Последнее падение - Дориана Кац

На экране позади нас начали всплывать фотографии с чемпионатов мира и континента, с обычных тренировок и моментов тренерского процесса. Там же были фотографии с различных социальных сетей.

Все такие беззаботные и счастливые.

Я почувствовала жуткий укол в сердце, поскольку только я до сих пор терзала те далёкие воспоминания. Конечно, они всё помнят, такое никогда не забудешь. Просто они уже отпустили ту ситуацию, она для них давно в прошлом. А я этого сделать не могу… Даже спустя десять лет.

— Давайте начнём с олимпийских чемпионов в парном фигурном катание — Татьяны Совиньковой и Кирилла Трубецкого. Сейчас Кирилл является младшим тренером спортивных пар в «Академии Сияющих». Вы с ним ещё не успели пересечься? — я отрицательно покачала головой, но для себя сделала заметку, что я не ошиблась. Это был Кирилл Трубецкой, просто повзрослевший на десять лет. — Уверена, вы сегодня обязательно встретитесь. Татьяна Совинькова является моей коллегой, хотя мы и работаем немного в разных отраслях, но всё же. Сейчас она занимает должность ведущего спортивного комментатора в области фигурного катания. А также она остаётся действующим техническим специалистом Академии, поэтому иногда её можно заметить в судейском кресле. Лия Трубецкая решила, что посвятит свою жизнь медицине. Сейчас она главный врач Академии, однако она не забыла своего спортивного прошлого. Как нам стало известно, она работает вторым тренером по специальной подготовке, помогая своей матери и ведёт классическую хореографию. Несомненно, Лия Трубецкая одна из самых пластичных и грациозных фигуристок за всю историю Академии. Думаю, вы тоже согласитесь со мной?

— Даже оспаривать это не стану. Лия Трубецкая всегда была примером для подражания, сама грация и женственность.

— Теперь перейдём к хоккеистам. Вы общались с многими ребята из МХЛ (молодёжная хоккейная лига) и ВХЛ (взрослая хоккейная лига), однако самым известным из них стал Денис Разнов. Он долгое время был капитаном хоккейной команды Академии в ВХЛ, а сейчас перешёл в тренерский штаб. Другие же ваши друзья и знакомые не стали связывать свою жизнь со спортивным будущим, поэтому информации о них намного меньше. Нам известно, что Полина Вирская сейчас преподаёт в «Школе Серебряного Конька», за которую она и выступала на Чемпионате и Олимпиаде. Безумно символично, согласны?

— Многие спортсмены остаются верны своим школам и тренерскому составу. Неудивительно, что Полина осталась в своей школе. Всё-таки она посвятила ей почти всю свою спортивную карьеру.

— Но начинали вы вместе, — она наклонилась ко мне поближе. — Скажите нам по секрету, вы ведь были соперницами. Вы часто ругались? Да и вообще, была ли в Академии типичная детская вражда, ругань и спортивные группировки?

— Вы сейчас представляете Академию как какую-то тюрьму, со своими бандами, кодексами и надзирателями, — она тихо рассмеялась и продолжила внимательно меня разглядывать. — Хотя, в каком-то смысле, вы правы. Были и скандалы, и ругань, и порча коньков и платьев, а после жёсткий разговор с Ириной Владимировной Славянской. Чего только стоили стычки между Татьяной и Кириллом. Знаю, что где-то в сети до сих пор сохранился видеоролик с праздничного банкета после соревнований. Там в Совинькова, со всей силой и накопившейся злобой, кинула в Трубецкого стейк из сёмги, который приземлился прямо на белоснежную рубашку. Никогда не забуду, как смеялись Валимов и Русаков, и какой взгляд нам подарила Славянская. Стычек с Полиной тоже было немало, но в отличие от Кирилла и Татьяны, мы контролировали себя перед камерами, строя из себя нейтральных подружек. Да и в дальнейшем, когда Полина перешла в другую школу, мы постоянно устраивали потасовки в раздевалках и залах. Если вы спросите кого-то из спортивных сенсаций нашего времени, то они в один голос скажут, что постоянно растаскивали наши с ней драки. Вроде бы мы были достаточно хрупкими девчонками, однако кулаками махали ещё как.

— Куда же без этого. Но давайте вернёмся к главному. Как все понимают, вы смогли пережить новогодний смотр в Академии, после чего стали её неотъемлемой частью. Нам очень интересно узнать, что было дальше? Как складывались ваши отношения с родителями и друзьями? Ваши первые соревнования во взрослых разрядах. Какие сложности встречались на вашем пути? А главное помогла ли вам ваша мама, о который вы постоянно упоминаете, преодолеть их? Или вы со всем справлялись в одиночку?

«Мама… Я скучаю.», — подумала я.

— Да, я обо всём расскажу. Однако свою маму я не видела уже чуть больше года.

— Почему? — удивлённо спросила Виктория. — Вы же вроде бы были так близки. Что же изменилось?

— Её не стало в прошлом году, Виктория. Поэтому мне до сих пор сложно говорить про её минусы, а их было достаточно. Но она навсегда останется в моей памяти тем светлым лучиком надежды и поддержки. Она моя мама, по-другому быть не может.

— Примите мои соболезнования. Думаю, нам стоило обговорить этот момент до интервью, — она показала на камеру стоп и уже тише спросила. — Если хотите, то мы вырежем этот момент. Извините за такую бестактность. Я как-то даже не задумывалась об этом.

— Ничего страшного, вы и не могли об этом знать. Я ведь нигде этого не афишировала. Можете не вырезать, всё в порядке.

— Тогда продолжаем? — я кивнула, и она махнула операторам.

Свет. Камера. Мотор. Съёмка продолжается.

Глава 7. 12 лет.

Снег огромными хлопьями укладывался на подоконник, а мороз раскрашивал стекло, создавая свою потрясающую картину. Солнце только появлялось над горизонтом, а часы приближались к семи утра.

Комната уже наполнилась запахом обезболивающих мазей и расслабляющей музыкой, а Совинькова пыталась сделать утреннюю разминку как можно тише, чтобы не потревожить мой сон.

На самом деле, ей это никогда не удавалось.

Мы провели в этой комнатушке целых два года, расставаясь только на период спортивных летних сборов для сборной страны и на различные праздники, поэтому я прекрасно знала, что Татьяна безумно шумная и неуклюжая, особенно по утрам.

Натянув одеяло поверх головы и пряча там же свои закоченевшие ноги, я начала ёрзать и бубнить:

— Ты когда-нибудь пропускаешь свои утренние церемонии? Опять марафет наводишь, ты и так прекрасна, Тань.

Татьяна привстала со шпагата, чтобы поменять ногу, и радостным голоском, полным утренней бодрости, пролепетала:

— И вам доброе утро, госпожа Снежная Королева. И отвечая на ваш вопрос, сударыня, скажу — нет, я никогда ничего не пропускаю. Чего кстати и вам советую.

И в эту секунду моё тёплое сонное царство было нагло украдено.

Татьяна сдёрнула с меня одеяло и выдернула подушку из-под головы. Утренний холод нашей комнаты вывел меня из контуженного состояния, заставляя мозг работать с новой силой.

— Ну ты и ведьма!