Последнее падение - Дориана Кац

Следующей на льду появилась Кристина Синицына, которая явно была чем-то озабочена. Возможно, выступление соперницы заставило её изрядно переоценить свои возможности и начать нервничать. Девушка начала не самым уверенным образом, сорвав первый прыжок в три оборота, но потом набрала привычный темп, пока не сорвала каскад, упав с первого прыжка.

По результатам двух программ Кристина стала второй, из-за чего все присутствующие в зале уже кричали и поздравляли по телефону. Тут не оставалось ничего, кроме принятия этих овация и слов предостережения, ведь Ветта и Лиза ещё только начинали свои выступления, но вся Академия уже знала, что я вошла в тройку сильнейших на чемпионате континента.

— Что ты там расселась, курица? — спросила меня Гофман, заходя после своего проката в раздевалку. — Награждение через пару минут, а ты тут сидишь кукуешь.

Она была первой, не позволив Турмановой преодолеть разрыв в баллах. А я была третьей. Третьей на чемпионате континента. Это было невероятно.

Ребята из Академии уже не раз позвонили мне и поздравили с достижением, а я лишь тихо отвечала, что всё это пустяки и главное, что я чисто откатала программу, несмотря на комментарии Ирины Владимировны.

Главное не медаль, а результат — показанный в баллах.

Именно так говорили все тренера, с которыми мне приходилось работать. Но чёрт возьми, медали тоже имели значение. И эту я уж точно никогда не забуду.

— Курица, — вновь обратилась ко мне Ветта, вырывая из мыслей. — Поднимайся и пошли.

— Прости, — я встала на затёкшие ноги, слегка переминаясь на месте. — Я провалилась куда-то.

— Я заметила.

— Тебя можно поздравить? — поинтересовалась я.

— А тебя? — вопросом на вопрос ответила Ветта. — Кажется ты теперь звезда мирового разряда. Смотри, чтоб корона не натёрла.

— Да ладно тебе, всего-то в пару сотых разрыв с Крис. Не такая я уж и звезда.

— Но всё же, ты на пьедестале, а она нет.

— Ты расстроена? — тихо спросила я, заметив негодование на её лице.

— Не совсем, — она ободряюще мне улыбнулась. — Просто я думала, что в наш последний год никто нас не сместит. Но я рада, что это была именно ты. Всё-таки в Академии есть достойные замены. Ты большая молодец, Каролина. Эта не последняя твоя победа, уж поверь. А для Кристины это будет уроком, может хоть на чемпионате мира она начнёт думать головой и работать в полную силу.

В этот момент в раздевалке появилась упомянутая Синицына, уже успевшая переодеться в спортивный костюм.

— Поздравляю, девочки. — Осипшим голосом сказал нам Кристина. — Сегодня была самая честная борьба за последние годы.

— Ты тоже молодец, — Ветта направилась к двери, которая вела в ледовую зону. — Надеюсь, когда мы пересечёмся вновь ты будешь в лучшей форме.

Девушка лишь усмехнулась, пожав плечами:

— Если у меня будет настроение, то да. Сегодня просто не мой день. Каролина, — обратилась она ко мне. — Можно поболтать с тобой пару минут?

Я посмотрела на Гофман, которую явно послала Славянская, чтобы вытащить меня из раздевалки. Та кивнула и добавила:

— Не засиживайся. Ждать тебя никто не будет.

— Это было круто, Мороз. — Прокомментировала мой прокат Кристина. — Я давно не чувствовала такого адреналина и духа соперничества. Спасибо, что подарила мне такие незабываемые эмоции и подстегнула к дальнейшей работе.

— Ты не злишься на меня? — удивилась я.

— С чего бы вдруг? Ты огромная молодец, которая благодаря своей упорной работе, смогла достичь вершин. Я горжусь тобой, Каролина.

— Очень приятно слышать это от такого человека как ты.

— Я точно такая же, как и ты, только слегка постарше. Но можно тебя предупредить?

— Давай. — Я внимательно её слушала.

— Падать будет больно. И исключений не бывает.

— Я запомню это.

— Удачи на показательных прокатах. Покажи всем, какая ты, Каролина Мороз.

***

Выйти после соревнований на ледовую арену Сияющих оказалось не так просто, как я думала. После чемпионата силы были на исходе, поэтому мне потребовалось чуть больше времени на восстановление, чем обычно.

Начали мы с простой раскатки, прогоняя дорожки шагов и определённые связки из программ. Закончили вращениями со сложными позициями. Сегодняшняя вечерняя тренировка обещала быть насыщенной, так как отработка всего прыжкового набора переносилась на неё.

— Вечером её тоже не будет? — спросил у меня Кирилл, когда я уже собиралась скрыться в раздевалке.

Я понимала о ком идёт речь и знала, что она вообще не собирается появляться тут, но не хотела расстраивать друга.

— Не знаю, — соврала я. — Таня не говорит со мной на эту тему. Ты лучше загляни к нам и сам всё у неё узнай. Она будет рада тебя видеть.

— И именно поэтому она лишь улыбается мне и ничего не говорит.

— Что у вас случилось в Новый год?

— Ничего особенного. Просто мама слегка надавила на неё, сказав, что, если она хочет работать качественно — нужно забыть о посторонних вещах. Думаю, именно это опять пошатнуло её состояние.

— Ксения Александровна как всегда права, — я похлопала друга по плечу. — Не переживай, всё образумится.

— Думаешь?

— Знаю, Кирилл.

— А я знаю, что ты слишком долго стоишь тут без движения в одной футболке, поэтому замёрзнешь и заболеешь. — Подметил Король, проходя мимо нас. — Трубецкой, прекрати морозить мою девушку. Если у неё потекут сопли, я буду спрашивать с тебя.

Я обняла молодого человека, пусть это и стоило мне огромных усилий ведь когда он надевал спортивную экипировку, становился ещё больше.

— Не знала, что вы сегодня катаетесь на нашей площадке.

— Нам перенесли. Я сам не в восторге от таких изменений, зная, как именно вам заливают лёд, но что поделать.

В здании Академии было несколько катков, предназначенных для разных направлений. Один из них — хоккейный, второй — для фигуристов, третий, самый маленький — общего пользования, четвёртый — самый большой, для хоккейных матчей и показательных шоу. И каждую из этих площадок заливали по-разному. Если объяснять на пальцах, то ледовое покрытие для хоккея более скользкое и жёсткое, а наше наоборот. Поэтому, когда тренировки переносили с площадки на площадку, спортсмены ощущали эту разницу и не всегда были рады таким изменениям.

— Прекрати лапать девчонку, Король! — Пригрозила ему Славянская. — Ей отдыхать надо, а ты её тут отвлекаешь.

— Извините, Ирина Владимировна. Больше не буду, — он поцеловал меня в щёку и помахал старшему тренеру. — Это последний раз, честное слово.

— Знаю я ваше «честное слово», Король. Иди живо к борту, иначе Дмитрию Васильевичу доложу о твоих любовных поползновениях. Он тебе быстро мозги на место поставит.

— Ну что вы так строго то, Ирина