Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

— Но получил ты их на добыче угля.

— Ты провела столько времени в постели с этим ублюдком Уильямсом, что и сама стала чертовой коммунисткой!

— И это еще одна причина для развода. Малыш, ну неужели ты вправду хочешь, чтобы я оставалась твоей женой? Ты ведь можешь найти ту, что действительно тебе подойдет. Для половины всех лондонских девчонок стать виконтессой Эйбрауэнской было бы пределом мечтаний.

— Я не сделаю ничего, что оказалось бы на руку этой чертовой семейке Уильямсов. Кстати, я вчера слышал, что твой дружок метит в члены парламента.

— И из него получится прекрасный парламентарий!

— Ни хрена у него не получится с тобой на хвосте. Его вообще не изберут, он же — чертов социалист. А ты была в партии фашистов!

— Я думала об этом. Я понимаю, что это представляет собой некоторое затруднение…

— Затруднение? Да это — непреодолимое препятствие. Вот посмотришь, как раздуют эту историю газеты! Ты будешь распята, как сегодня — я.

— Я так понимаю, что именно ты напишешь об этом в «Дейли мейл»?

— Мне и не придется, это сделают его противники. Запомни мои слова. Будешь рядом с Ллойдом Уильямсом — у него нет ни единого, самого задрипанного, шанса.

В течение первых пяти дней июня лейтенант Вуди Дьюар со своим взводом воздушных десантников — и еще около тысячи таких же — находился на уединенном аэродроме где-то к северо-востоку от Лондона. Авиационный ангар переоборудовали в огромную спальню с сотнями коек, расположенных длинными рядами. Пока они ждали, для развлечения у них было кино и джазовые пластинки.

Целью их была Нормандия. Союзники с помощью тщательно разработанного плана мероприятий по введению противника в заблуждение пытались создать у германского высшего командования впечатление, что район высадки — в двухстах милях к северо-востоку от Кале. Если немцев удастся обмануть, наступающие войска ждет относительно слабое сопротивление, во всяком случае в первые несколько часов.

Первой волной должен был стать воздушный десант, в середине ночи. Второй волной должны были идти главные силы, 130 тысяч человек на борту флотилии из пяти тысяч судов, — с рассветом они высадятся на побережье Нормандии. К тому времени воздушный десант уже должен будет разрушить укрепленные пункты в глубине района и взять под контроль основные транспортные узлы.

Взвод Вуди должен был захватить мост через реку в маленьком городке с названием Эглиз-де-Сер, в десяти милях от берега. Сделав это, они должны будут удерживать мост, не давая возможности переправиться немецким войскам, которые могут послать на помощь береговым отрядам, — до тех пор, пока к ним не подойдут основные силы союзников. И ни в коем случае нельзя позволить немцам взорвать мост.

Пока они ждали сигнала, Асс Веббер вел бесконечную игру в покер, то выигрывая тысячу долларов, то снова проигрывая. Левша Кэмерон маниакально начищал и смазывал свой легкий полуавтоматический карабин «М-1», модель для десанта, со складным прикладом. Лонни Каллаган и Тони Бонанио, что прежде друг друга терпеть не могли, теперь каждый день вместе ходили в столовую. Проныра Пит Шнайдер наточил купленный в Лондоне боевой нож так, что им можно было бриться. Патрик Тимоти, похожий на Кларка Гейбла (и носивший такие же усы), играл на укулеле одну и ту же мелодию снова и снова, отчего все уже на стенку лезли. Сержант Дефо писал жене длинные письма, потом рвал их и начинал заново. Мак Трулав и Курилка Джо Морган остригли и выбрили друг дружке головы, полагая, что так медикам будет легче в случае травмы головы.

Почти у всех были прозвища. Вуди обнаружил, что его самого прозвали Виски.

Начало операции назначили на четвертое июня, воскресенье, но потом отложили из-за погоды.

Вечером в понедельник, 5 июня, полковник произнес речь.

— Солдаты! — вскричал он. — Сегодня ночью мы начинаем наступление на Францию!

Все одобрительно взревели. Какая ирония, подумал Вуди. Здесь они в тепле и безопасности, но ждут не дождутся, когда попадут туда, прыгнут с парашютом и приземлятся прямо в объятия врага, жаждущего их крови.

Ужин был отменный, на стол выставили все, что было, — отбивные, буженину, курицу, жареную картошку, мороженое. Но Вуди ничего не хотелось. Он лучше других представлял себе, что его ожидает, и не хотел лететь с полным желудком. Он взял кофе и пончик. Кофе был американский, ароматный и с изысканным вкусом, в отличие от ужасной бурды, которую варили англичане, когда у них вообще оказывался кофе.

Он снял ботинки и лег на свою койку. Он думал о Белле Эрнандес, вспоминал ее улыбку одним уголком рта и ее мягкие груди.

Следующим, что он осознал, был звук сигнала.

Мгновение Вуди казалось, что он просыпается после плохого сна, в котором он отправлялся в бой, убивать людей. А потом он понял, что это наяву.

Все надели костюмы парашютистов и собрали свое снаряжение. Его оказалось слишком много. Кое-что было совершенно необходимо: карабин и 150 патронов калибра 7.8 мм; противотанковые гранаты; небольшая бомба, известная как граната Гаммона; сухпаек; таблетки, очищающие воду; аптечка первой помощи с морфином. И другое, без чего можно было обойтись: саперная лопатка, набор для бритья, французский разговорник. Груза было так много, что те, кто поменьше, еле брели к самолетам, выстроенным в ряд в темноте на взлетной полосе.

К месту их должны были доставить самолеты «С-47 Скайтрейн». Вуди, к своему удивлению, обнаружил у самолетов яркую окраску — черно-белые полосы. Пилот их самолета, раздражительный человек со Среднего Запада, которого звали капитан Боннер, сказал:

— Это чтобы нас не сбили наши собственные зенитки, черт бы их побрал.

Перед погрузкой на борт всех взвешивали. У Каллагана и Бонанио