Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

Он шмыгнул носом, глотая слезы.

Расправив плечи, он быстрым шагом пошел к Ист-Энду. Сегодняшний триумф был омрачен. Он понимал, что было глупо думать о Дейзи — совершенно очевидно, что уж она-то о нем не думала, — и все равно у него сердце разрывалось от мысли, что Дейзи погубила свою жизнь, выйдя замуж за Малыша Фицгерберта.

Он старался выбросить ее из головы.

Полиция рассаживалась по своим автобусам и покидала место действия. Ллойда не удивила сегодня их жестокость — он всю жизнь провел в Ист-Энде, и тут вообще был неспокойный район, — но вот их антисемитизм его поразил. На любую женщину они кричали «еврейская шлюха», на любого мужчину — «еврейский ублюдок». В Германии полиция поддерживала нацистов и выступала на стороне коричневорубашечников. Неужели и здесь будет то же самое? Не может быть!

Толпа на Гардинерз-корнер уже праздновала победу. Оркестр Еврейской юношеской бригады играл джаз, мужчины и женщины танцевали, по рукам ходили бутылки виски и джина. Ллойд решил съездить в Лондонский госпиталь и узнать, как там Милли. Потом, наверное, ему придется поехать в штаб Еврейского совета и сообщить Берни, что Милли попала в больницу.

Не успел он и шагу ступить, как наткнулся на Ленни Гриффитса.

— Мы отправили-таки сволочей восвояси! — радостно сказал Ленни.

— Мы тоже, — улыбнулся Ллойд.

— Бьем фашистов здесь — разобьем и в Испании, — понизив голос, сказал Ленни.

— Когда вы едете?

— Завтра. Утром мы с Дейвом сядем на парижский поезд.

Ллойд положил руку Ленни на плечо и сказал:

— Я еду с вами.

Глава 4

Володя Пешков опустил голову, отворачиваясь от летящего в лицо снега. Он шел по мосту через Москву-реку. На нем была тяжелая шуба, меховая шапка и хорошие кожаные сапоги. Мало кто из москвичей так хорошо одевался. Володя был счастливчик.

У него всегда была хорошая обувь. Его отец, Григорий, был военным комиссаром. Но он был не честолюбив: хоть и герой Октябрьской революции и лично знаком с товарищем Сталиным, но когда-то в двадцатые годы его карьера замерла на месте. И все равно его семья всегда жила в достатке.

А вот Володя был честолюбив. После университета он попал в престижную Академию военной разведки. Через год его направили в штаб разведки Красной армии.

Самой большой его удачей была встреча в Берлине с Вернером Франком, когда его отец был военным атташе в советском посольстве. Вернер учился в той же школе, в младшем классе. Узнав, что юный Вернер ненавидел фашизм, Володя предложил ему наилучший способ бороться с фашизмом — стать русским шпионом.

Вернеру тогда было всего четырнадцать, сейчас — восемнадцать, и он работал в Воздушном министерстве и ненавидел нацистов еще больше, у него был мощный радиопередатчик и кодовая книжка. Он был находчив и отважен, смертельно рисковал и собирал бесценную информацию. А Володя был его связным.

Он не видел Вернера четыре года, но хорошо его помнил. Высокий, с ярко-рыжими волосами, он вел себя по-взрослому и выглядел старше своих лет и даже в четырнадцать лет имел завидный успех у женщин.

Недавно Вернер рассказал ему про Маркуса, дипломата в немецком посольстве в Москве, который втайне был коммунистом. Володя разыскал Маркуса и завербовал. Маркус снабжал Володю массой данных, которые Володя переводил на русский и передавал своему боссу. Последним был великолепный отчет о том, как пронацистские американские бизнесмены снабжали правых испанских мятежников грузовиками, шинами и бензином.

Председатель правления «Тексако», горячий поклонник Гитлера Торкильд Рибер, игнорируя настоятельную просьбу президента Рузвельта, поставлял мятежникам бензин, пользуясь танкерами компании.

Сейчас Володя направлялся на встречу с Маркусом.

Он шел по Кутузовскому проспекту, потом повернул к Киевскому вокзалу. Сегодня их встреча должна была состояться в рабочей пивной у вокзала. Они никогда не встречались дважды в одном и том же месте и, прощаясь, договаривались, когда и где произойдет следующая встреча, — во всем, что касалось агентурной работы, Володя был очень щепетилен. Они всегда встречались в дешевых пивных и столовых, куда коллегам Маркуса, дипломатам, никогда и в голову не пришло бы зайти. Если бы Маркус почему-либо попал под подозрение и за ним послали бы следить агента контрразведки, Володя его заметил бы, потому что такой человек резко отличался бы от остальных посетителей.

Пивная называлась «Украина». Как многие подобные заведения, это была деревянная постройка. Стекла запотели — значит, внутри хотя бы тепло. Но Володя не сразу зашел. Следовало принять меры предосторожности. Он перешел на другую сторону улицы и нырнул в подъезд жилого дома. Он остановился на холодной лестничной площадке у маленького окошка и стал наблюдать за пивной.

Интересно, появится ли Маркус, думал он. Раньше он всегда приходил, но на этот раз у Володи уверенности не было. А если придет, то какие новости он принесет? В мировой политике самой горячей темой была Испания, но разведке Красной Армии также отчаянно нужна была информация о вооружении Германии. Сколько танков они выпускали в месяц? Сколько пулеметов «Маузер M-34» — в день? Насколько хорош бомбардировщик «Хейнкель-111»? Володе очень нужна была такая информация, чтобы передать начальнику, майору Лемитову.

Прошло полчаса, а Маркус не появлялся.

Володя начал волноваться. Может быть, его раскрыли? Он был референтом посла, следовательно, видел все, что оказывалось у посла на столе; но Володя просил его искать доступ и к другим документам, особенно к корреспонденции военных атташе. Может быть, это было ошибкой? Вдруг кто-то заметил, что Маркус украдкой заглядывает