Княгиня Ольга - Елизавета Алексеевна Дворецкая

Если Зорян и слышал о безумии смолянского князя, то ничего подобного в нем не находил. Сверкер даже не выглядел больным, лишь немного усталым.

– Как твоя семья? – расспрашивал он гостя. – Давно ли у тебя были вести от братьев и сестер?

Двенадцать лет назад Ингвар взял с собой в Киев четверых младших детей Дивислава, и никто из них более никогда не возвращался в родные места. Благодаря оживленному сообщению между Киевом и Волховцом Зорян получал вести от них часто: по два раза всякий год. Проезжие передавали поклоны и подарки от родни: обычно это были ромейские шелка, перстни и браслеты, кубки, кувшины, светильники, ковры, вино. Зорян в ответ посылал сорочка бобров и куниц. Оторванная от дома родня стремительно разрасталась: у сестер, выданных за киевских воевод, было уже по двое-трое детей, двое у брата Соломира. В последний раз гости сообщали, что боярыня Ута приискала невесту и для младшего, Вестимки – парню девятнадцатый год! И эти двое, и двоюродный брат Коломир, сын Держаны, служили в ближней дружине Ингвара и на жизнь не жаловались: каждый имел свой двор, хозяйство, семью и собственных кметей. И только Зорян, слушая эти радостные вести, тайком скрипел зубами. Старший в семье, наследник отца, хранитель дедовых могил, он оставался на положении отрока, которому нельзя иметь ни семьи, ни дружины! Если же он заводил об этом разговор, ему передавали, что-де князь Ингвар и княгиня Эльга о его нужде помнят и немедленно все устроят, как только появится хорошая невеста.

– Сдается мне, князь Ингвар считает твой род выше рода ромейских кейсаров! – улыбнулся Сверкер. – Ты ведь мог жениться уже в то время, когда погиб твой отец. И за двенадцать лет киевские князья не приискали тебе достойной девушки!

– Любой дурак догадается! – с досадой ответил Зорян. – Такой девушки они никогда в жизни не найдут, сойди к ним хоть сами Солонь и Денница с неба! Они хотят, чтобы после меня одни холопкины ребята остались и род наш на мне окончился.

– Но у тебя ведь есть братья, а у них дети…

– Мои братья уже не зоричи! – В голосе Зоряна прорезалась настоящая злость. – Они – русь, йотуна мать! Знал он, Ингвар, что делал, когда их мальцами увозил отсюда.

– Но ты еще совсем молод, – утешил его Сверкер. – А за хорошей невестой дело не станет, если за дело возьмутся твои настоящие друзья. А не те, что в Киеве… Ты не обращался за помощью к родичам в Полоцке?

Зорян покрутил головой, имея в виду, что обращался, но напрасно. Полоцкой княжной была его мать, но ее брат, княживший там теперь, тоже отлично понимал причину, по которой его молодой родич так незадачлив. И не решался сунуться между Киевом и Плесковом, где сидела родня княгини Эльги, как между молотом и наковальней.

– Ну, что ж, иной раз найдешь дружбу у чужих людей скорее, чем у близких, – заметил Сверкер. – Не хочу говорить плохо о твоей родне, но иной раз и умные люди бывают подслеповаты. Я живу в середине мира, и мне отсюда видно все от края до края. По примеру Ивара Широкие Объятия и Харальда Боезуба, киевские князья хотят владеть всеми странами, которые им известны. Одд Хельги завоевывал земли, лежащие по соседству с его державой, и тем расширял ее пределы. Ингвар сын Ульва хитрее своего предшественника, хоть на вид и простоват. Он взял жену из Плескова и тем накинул петлю на все земли, лежащие между ним и Киевом. Твой отец пал его первой жертвой. А я был бы глупцом, если бы не понял, что мне готовят ту же участь. Но мы – мужчины и воины, а не жертвенные телята. Если мы с тобой объединимся, наши земли станут камнем в глотке Ингвара, которым он подавится.

– Ты хочешь… – Зорян широко раскрыл глаза и поставил на стол кубок.

– Если мы объединим наши силы, то никому не будет подступа к волокам ни с юга, ни с севера. Тогда и твои полоцкие родичи станут посмелее и удивятся, почему так долго на собственной земле боялись чужаков.

Зорян расправил плечи. В глазах его вспыхнуло пламя: то, о чем он уже двенадцать лет бесплодно мечтал, само шло в руки.

– У нас один враг – киевский князь, как бы его ни звали, – продолжал Сверкер. – Уже одно это делает нас ближе родичей. И есть средство…

– Ты отдашь мне свою дочь? – в нетерпении перебил его Зорян. – От княгини?

У него аж дух захватило. По-настоящему знатная жена, сильный тесть, продолжение рода, честь, уважение! То, что отроку на блюде с рушником подносят родители, едва пробьется первый ус, он ждал долгих двенадцать лет и уже не чаял дождаться. И вдруг счастье само свалилось с неба!

– Если мне не суждено дожить до того времени, когда мои сыновья возьмутся за оружие, я предпочел бы видеть своим наследником тебя, а не Ингвара киевского, – кивнул Сверкер. – Но ты должен будешь дать мне клятву, что не станешь покушаться на их наследственные права, когда они подрастут.

Сейчас Зорян готов был дать какие угодно клятвы. Но главная прежняя трудность никуда не делась.

– Но как быть… с Ингваром? – угрюмо спросил он. Ему было стыдно, что он все же должен считаться с запретом покровителя. – Когда он узнает, мне придется идти на войну прямо со свадьбы. Почти как отец ушел…

Зорян окончательно насупился, вспомнив, что его отец погиб всего через пару месяцев после свадьбы. А молодую княгиню увез Ингвар киевский.

– Только глупец будет ломиться в стену, а умный человек поищет дверь, – усмехнулся Сверкер. – Ведь Ингвар не запрещал тебе брать вообще каких-либо женщин в дом?

– Вот бы еще! – запальчиво возмутился Зорян.

– Не запрещал тебе участвовать в игрищах и праздниках?

Зорян пожал плечами: да кому же запрещают?

– В том числе и таких, с каких отроки приводят в дом жен?

– Ты к чему клонишь-то?

– Я тоже не запрещаю моей дочери участвовать в игрищах, – будто не слыша вопроса, продолжал рассуждать Сверкер. – Она взрослая девушка, давно невеста. Моя мать не желала отдавать ее замуж, но мать умерла… – Он невольно сник, коснувшись своей едва закрывшейся раны. – Теперь я просто обязан поскорее дать дочери мужа, дабы моя мать получила возможность возродиться. Ты ведь знаешь, в старину верили, что люди рождаются вновь?

Зорян опять пожал плечами: он еще не уловил сути дела.

– Совсем скоро будут Купалии. В это время отроки и девы находят себе пару во время игрищ