Жахи - Алексей Сушко

Алексей Сушко

Жахи

Дневники живых и мертвых

В лесу темно, даже луны нет. Ни дорог, ни мигания огней — ничего. Опять залунатил. Не самая удачная болезнь для егеря. Понятия не имею, знаю ли я эти места и вообще мой ли это участок, хотя обычно я далеко не ходил. Утром будет видно, знать бы только, сколько сейчас времени и долго ли до рассвета. Снег ещё, как назло. Очнулся я только сейчас, так что неизвестно, сколько он идёт, но слой уже приличный. Значит, утром будут следы, что не может не радовать. Но холод дикий, а я в халате и сапогах…

По его следу мы пустили собаку. Благо, ушел недавно. Собака убежала, напав на след, и пропала из виду. До вечера мы аукали и звали её. Собака бесследно исчезла.

Очнулся лежащим около дерева. Кое-как встал и осмотрелся. Было светло, и я увидел дорожку из своих полузаметённых снегом следов. Двинулся по ним. Неожиданно осознал, что стало тепло. Точнее, совсем никак: холод исчез, и никаких температур не ощущалось вообще. Я оглянулся. Дорожка следов, по которой я двигался, шла только в обратном направлении. Свежих следов не было. Я посмотрел себе под ноги и увидел, что ног у меня нет. Меня вообще не было. Я вернулся обратно и увидел своё тело, лежащее возле дерева. Я был синий, мерзлый и мертвый…

Собаку мы не нашли. Вернулись по следам обратно к сторожке. Решили переночевать, а с утра снова выйти на поиски…

При всей своей бестелесности я надеялся, что могу летать, но все попытки были тщетны. Почему я умер, но нахожусь тут, а не на том свете? Решил докопаться до истины. Долго плыл по своим следам, пока к концу дня не вышел к сторожке. По пути увидел собаку в капкане, подыхающую от холода возле моих следов. Помочь не смог. В сторожке горел свет, там кто-то был. Заплыв в окно, я увидел егеря с соседнего участка с какими-то двумя мужиками, мне незнакомыми…

Несколько дней подряд мы искали его. Хотели вызвать спасателей, но рация не брала из-за метели. Все его вещи были на месте. В чём он ушел? Уже явно не жилец. Искать остаётся только его тело. Собака так и не вернулась…

Решив, что я умер, мужики смекнули, что мои вещи останутся бесхозными. Всё самое ценное вскоре топорщило их карманы. Стало обидно, решил мстить. Когда один из них полез снимать мои раритетные часы с кукушкой, я вселился в кукушку и вылетел ему в глаз. Глаз так и остался на клюве. Брать часы больше никто не хотел…

По жизни мы все тут атеисты и материалисты, но в сторожке явно кто-то есть. Призрак, наверное. Происходят странные вещи. Дом будто живой. Хотели отвезти раненого кукушкой Михалыча в больницу, но двери не открывались. С тем же результатом пробовали покинуть это проклятое место через окна. Словно замуровали. Михалыч истекал кровью уже долго и доживал свои последние минуты. Мы ничего не могли сделать…

Один подыхает, остальные в панике. Наверное, я злой дух, хотя по жизни был добрым. Зачем мёртвому часы с кукушкой? Мёртвым ничего не нужно, но мне почему-то было обидно за свои пожитки, которые я так долго собирал всю свою жизнь.

Михалыч умер. Мы накрыли его покрывалом и положили на веранде. Шла уже вторая неделя нашего заточения. Еда заканчивалась. Однажды утром Иваныч не выдержал. Схватив лом и лопату, он нырнул в погреб, разворотив полки с закатками, и стал долбить стену, пытаясь прокопать выход отсюда. Когда он забрался на достаточно большую глубину, его завалило…

Три банки соленых огурцов в погребе были безвозвратно разбиты. И картошку он потоптал, хоть её там и было мало. Жадность злого духа бескомпромиссна. Мстительность меня захлёстывает. Наверное, попаду в ад…

Я остался один. После дичайшей паники я успокоился, и в голову полезли философские мысли. Какая смерть уготована мне в этом проклятом доме? Что ждёт меня там? Буду ли я таким же призраком, как тот, что закрыл меня тут? Я решил ничего не предпринимать и не давать поводов меня убивать…

Четвертый день он валяется на диване и плюет в потолок, лишь изредка отвлекаясь покушать. Его бездействие раздражает меня всё больше и больше. Я не могу придумать, как его убить. Остаётся ждать, когда закончатся припасы, и он умрет голодной смертью…

Ничего не делаю, жду…

Когда он обедал, попытался вселиться в вилку. Хотел засунуть ее ему в горло, но удалось лишь уколоть язык. Поняв мой замысел, вилку он отбросил и стал кушать руками. Бешенство…

В голове только философские мысли. Все так же жду…

Второй день он сидит на диване и медитирует. Теперь даже на еду не отвлекается. От бессилия я снова вселился в кукушку, пытаясь нарушить его покой. Пока все попытки тщетны…

…

Две недели назад он умер. Тело так и осталось сидеть в позе лотоса на диване. А вчера его дух полностью уничтожил мою любимую сторожку. Сам он исчез, а я остался здесь, в этом мире. Наверное, где-то еще осталось то, к чему я привязан…

6-е декабря 2013-го

Лесная прогулка

Алёхин Лёха собрался в лес пострелять по банкам и бутылкам, которые он заранее, еще с прошлого вечера, расставил в глубине леса. Выстрелов оттуда, как он думал, не должно быть слышно. Он достал из тайника пистолет, проверил, заряжен ли он, и направился в лес.

Лена Цилина ходила по лесу и собирала ягоды, для того, чтобы поехать на станцию и продать их. Для этого она специально встала пораньше. Она взяла небольшое ведро с фиолетовым дном из-за постоянно собираемой туда черники и отправилась в лес.

Голодная волчица вышла из своего логова, откуда доносился визг голодных волчат. Ей нужно было найти на сегодня еду, иначе скоро они передохнут от голода. Она сама была истощена и еле переставляла ноги, шагая с открытой пастью, свисающим языком и жадными вздохами, от той духоты, которая установилась в лесу к полудню.

Дойдя до места, Леха открыл прицельную пальбу из ПМ по банкам и бутылкам, то и дело промахиваясь. Из пятнадцати мишеней было сбито только пять, а патроны кончались. Он принимал разные «крутые» позы, пытаясь попасть в зеленую пивную бутылку, которая упорно не хотела подставляться