небо не такое, как на Земле. Тут небо такое, как там, у них.

— У них — это где?

— В далеком уголке космоса, откуда они родом.

— Но зачем им мы? Для чего они создали этот Полигон? И что они делают с людьми, попавшими сюда?

— Этого я не знаю.

— А кто вы такой? Может, объясните?

— Я один из жителей Рилки. Не все люди захотели эвакуироваться отсюда. Некоторые спрятались от военных, а потом вернулись в свои дома и продолжили жить здесь. Хотя теперь я об этом жалею.

— И много вас таких? И как вы живете, где берете продукты?

— Они забрали моих детей. Я их больше никогда не видел. Мне не было смысла уходить отсюда, я не собирался ни от кого прятаться. А они меня и не тронули. Часть из тех, кто остался, потом все же решили покинуть это место, но не смогли. И дело не в военных кордонах, дело в том, что если провести здесь какое-то время, то ты меняешься и уже не можешь отсюда выбраться, чем дальше ты уходишь от центра Полигона, тем хуже тебе становится. А насчет еды — со временем потребность в еде исчезает практически полностью, так же как и потребность в воде или сне. А сердце замедляет свой ход настолько, что бьется по нескольку раз в минуту. И я не шучу. Поэтому мне отсюда уже не выбраться, а вот ты можешь спастись. Они заводят сюда разных людей — тех, кто ищет приключений или хочет изучить как-то это место, или просто тех, кто пошел сюда от скуки. Так называемые проводники заводят их сюда и ведут в Храм. Потом люди выходят оттуда уже людьми нового типа, и вот они-то как раз и возвращаются обратно на Землю. За те десять лет, что Полигон существует, обряд превращения прошли по меньшей мере несколько тысяч человек.

— И что эти люди делают, вернувшись на Землю?

— Этого я не знаю.

— А почему они не убили вас? Ведь вы же мешаете их плану?

— С чего ты взял? Я не думаю, что как-то мешаю им, так же как и еще некоторые жители Полигона. Мы — это просто еще одна часть эксперимента. Вот и все. Инопланетяне проводят здесь эксперимент. Суть и цель его нам не ясны. Это все, что я могу тебе сказать. Возможно даже, что они следят за нашим с тобой разговором и им интересно то, как ты поступишь в данной ситуации.

— Жук. Мой проводник. Где он? — Горемыка принялся испуганно оглядываться, словно боясь, что Жук прячется за каким-нибудь кустом.

— Он рядом с тобой, потому что ты спишь.

— Что? — Горемыка почувствовал, как сходит с ума. Ощущение было похоже на то чувство, которое испытывает скалолаз, сорвавшийся в пропасть с горной вершины.

— Я научился проникать в чужие сны. Чем ближе к центру Полигона, тем сильнее мои паранормальные способности. Говорю же — это место меняет людей. И чем дольше ты в нем находишься — тем сильнее изменения.

— То есть мы сейчас общаемся во сне?

— Да. И он уже чувствует мое присутствие. — Человек поправил тряпки, которыми было замотано его лицо. Горемыка заметил, что кожа под ними зеленая и покрыта наростом.

— Тебе нужно бежать отсюда, парень, бежать прямо сейчас. Не дай ему затащить себя в этот Храм.

И тут Горемыка проснулся.

Глава 7

Горемыка встал со своего спальника, при этом он зацепился об угол холодильника и ушиб ногу, прямо как в том сне. А во сне ли? Жук сидел рядом с ним и смотрел на своего спутника. Глаза его в темноте как будто немного светились зеленым светом.

— Присядь, нам нужно поговорить, — сказал он Горемыке спокойным голосом.

— Я… — начал было Горемыка, но Жук перебил его:

— Присядь.

И Горемыка сел на спальник, зеленые глаза проводника гипнотизировали его.

— Я должен тебе кое-что рассказать. Я знаю, что сказал тебе этот человек. Я все слышал. Поэтому придется поговорить об этом сейчас. Обычно я рассказываю все это перед Храмом, но мы и так уже недалеко от него, поэтому ничего страшного. То, что сказал тебе этот человек, отчасти является правдой. Полигон — это действительно место, где ты можешь стать человеком нового типа. Но это не какое-то зомбирование. Это добровольный выбор, и я даже скажу больше, это добровольное решение перейти на новую эволюционную ступень.

— Что?

— Полигон призывает людей, которые готовы к превращению, именно поэтому ты и заинтересовался Полигоном. Есть, конечно, и такие, кто хотят попасть сюда исключительно из праздного интереса, но Полигон таких людей не любит. Именно поэтому те, кто идут сюда за корыстными целями или просто в поисках приключений, пропадают здесь. И с ними случаются разные нехорошие вещи. Но есть те люди, которых Полигон призывает сам, и ты один из