Жахи - Алексей Сушко

тот самый бычок. Не помогла пневматика Василию. Онемел он от страха и бросился бежать с той поляны. Разбудил он и бычка этим. Кинулся тот за ним, да не догнал. Выбежал Василий к утру из леса и побежал по мужикам оставшимся, бригаду собирать и на бычка с охотой идти. Собрались мужики, да не густо их вышло, пришлось бабами дополнять команду охотницкую. Взяли они кто ружье, кто вилы, а кто и палку просто и пошли они в лес, на бычка. А покуда они по лесу его всем миром настичь пытались, вышел тот бычок тихо и мирно из лесу и пошёл по деревне прогуливаться, поедая тех, кому духу не хватило на него пойти вместе со всеми. Долго бегала та орава по лесу, разбрелись все, растерялись, да так, что остался Василий один. Вышел он из лесу в деревню, как раз к тому времени, когда бычок уже наелся и благополучно вернулся под елей сень, и увидал лужи кровяные повсюду, а в деревне пустоту. Домой забежал, мать с сёстрами в погребе нашел живыми, рассказал им про всё, да и совсем голову повесил от печали и тоски. А бычок еще месяц охотниками теми кормился…

Запил Тесёмкин. Дико запил. Пить было не с кем уже в деревне, а он всё пил и пил. Пил пока однажды не вышла к нему Арина из лесу и не рассказала ему про то, как подсадил её отец бычка на человечинку. Сказала она ему отоспаться, а на утро взять ружьё и клубок с нитками. Спросил Василий зачем, да не услышал. Упал он в последнем пьяном припадке наземь. Затащили его сёстры с Ариной в хату, на кровать уложили, и стали утра дожидаться.

А Минохин тем временем аккуратно руку вторую себе отрезал и на кровь свежую бычка отловил, в стойло загнав. Ласкал он того бычка, души в нём не чаял от радости. Так до утра с ним и просидел. А на утро увидал, что стал тот бычок уже красным весь…

Собрался Василий с утра с Ариной в лес. Взял он всё, что она велела, и потопали они на опушку. Остановились они у самого входа, взяла Арина клубок и вокруг дерева обвязала, Василию назад отдав. Сказала она ему, чтобы он шел за ней, да клубок разматывал. Так дошли они до самой бани. Осмотрела Арина избу, заглянула в хлев, нигде Петра не было, только дорожку кровавую на снегу, в лес идущую, увидала. Побоялась Арина в лес идти, потому оставил Тесёмкин в избе её, а сам по дороже той с ружьём в лес пошёл. Долго плутал он, кровавая дорожка уже закончилась, а бычка с Петром всё не было.

Попадались ему по пути блуждающие бесцельно по лесу души его односельчан. Крепко молчали они, сколько не пытался Василий разузнать местонахождение бычка. Плакали некоторые из них, а кто-то просто грустил от того, что не выбраться им уже из Дедова леса. Однако заметил Василий, что идут они все из одного места, что подвигло его пойти против течения и выйти на ту самую поляну, где впервые он бычка встретил. А как вышел, так и обомлел. Стоял посреди той поляны бычок, орошаемый снегом первым и доедал он там Петра. Не знал Василий, горевать ему или радоваться смерти Петра, да только думать недолго пришлось. Увидал он саблю Минохинскую, в траве валявшуюся. Подошёл он аккуратно к ней, чтоб бычка не спугнуть и подобрал, а как подобрал, вскинул ружьё своё пневматическое, да и пульнул в бычка. Выбила пулька глаз бычку, взревел он от боли да и бросился на Василия. Стал Василий крепко, чтобы не свалиться, но не помогло ему это. Сбил бычок его с ног, да так, что хрустнуло что-то в грудной клетке у Василия. Насилу встал он и кинулся в лес бежать, бычка за собой увлекая. Бежали они до самой реки, где понял Тесёмкин, что другого пути нет, потому кинулся ещё на неокрепший лёд, а за ним и бычок. Добежал Василий до середины, да и остановился, потому как побоялся тонкого льда. Решил он дать бой бычку. Вскинул саблю, взмахом руки и тут-то лёд под ним и треснул. Провалился он в водные дебри, а за ним, в ту же дыру и бычок следом завалился, не справившись с торможением. Не выплыли оба.

Долго ждала Арина Василия, да поняла вскоре, что не вернётся он. Прошла по лесу, в поисках его, да только следы на речку ведущие и нашла. Горевала год она по нему, пока по нитке той, что протянул Тесёмкин до бани, не забрёл туда грибник из соседней деревни, по фамилии Ягин. Долго говорить, что и как у них с Ариной вышло, не стоит, но пожили они вместе порядком, пока не помер тот грибник от грибов плохо прожаренных. Так и осталась Арина одна, до самой старости, в той бане над речкой и с новой фамилией Ягина. Много ещё было на её веку всякого, но то уже к сказке, про бычка белого, никакого отношения не имеет…

август-октябрь 2015-го

История другого города

I. Встреча

Он сидел в полумгле ноябрьских сумерек на пустом вокзале, в зале ожидания, с тоской глядя в окно. Серый плащ, шляпа и чемодан были его вещами. Тишину вокзала нарушил скрип входной двери, после которой послышались шаркающие шаги и стук трости. В зал ожидания вошёл человек, внешность которого была скрыта полутьмой. Он сел напротив мужчины в сером плаще и тоже уставился в окно. Молчание было нарушено совсем скоро.

— Паровозов больше не будет. По крайней мере, в ближайшие месяцы.

Человек в сером с вопросительным взглядом отвёл глаза от окна и перевёл их на человека с тростью.

— Откуда вы знаете? — поинтересовался он.

— Я живу здесь всю жизнь и знаю расписание всех паровозов проходящих через наш городок. А запомнить это не очень сложно, потому что расписания как такового здесь нет. Последний поезд был три недели назад. Обычно, раньше чем через три месяца они здесь не появляются.

— Я как раз таки и приехал сюда три недели назад.

— А уедете невесть когда, если хотите уехать именно на паровозе.

Человек в сером повертел билет в руке, смял его и сунул в карман, достав оттуда жменю таких же помятых билетов, которые показал человеку с тростью.

— А с какой целью вы соизволили посетить наш городишко?

— Письмо