Свора - Андрей Молчанов

Над письменным столом Паши висел портрет покойного председателя КГБ СССР Андропова - седовласого человека со строгим взором из-под интеллигентских очков. Кумиром Паши Андропов не был, но как политический деятель, пекущийся о благе страны, а не о собственной шкуре, служил примером достойным, хотя и архаическим для сегодняшнего политического бомонда.

Задержанного поместили в соседнем пустующем кабинете. В кабинете шел ремонт, и вместо мебели там находился массивный сломанный тренажер, служащий малярам в качестве необходимого возвышения.

Проходимец был прикован наручником к раме спортивного снаряда.

Невозмутимый Паша-Пиявка быстро просмотрел материалы.

- Стоит на том, что он Коваленко, - торопливо пояснил следователю Пакуро. - Но даже прописку не удосужился запомнить, Читу путает с Челябинском...

Из двери выглянул разгоряченный Борис, доложил:

- Признался. Не Коваленко он, Юпатов. Адрес такой: Красноярский край, поселок...

- Врет, - перебил Пакуро. - Ты с ним поговори еще, у тебя хорошо получается... Убеди, что не отступим, все раскопаем, а вот злить нас ложью не надо...

- Понял...

Раздался скрип растворяемой соседней двери, и донесся голос Бориса:

- У меня уже мозоли на ушах от твоего вранья!

Далее прозвучал неясный лепет мазурика, вновь услышалась напористая интонация оперуполномоченного, после опять прошелестел лепет, голоса звучали еще минут пять, а затем запыхавшийся Борис доложил:

- Гайки отворачиваются в любую сторону, главное - приложить усилие... Зовут его - Михаил. Фамилия - Коротков. Из Магадана... Дал телефон отца... Просил позвонить... Согласен на чистосердечное... Приводить?

- С Петровкой договорюсь, постояльца примут, - оторвавшись от телефона, сообщил Паша. - Все, давайте его сюда. Начнем.

Допрос прервали телевизионщики; несмотря на поздний вечер, сразу же после эфира в кабинет следователя пошли звонки из многих пострадавших организаций.

Миша Коротков, охотно дававший показания по очевидным эпизодам, вместе с тем в разнузданную откровенность не впадал: работал, дескать, в одиночку, адрес источника поддельных документов неизвестен, шапочное знакомство... В пяти случаях мошеннический умысел в своих действиях отрицает, а вот коммерческую неудачливость - признает...

Лег Пакуро поздно, а встал, как всегда, рано.

На проходной к нему кинулся трясущийся, запуганный человек, одетый в подобие костюма, в характерных армейских сапогах размером с охотничьи лыжи. С трудом признал Пакуро в нем понурого интеллигента Шкандыбаева, которого еще вчера отличала от нормальных благополучных граждан лишь красноватая тень под глазом, ныне оформившаяся в отливающий бирюзой и аквамарином фингал.

Запинаясь, преображенный неведомыми злоключениями человек понес какую-то околесицу: про купюру достоинством в миллион, преступную группировку вымогателей, пыточный колодец и африканскую железную дорогу...

Без особого труда майор убедил страдальца пройти в служебное помещение, где тот детализировал и сюжетно оформил свою историю, после чего Пакуро, покопавшись в сейфе, извлек из него фотографию толстого бандита.

Потерпевший признал в фотографии личность своего мучителя. Затем, пошарив в карманах, вытащил прозрачный цилиндрик с валидолом, вытряхнув из него на ладонь две таблетки. Одну таблетку положил себе в рот, а другую протянул майору:

- Вы тоже выпейте...

Пакуро, усмехнувшись, от угощения отказался.

Сняв телефонную трубку, набрал номер РУБОПа Южного округа. Опер Акимов, курирующий лидера преступной группировки, весьма заинтересовался сообщением из центрального департамента и вызвался моментально приехать к пострадавшему.

Пакуро приготовил кофе, подвинул чашку благодарно кивнувшему Шкандыбаеву. Пояснил: в течение ближайшего часа бывший менеджер "Ставриды" перейдет под попечение капитана Акимова, давно точившего крепкие зубы на толстого Гену. Информация же насчет аферы с миллионным раритетом станет предметом особого расследования.

Единственное, что беспокоило Пакуро, - звонки мошенника подельникам, означавшие сигнал: разбегайтесь!

Впрочем, в камеру к Короткову был внедрен опытный агент, и на его помощь майор сильно рассчитывал: агент виртуозно раскручивал самых недоверчивых и осторожных посидельцев...

К полудню, когда обнадеженного Шкандыбаева увезли в РУБОП Южного округа, примчался с новостями неутомимый Борис: Коротков дал агенту, выпускаемому якобы по подписке о невыезде, адрес своей любовницы и записку следующего содержания: "Я в "Петрах", пришлось дать чистуху, работал в одиночку, никого не знаю. Свяжитесь со Светиком".

