Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

— И мама тоже.

— Что она говорит?

— Она боится, что все эти расисты-южане убьют всех нас.

— Я не думаю, что до этого дойдет, но ты можешь потерять работу.

— Мистер Реншо что — то сказал?

— Ни черта подобного, он еще ничего не знает, но узнает, если тебя арестуют.

Реншо, родом из Буффало, был другом детства Грега и старшим партнером в престижной вашингтонской юридической фирме «Фосетт Реншо». Летом прошлого года Грег устроил Джорджа на работу солиситером-практикантом на фирме, и они оба надеялись, что после окончания университета вместо временной должности ему предложат постоянную работу. Вот была бы удача: Джордж стал бы первым негром, кто работал бы там не уборщиком, а кем-то еще.

Джордж сказал с некоторым раздражением:

— Участники рейса свободны — не нарушители закона. Мы пытаемся сделать так, чтобы закон вступил в силу. Преступники те, кто выступает за сегрегацию. Я бы хотел, чтобы такой юрист, как Реншо, понял это.

— Он понимает, но все равно не может держать на работе человека, у которого неприятности с полицией. Поверь мне, было бы то же самое, если бы ты был белый.

— Но мы за соблюдение закона!

— В жизни много несправедливостей. Студенческие дни позади — добро пожаловать в реальный мир.

Руководитель обратился к участникам поездки:

— Покупайте билеты и проверьте свой багаж.

Джордж встал.

— Ну как, смогу ли тебя отговорить? — спросил Грег.

У него был такой жалкий вид, что Джорджу очень хотелось уступить, но он не мог.

— Нет, я решил, — ответил он.

— Тогда, пожалуйста, будь осторожен.

Джордж был тронут.

— Я счастлив, что у меня есть люди, которые беспокоятся обо мне, — сказал он. — Я знаю это.

Грег сжал его руку и быстро вышел.

Джордж встал в очередь вместе со всеми в кассу и купил билет до Нового Орлеана. Потом он прошел к сине — серому автобусу и отдал свой чемоданчик, чтобы его закрыли в багажном отделении. На борту автобуса была нарисована огромная борзая и написан лозунг: «Мы повезем вас с комфортом». Джордж вошел в автобус.

Руководитель поездки направил его на одно из мест в передней части салона. Другим он предложил сесть так, чтобы рядом были белый и черный. Водитель не обращал никакого внимания на участников акции, а обычные пассажиры, казалось, проявляли лишь небольшое любопытство. Джордж раскрыл книгу, которую дала ему мать, и прочитал первую строку.

В этот момент руководитель сказал одной из женщин сесть рядом с Джорджем. Довольный, он кивнул ей. Он виделся с ней раза два раньше, и она ему понравилась. Ее звали Мария Саммерс. На ней было светло-серое хлопковое платье с высоким вырезом и пышной юбкой. У нее была такая же темная кожа, как мать Джорджа, миловидный приплюснутый носик и губы, которые навели его на мысль о поцелуе. Он знал, что она студентка юридического факультета Чикагского университета и, как он, должна в этом году окончить его, то есть они были примерно одного и того же возраста. Он понял, что она не только умна, но и целеустремлена: иначе как девушка, да к тому же темнокожая, могла попасть на юридический факультет.

Он закрыл книгу, так как водитель завел двигатель, и автобус тронулся. Мария опустила глаза и сказала:

— «Убить пересмешника». В прошлом году летом я была в Монтгомери.

— Что ты там делала? — спросил он.

— Мой отец юрист, а его клиент подал в суд на штат. Я помогала отцу во время каникул.

— Вы выиграли дело?

— Нет. Но я, наверное, мешаю тебе читать.

— Я могу почитать в любое другое время. Не часто доводится сидеть в автобусе рядом с такой красивой девушкой, как ты.

— Меня предупреждали, что ты не скупишься на комплименты.

— Я могу раскрыть свой секрет, если хочешь.

— Идет. Что за секрет?

— Я говорю искренне.

Она засмеялась.

— Только, пожалуйста, никому об этом не рассказывай. Иначе подорвешь мою репутацию.

Автобус пересек Потомак и въехал в штат Виргиния по автодороге 1.

— Ну вот, Джордж. Мы уже на Юге, — заметила она. — Ты боишься?

— Конечно, боюсь.

— И я тоже.

Шоссе прямой узкой полосой на многие мили разрезало леса, покрытые весенней листвой. Они проезжали через небольшие города, где у людей было так мало дел, что они останавливались, чтобы поглазеть на автобус. Джордж редко смотрел в окно. Он узнал, что Мария выросла в семье, регулярно посещавшей церковь, а ее дед был проповедником. Джордж рассказал, что ходил в церковь, только чтобы порадовать мать, и Мария призналась, что и она тоже. Они разговаривали всю дорогу, пока ехали 50 миль по Фредериксбурга.

Участники рейса свободы затихли, когда автобус въехал в небольшой исторический город, где продолжали верховенствовать белые. Конечная станция автобусов, принадлежащих «Грейхаунд», располагалась между двумя церквами из красного кирпича с белыми дверями, но христианство не обязательно было добрым знаком на Юге. Когда автобус остановился, Джордж увидел туалеты и удивился, на дверях не было табличек с указанием «только для белых» или «Только для цветных».

Пассажиры вышли из автобуса и стояли, щурясь от солнца. Посмотрев более внимательно, Джордж заметил светлую краску на дверях туалетов и