Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

вопрос, как кажется. То есть, конечно, предполагается, что я выйду замуж за молодого человека одного со мной круга и буду воспитывать детей. И замужество действительно наиболее вероятная перспектива.

— Почему?

— Потому хотя бы, что Уолден-Холл не перейдет ко мне по наследству после смерти отца.

— Как так?

— Имение передается вместе с титулом, а я, как вы понимаете, не могу стать графом Уолденом. А значит, новым владельцем усадьбы станет Питер — старший из близнецов.

— Понятно.

— К тому же сама я не смогу заработать себе на жизнь.

— Конечно же, сможете!

— Я ничего не умею.

— Так учитесь.

— Чему, например?

Максим пожал плечами:

— Да чему угодно. Вы можете выращивать породистых лошадей, управлять собственным магазином, поступить на государственную службу, стать профессором математики, писать пьесы для театра.

— Вас послушать, у меня получится все, за что бы я ни взялась.

— Я в самом деле так считаю. Но мне в голову пришла одна куда более вероятная возможность. Вы в совершенстве владеете русским — так почему бы не переводить на английский язык романы?

— Вы думаете, мне это по силам?

— Несомненно.

Шарлотта прикусила губу.

— Интересно, почему вы так верите в мои способности, а родители нет?

Немного подумав, он ответил с улыбкой:

— Просто, если бы вас воспитывал я, вы бы сейчас жаловались, что вас все время заставляли серьезно учиться и совсем не пускали на танцульки.

— А у вас есть дети?

Он отвел взгляд в сторону.

— Я не был женат.

Шарлотта оживилась.

— А вы хотели бы иметь семью?

— Да.

Она понимала, что продолжать не следует, но не могла сдержать любопытства: ей было по-настоящему интересно узнать, любил ли когда-нибудь этот странный человек.

— Так что же случилось?

— Моя невеста вышла замуж за другого.

— Как ее звали?

— Лидия.

— В точности как мою маму!

— Неужели?

— В девичестве она была Лидией Шатовой. Если вы какое-то время жили в Петербурге, то, вероятно, слышали о графе Шатове.

— Да, да, слышал. У вас есть часы?

— Часы? Нет.

— И у меня тоже. — Он оглядел зал и увидел часы на стене.

Шарлотта проследила за его взглядом.

— О мой Бог! Уже пять часов. А я-то собиралась вернуться домой, прежде чем мама спустится к чаю.

Она поднялась из-за столика.

— У вас будут проблемы? — спросил он, тоже вставая.

— Боюсь, да. — Она повернулась, чтобы выйти из кафе.

— Шарлотта… — обратился он к ней.

— Да, что такое?

— Не могли бы вы заплатить за чай? Я, видите ли, очень беден.

— Ах, даже не знаю, есть ли у меня с собой деньги. Есть! Смотрите, здесь одиннадцать пенсов. Этого хватит?

— Конечно. — Он взял монеты из ее ладони и отправился к стойке, чтобы расплатиться.

«Занятно, о чем только приходится помнить, когда ты вне своего привычного окружения, — подумала Шарлотта. — Увидеть бы выражение лица Марии, если сказать ей, что я угостила чаем в кафе совершенно незнакомого мужчину! Да ее удар хватит!»

Максим отдал ей сдачу и придержал входную дверь.

— Я могу немного проводить вас.

— Спасибо.

Максим взял ее за руку, и они пошли вдоль тротуара. Солнце все еще припекало. В их сторону двигался полицейский, и Максим заставил Шарлотту остановиться и сделать вид, что они разглядывают витрину магазина, пока тот не прошел мимо.

— Почему вы не хотели, чтобы он обратил на нас внимание? — спросила Шарлотта.

— Они могут до сих пор выискивать участниц демонстрации.

Шарлотта нахмурилась. Объяснение показалось ей неправдоподобным. Впрочем, наверное, ему виднее.

Они пошли дальше.

— Мне всегда нравился июнь, — сказала она.

— Да, погода в Англии просто прекрасная.

— Если вам так кажется, значит, вы не бывали на юге Франции.

— Зато, как я понимаю, там часто бывали вы.

— Мы туда отправляемся каждую зиму. У нас вилла в Монте-Карло. — Ей внезапно стало неловко. — Надеюсь, вы не думаете, что я бахвалюсь этим?

— Разумеется, нет, — улыбнулся он. — В вашем возрасте уже пора понять, что богатства надо стыдиться, а не гордиться им.

— Вероятно, так и есть. Но только я пока этого не поняла. Вы, стало быть, презираете меня?

— Нет. Ведь богатство вам не принадлежит.

— Вы самый интересный человек из всех, кого я когда-либо встречала, — призналась Шарлотта. — Мы можем снова увидеться?

— Конечно, — кивнул он. — У вас есть носовой платок?

Она достала платок из кармана плаща и протянула ему. Он утер себе нос.

— Говорила же, что вы подхватили простуду! — сказала она. — У вас вон и глаза слезятся.

— Должно быть, вы правы, — промокнул он глаза. — Назначим новую встречу в том же кафе?

— Мне это место показалось не слишком уютным, — возразила она. — Давайте подыщем что-нибудь другое. У меня идея! Как насчет Национальной галереи? Там, если я увижу кого-то из знакомых, мы всегда сможем сделать вид, будто не вместе.

— Хорошо.

— Вы любите живопись?

— Надеюсь, вы научите меня любить ее.

— Тогда договорились. Что, если мы встретимся там послезавтра в два?

— Превосходно.

Только сейчас до нее дошло, что ей может оказаться сложно вырваться из дома.

— Если у меня не получится прийти и свидание придется отменить, я могу послать