Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

И, если это случится, семьи погибших могут выместить свое горе на тебе — по вполне понятной причине, поскольку вся эта затея выглядит глупой. Вдовы предъявят к «ЭДС» в американских судах иски на гигантские суммы. Они способны обанкротить компанию. Подумай о десяти тысячах человек, которые потеряют работу, если это произойдет. Подумай о себе, Росс, против тебя могут быть выдвинуты даже уголовные обвинения, которые отправят в тюрьму тебя!

— Я ценю твой совет, Том, — спокойно промолвил Перо.

Люс уставился на него.

— Вижу, что я не сумел довести это до твоего сведения, не так ли?

Перо улыбнулся:

— Безусловно, сумел. Но если ты проживешь жизнь, беспокоясь по поводу всего плохого, что может случиться, ты скоро сможешь убедить себя, что лучше всего вообще ничего не делать.

Истина заключалась в том, что Перо было известно нечто, о чем и не подозревал Люс.

Росс Перо был везунчиком.

Ему везло всю жизнь.

Еще двенадцатилетним мальчишкой он разносил газеты в бедном районе с чернокожим населением Тексарканы. В те дни «Тексаркана газетт» стоила двадцать пять центов в неделю, и по воскресеньям, когда он собирал деньги, у него в конечном счете скапливалось в кошельке от сорока до пятидесяти долларов. И каждое воскресенье где-то на его пути какой-нибудь бедняк, спустивший свой недельный заработок предыдущей ночью в баре, пытался отобрать деньги у маленького Росса. Вот почему ни один другой мальчишка не осмеливался разносить газеты в этом районе. Но Росс никогда не поддавался страху. Он разъезжал на лошади, попытки ограбления никогда не были слишком злонамеренными, и ему везло. Он ни разу не лишился своих денег.

Ему вновь повезло, когда он поступал в Военно-морскую академию в Аннаполисе. Претенденты должны были заручиться покровительством сенатора или конгрессмена, но, безусловно, семья Перо не обладала нужными связями. Во всяком случае, юный Росс в жизни не видел моря — он и носу не высовывал дальше Далласа, расположенного за 180 миль от его родного города. Но в Тексаркане проживал молодой человек по имени Джош Моррис-младший, который бывал в Аннаполисе, рассказал Россу все о нем, и Росс влюбился в военно-морской флот, даже не увидев ни одного корабля. Так что он принялся бомбардировать письмами сенаторов, выклянчивая покровительство. Юнец добился своего — как это удавалось ему много раз в течение его жизни, — потому что он был слишком глуп для понимания, что это невозможно.

Лишь много лет спустя ему стало известно, каким образом это произошло. Однажды в 1949 году сенатор Уильям Ли О’Дэниэл разбирал бумаги на своем рабочем столе: его срок пребывания в сенате подошел к концу, и он не собирался вновь выставлять свою кандидатуру. Помощник напомнил ему:

— Сенатор, у нас есть незаполненное назначение в Военно-морскую академию.

— А оно требуется кому-нибудь?

— Ну, есть вот этот мальчик из Тексарканы, который несколько лет его добивается…

— Отдайте назначение ему, — приказал сенатор.

В том виде, в каком Перо слышал эту историю, его имя фактически ни разу не всплыло в разговоре.

Ему еще раз повезло при учреждении «ЭДС», когда он занялся этим. Работая агентом по продажам в компании «Ай-би-эм», Перо понял, что покупатели не всегда наилучшим образом используют продаваемое им оборудование. Обработка данных представляла собой новое и особое мастерство. Банки знали толк в банковском деле, страховые компании — в страховом, производители — в изготовлении товаров, а компьютерщики были сильны в обработке данных. Покупателю не нужна была сама установка, ему нужна была скоростная, дешевая информация, которую та могла обеспечить. Однако же, слишком часто, покупатель затрачивал так много времени на создание своего нового отдела обработки данных и обучение тому, как пользоваться этой установкой, что его компьютер становился источником неприятностей и затрат, вместо того чтобы избавить его от них. Замыслом Перо было продавать весь пакет — полный комплекс обработки данных с техническим оборудованием, программным обеспечением и персоналом. От покупателя просто требовалось доступным языком изложить, какая информация ему требуется, и «ЭДС» предоставит ее в его распоряжение. Затем он мог продолжать заниматься тем, в чем имел навыки, — банковским делом, страхованием или производством.

«Ай-би-эм» отвергла замысел Перо. Из каждого доллара, затрачиваемого на обработку данных, восемьдесят центов уходило на техническое обеспечение — машинное оборудование — и только двадцать центов на программное обеспечение, — именно то, что и хотел продавать Перо. «Ай-би-эм» не желала лезть под стол, чтобы подбирать каждый грош.

Итак, Перо снял тысячу долларов со своих сбережений и начал действовать на свой собственный страх и риск. За последующее десятилетие соотношение изменилось таким образом, что на программное обеспечение уходило семьдесят центов из каждого доллара, затраченного на обработку данных, и Перо стал одним из самых богатых людей в мире, заработавших состояние собственными силами.

Председатель совета директоров «Ай-би-эм» Том Уотсон как-то встретил Перо в ресторане и поинтересовался:

— Мне просто хочется узнать одну вещь, Росс. Ты предвидел, что это соотношение изменится?

— Вовсе нет, — ответил Перо. — Для меня и двадцать центов выглядели вполне привлекательно.

Да, он был везунчиком, но ему требовалось обеспечить своему везению пространство для действий. Что было толку сидеть в углу, проявляя осторожность? Вы никогда не получите шанса на везение, если не рискнете. Всю свою жизнь Перо шел на риск.

Этот, похоже, был самым большим.

В кабинет вошел Мерв Стоффер.

— Ты готов идти? — спросил он.

— Да.

Перо поднялся на ноги, и оба покинули кабинет. Они спустились на лифте и сели в автомобиль Стоффера, новехонький четырехдверный «Линкольн Версаль». Перо прочел надпись на табличке на приборной панели: «Мерв и Хелен Стоффер». Салон провонял запахом сигар Саймонса.

— Он ждет тебя, — сообщил Стоффер.