Квест - Виктория Старкина

— Да, прости, собирался раньше, как и говорил, но Мел испекла блинчики, не смог уйти. У нее всегда отличные получаются, как она только делает это! Вроде тесто — и тесто, как у других. А не оторвешься!

— Надо думать, она мастерица. Как там мой Сенечка?

— Все в порядке, такой же, как обычно. Смотрю на него — и вижу тебя, будто отражение в зеркале. Иногда мне кажется, ты выбрала не того брата.

Луиза рассмеялась, кивнула.

— Ты сам меня выбрал. Пойдем в сад? — предложила она. — Я уже закончила с домашней работой, других дел на сегодня нет. Можем и погулять.

— Как ты так быстро управилась?

Она пожала плечами.

— Сегодня не сложная. Дошколята остались.

Луиза работала учителем младших классов, преподавала в районной школе Донска, и Артем мечтал, чтобы она учила Сенечку. Брат посещал другую, центральную, школу, но, если успеваемость его начинала хромать сильнее, чем обычно, Луиза брала нерадивого ученика на поруки, помогала, объясняла, а иногда и сама делала задания. Артем не одобрял подобных поступков, считая, что излишняя доброта идет во вред, но выхода не было, иначе результаты Сенечки в школе стали бы катастрофой, как знать, может, он остался бы и на второй год. Но что если жизнь дана Сенечке для другого? Для чего-то, где не нужны науки, думал Артем. Не всем же получать образование, не всем быть учеными. Может, Сенечка станет разводить растения или мастерить из дерева?

Луиза вслух соглашалась с Артемом, но в глубине души считала, что образование нужно каждому, она серьезно относилась к своей работе и к ученикам, стремясь найти подход к самым сложным из них.

— Не всегда, конечно, получается, — жаловалась она. Они вышли из дома и углубились в лесок, его окружавший. В тот самый лесок, где они столько раз встречались, где случилось их первое свидание. В одиннадцатом классе, когда Артем набрался смелости и после уроков пригласил девушку погулять. Сначала хотел просить помощи с домашним заданием, притвориться, что не может написать сочинение, но решив, что не стоит начинать даже с самой невинной лжи, выбрал короткую, прямую дорогу и оказался прав — девушка приняла его предложение. Как-то сразу, будто с разбегу, они с головой бросились в юные отношения, и Артем не жалел, что связал свою жизнь с другой жизнью так быстро. Его будто молотком ударили — понял, что это судьба, это навсегда. Тут, в лесочке, сидели они, обнявшись, среди корней раскидистого дерева и подолгу молчали, а иногда, напротив, никак не могли наговориться.

Артем и Луиза прошли дальше по дороге и вышли в поле, никого не было, лишь они и лиловые облака, низко нависшие над горизонтом. Вдали чернели грифельными полосками высокие тонкие трубы заводской зоны.

— Будет гроза, — заметила Луиза, кивнув на темное, будто зловещее, небо. Несмотря на это, влюбленные решили прогуляться к реке, оба нежно любили знакомую с детства Донку. Артем обнял девушку за талию, шли молча. Наконец, он спросил то, что как знал, обязательно должен спросить:

— И что же увлекательного ты писала в дневнике сегодня?

Луиза ласково рассмеялась, так было заведено между ними много лет: она знала, что он спросит про дневник.

— Я писала о театре… О театре Донска. О том, как сильно хочу пойти туда снова! Артем, неужели этого никогда не случится! Не могу поверить!

— Опять о театре, — Артем вздохнул. — Но, милая, он же закрыт на реконструкцию! Закрыт уже давно и откроется нескоро… Если вообще когда-то откроется. Ты же знаешь?

— Знаю, — опечаленно кивнула она, уставившись на носки своих туфель, шагавших по песчаной дорожке и оттого уже порядком запылившихся, — А ты не мог бы поговорить с отцом…

— Говорил не раз. И только благодаря мне он не снес столь ветхое здание. Но это только пока!

— Здание старинное! Как можно его сносить, с театром связана история Донска, неразрывно связана! — воскликнула Луиза, ее глаза засверкали, а кровь прилила к щекам, казалось, девушка была не на шутку взволнована, она остановилась, крепко сжав его руку, словно рассчитывая на поддержку мужчины. — Пожалуйста, поговори снова! Попробуй еще раз! Мы должны донести до Павла Петровича, что театр нужен городу! Не только мне, а жителям, всему Донску, и приезжим, и туристам — всем!

— Понимаю. Но мой отец… Ты же знаешь эту его манию. Он одержим сносом старых зданий и мечтает снести именно театр! В первую очередь театр. Вообще-то я не одобряю его строительное безумие, но тут он в чем-то прав. Я был там несколько раз: здание небезопасно, внутри деревянные перекрытия, они могут загореться. А если в театре пожар — погибнут люди, зрители! Двери узкие, будет давка, толпа не сможет выбраться, подумать страшно, что тогда будет! Знаешь, как быстро выгорает зал? Не представляешь, насколько быстро — пара мгновений и фьють: одни головешки! Кроме того, потолок может рухнуть. А если провалится крыша во время спектакля, тоже мало радости. И потом, на реконструкцию нужны деньги, бюджет считали, отец сказал, расход получился солидным. Мэрия, даже если бы захотела, не потянула бы такую стройку, нужны спонсоры. А где найдешь в Донске спонсоров, хоть чуточку заинтересованных в театре? Они все пытаются работать с фабриками. Потому что это приносит хорошие деньги. Мне кажется, правильнее построить новый театр, в красивом, просторном здании, можно на берегу реки, у набережной. Как раз, как предлагает отец. Было бы здорово!

Лиловые облака опустились ниже, все вокруг покрылось таинственной дымкой, заводские трубы скрылись в вечернем мареве, наступали сумерки. Луиза мечтательно улыбнулась, еще крепче сжала руку Артема и устремила взгляд куда-то далеко, за горизонт, где уже расчертили небо косые, будто в тетрадке первоклассника, полоски дождя.

— Вот я все мечтаю, мечтаю… — прошептала она, — Мечтаю, чтобы вернулся Тонино. И чтобы он дал деньги на восстановление театра! Тонино столько сделал для Донска, театр был бы каплей в море среди других его благородных деяний!

— И что же сделал Тонино? Куда и почему он ушел? Живет себе припеваючи где-то в своей Европе? — ласково усмехнулся Артем, наклонился и поцеловал Луизу в висок, но девушка с досадой отстранилась, вырвавшись из его объятий.

— Думаешь, я не понимаю твоих вопросов? — обиженно надувшись, пробормотала Луиза. — Все прекрасно понимаю! Ты никогда, с самого детства, не верил в Тонино! Считаешь его кем-то вроде Деда Мороза, который существует только в новогодних сказках!

— А разве нет? Тонино — местная городская легенда. В каждом городе должна быть своя, это нормально, — миролюбиво откликнулся Артем, снова попытавшись