Тем временем благодаря телевидению из далеких регионов хлынул поток информации, касающейся прошлой деятельности Михаила. Живо откликнулись на задержание мошенника Новосибирск, Хабаровск, Владивосток, а также далекий Магадан.

Выплыло дело о фальшивых банковских векселях, зашелестела факсовая бумага, испещренная цифрами убытков, понесенных компаниями, коим предлагалась рыбная и мясная продукция, добросовестно оплаченная, но до адресатов не дошедшая.

Бандитские будни

Узнав о сбежавшем из колодца терпиле (братва, следуя внешним признакам, окрестила его Конструктором), Геннадий пришел в исступленную ярость.

- У него что, пропеллер был в заднице?! - допрашивал он понурого сторожа. - И домкрат из черепа выдвигался?!

- Уникум, - объяснял сторож. - Ума не приложу...

- Я тебе ща приложу! В лобешник тупой! А потом следственный эксперимент устрою! И ты в нем уникумом профигурируешь, сука! Вот так!

Гневный монолог прервал скрип растворенной двери. На пороге стоял один из бригадиров - Тимоха, высокий сухощавый парень двадцати с небольшим лет, со скуластым простоватым лицом, гладенькой девичьей кожей и ясными младенческими глазами. Тимоха отличался полным отсутствием интеллекта, патологической жестокостью и безудержной алчностью. Эти качества Тимохи Геннадий считал весьма полезными как для повседневной работы, так и для особого задания, которое он ему приготовил.

- Пшел вон, - процедил Геннадий в сторону сторожа, а затем, накинув на плечи дубленку, предложил бригадиру: - Давай, что ли, пройдемся...

Серьезных разговоров в офисе в последнее время он не вел, боялся прослушивания.

- Развели мы лоха, - начал доклад Тимоха о текущих делах. - Все выплатил, плюс десятку за риск сняли...

- Это как?

- На личном мастерстве! - заявил собеседник хвастливо.

Доклад касался заказного убийства. Заказывал убийство конкурента один из коммерсантов.

Коммерсанту пообещали реализацию его кровожадного желания, забрали аванс, а после, встретившись с жертвой, объяснили ей сложившуюся обстановку, получив за неисполнение контракта двадцать тысяч долларов. Далее, сделав муляж человеческой головы, полили его куриной кровью, положили в прозрачный пластиковый пакет и предъявили пакет заказчику - мол, забирай, дело сделано!

От предложения стать обладателем пакета заказчик с ужасом отказался, безоговорочно выплатил остаток гонорара, а спустя сутки встретился с ожившим мертвецом...

- И чего? - довольно усмехнулся Геннадий, внимая рассказу.

- Звонил, визжал... - равнодушно поведал Тимоха. Затем, широко улыбнувшись, добавил: - В милицию, говорит, пойду...

- Ха!

- Ну! А я ему: "Иди, родной, иди. Только учти, мне статья по мошенничеству светит, а тебе - покушение на мокруху". Совести, говорит, у вас нет! А я ему: "Это работа такая, лошок".

- Ладно, есть, дорогой, к тебе разговор, - неспешно бредя по территории автостоянки, начал Геннадий, зорко поглядывая на бригадира. - Вчера всю ночь не спал, думал... Хочешь ко мне в долю упасть?

- Ну...

- Дело, Тимоша, такое... Ссучился наш Костя, к Пемзе переметнулся.

- Да ты чего?!

- Сам не ожидал. В общем, готовят нам соседи войну. И кореш наш - пятая колонна...

- Так ведь... мочить надо!

- Во. Правильно. Но! Кого на его место?.. Я вот и решил: тебя! Ты очень правильный пацан, и башка у тебя золотая. И будешь ты в доле, первым замом... Понял, как тебе доверяюсь? Вник?

- Мои действия? - коротко вопросил Тимоха.

- Ты же сам сказал - мочить!

- Когда? - со слепой готовностью вопросил бригадир, поджав жесткие губы.

- Значит, так, - неторопливо произнес Геннадий. - Сегодня у них с Костей свои базары в кафе... Берешь ребят, изучаешь подходы-отходы... На "стрелке" Пемза будет и рыл пять из его шоблы. Максимум. Ну, и Костя наш ссученный... Кончить всех надо.

- Не впервой...

Тимоха, прошедший в качестве замкомвзвода десантников войну в Чечне, убивать научился и в условиях столицы действовал при силовых криминальных операциях нагло и без оглядки, готовый дать отпор любой противодействующей силе с помощью гранат и тяжелого пулемета, который находился в его машине при рискованных силовых акциях. Люк в крыше машины прикрытия он установил не с целью комфорта, а для сугубо боевых задач, сокрушаясь при этом о невозможности водружения на крыше стационарной пулеметной турели...