Последнее падение - Дориана Кац

— Я бы лучше поцеловала эту пустую бестию. — Издевательски ответила девушка и принялась гладить собаку.

— Я могу счесть это за предательство, затаить обиду и никогда не простить.

— И начнёшь гадить мне в тапки?

— Ну это уже как пойдёт. Всё зависит от твоих дальнейших действий, — мужчина перешёл в атаку, заставляя девушку полностью лечь на кровать. Когда хозяин навис над гостьей, Ласка поняла, что будет третьей лишней и скрылась за дверью. — Она поняла, что ей тут ловить нечего.

— А тебе как будто есть что, — лукаво подметила Ким. — Сейчас пойдёшь за ней следом.

— Ответь мне честно, красавица. Зачем ты сегодня пришла и осталась тут? Ты ведь прекрасно знала, чем всё закончится.

— Ты пригласил — я пришла. Почему я должна отказывать своему другу-хореографу в подобном?

— Другу-хореографу? — он вопросительно поднял бровь, а девушка приподнялась на локтях и вновь посмотрела ему в глаза.

— А ты хочешь большего?

— Я, конечно, наслышан о твоём шальном поведении и нелюдимости, но меня кое-что интересует. У нас с тобой какие-то странные, не слишком дружеские отношения последние шесть месяцев. В июне ты вешаешься мне на шею, затаскивая в номер и чуть ли не срывая одежду, — он заметил, как Алиса покраснела и прикусила нижнюю губу. — А на утро исчезаешь без следа, оставив записку. Потом не берёшь телефон, не обращаешь внимания, а через два месяца заявляешься ко мне на порог, чтобы «по-дружески» поболтать. Объясни мне, что происходит между нами? Я понимаю, что ты крутишься на своей орбите независимости, но когда-нибудь наши пути пересекутся вновь? Позволь хоть на пару секунд опять встретиться с тобой взглядом, как тогда.

— Ты точно также, как и тогда, сейчас пялишься на моё лицо. — Она провела рукой по его щеке, ощущая пробивающуюся щетину. — Ты уверен, что тебе нужны недружеские со мной отношения?

— А разве я не дал тебе этого понять ещё в июне?

И вот тот самый выбор, о котором Алиса Ким даже думать боялась, ведь знала, что может ошибиться. Минуты её освобождения от власти Кауфмана приближались, а значит надо было смотреть в будущее, которое так быстро настигло её на этом долгом пути. Когда она только встала в пару с Марком, она и подумать не могла, что всё так закрутится. Ей казалось, что их руки уже связаны, а судьбы переплетены. Золотые медали, совместная жизнь и крепкое будущие — это было то, что предначертали ей детские фантазии, за которыми она так долго следовала. Но знал бы кто-нибудь, как сильно она боялась такого исхода событий сейчас. И разве могло быть какое-то будущее с таким человеком как Марк? В последние месяцы в её жизни появились эти серые глаза, наполненные любовью и заботой, которые ждали её ответа. Женя надеялся, что она сможет сейчас переступить через себя и позволить ему вытащить её из этих ужасов, которые рисовались в её голове многие годы.

И как бы страшно ей не было, она это сделала.

— А знаешь, что я тебе скажу, Капрунов. Ты был прав, я прекрасно знала, чем всё закончится сегодня. И именно поэтому — я здесь. — Она поцеловала Женю, так как целовала только его — по-настоящему и без сожалений. — Но сначала, — Алиса оторвалась от губ парня и посмотрела тому в глаза.

— А может всё подождёт? — чуть ли не задыхаясь, попросил парень. — Мне кажется если ты сейчас не убежишь и не спрячешься где-то, то будет очень поздно. Поэтому давай продолжим?

— Ну уж нет. Я видела в твоей ванне прекрасное джакузи, которое так и манит меня к себе, поэтому сначала я окажусь там, по голову зарытая в пену, а уже потом всё остальное.

— Принести тебе шампанское? — Женя подал ей руку, помогая встать с кровати. — Или чего покрепче?

Пора было себе признаться, он нравился ей, сильно и давно. Он был тем самым идеалом, который Алиса искала в каждом мужчине. Возможно, чем-то отдалённо он напоминал ей Жана, заменившего ей отца, поэтому она могла позволить себе быть настоящей рядом с ним, полностью доверяя и не боясь предательства. Где-то на подсознательном уровне Ким знала, что он никогда не покинет её и не оставит в темноте, так долго существовавшей в её реальности. Он — её путеводный свет, который она наконец-то смогла обрести в этом чёрном мире.

Высокий, мужественный, с резкими чертами лица. Тёмные волосы, серые глаза и плечи, покрытые татуировками из различных узоров. Всё это устраивало и завораживало её, она не хотела видеть в нём изменений.

— Остановимся на игристом, — она обошла парня, но замерла в коридоре. — Ты когда-нибудь мечтал о подобном?

— Мечты не сбываются, а если такое и происходит, то, когда ты получаешь желаемое, оно слишком сильно разнится с первоначальным запросом. Я никогда не мечтал о тебе, я знал, что ты будешь мне принадлежать. Единственное, чего я не знал — это когда именно заполучу тебя. Ты всё это время была моей целью, Алис. Поэтому сейчас мы здесь. Хотя признаюсь честно, семнадцатилетняя ты и ты в настоящем — два разных человека.

— Значит я, как и мечта, изменилась.

— И стала нравиться мне ещё больше, — он поцеловал девушку в щёку, заставляя её покрыться мурашками. — Кстати, на том видео ты достаточно доминантная особа.

— Ты видел его?! — спохватилась Ким.

— Милая, его видел весь фандом фигурного катания. Я не мог отказать себе в таком зрелище.

— Прекрати, — она закрыла лицо руками, смотря на Женю сквозь пальцы. — Ты не представляешь насколько мне было противно.

— Да ладно, я всё понимаю, — он лишь пожал плечами. — Просто со мной ты более покладистая.

— Всё зависит от ситуации, — совсем засмущавшись, пробормотала Ким.

— Ну так вот, красавица. Давай сегодня устроим такую ситуацию, чтобы ты могла подоминировать. Уж слишком сильно меня привлекает подобное. Я заберу твои вещи, беги в ванную. Оставим эту комнату Ласке, у меня кровать побольше будет. Прихватить тебе мою рубашку?

«— Себя лучше прихвати.» — подумала Алиса, но побоялась сказать это вслух, поэтому лишь одобрительно кивнула и скрылась в доме.

***

Я сидела на диване в гостиной, мысленно уже погружаясь в сон. Мама позвонила нам ближе к двум часам ночи, когда мы с Сашей только зашли домой, полностью вымокшие и слегка замёрзшие. Король пытался доказать ей, что я давно сплю в своей кровати и вижу сладкие сны, но эта женщина прекрасно знала, что это не так.

После