Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

Эта фраза тоже прозвучала двусмысленно. Так можно было и успокоить, и предупредить.

— Это хорошо, — сказал Сотник.

Левка выпил и взглянул на часы.

— Скоро здесь должен проходить военный патруль, — солгал он. — Пора мне.

— Еще по одной, — сказал Сотник.

Левка встал.

— Виски брать будете? — Он позволил себе проявить раздражение. — Я легко продам его в другом месте.

Это была правда. Продать алкоголь было несложно.

— Беру.

— Деньги на бочку.

Сотник поднял с пола седельную сумку и начал отсчитывать пятирублевые монеты. Цена, о которой они договаривались, составляла шестьдесят рублей за дюжину. Сотник медленно складывал монеты в столбики по двенадцать, пока не получилось двенадцать столбиков. Левка понял, что до ста сорока четырех Сотник считать не мог.

Закончив, Сотник посмотрел на Левку. Левка кивнул. Сотник ссыпал монеты обратно.

Они вышли на улицу. Сотник нес сумку. Опустилась ночь, но светила луна, и все было хорошо видно. Левка сказал Сиду по-английски:

— Сиди на месте. Будь начеку.

При незаконных сделках это всегда опасный момент: покупатель может схватить товар, а денег не отдать. А рисковать этими деньгами Левка не собирался.

Он стянул с повозки брезент, сдвинул в сторону коробки какао, чтобы показались коробки с виски. Одну коробку он поставил на землю у ног Сотника.

К повозке подошел второй казак и потянулся за следующей коробкой.

— Нет, — сказал Левка и посмотрел на Сотника. — Сперва деньги.

Повисло молчание. Сид на козлах отвернул полу шинели, демонстрируя ствол.

Сотник отдал Левке сумку.

Левка заглянул в нее, но решил не пересчитывать деньги снова. Если бы Сотник украдкой вытащил несколько монет, он бы заметил. Он передал сумку Сиду, помог остальным разгрузить повозку.

Прощаясь, он пожал всем руки и уже собирался забраться в повозку когда Сотник его остановил.

— Гляди-ка, — сказал он, показывая на открытую коробку. — Одной бутылки не хватает.

Недостающая бутылка стояла на столе в трактире, и Сотник это знал. Он пытался затеять ссору, и это было опасно.

— Дай мне одну монету, — сказал Левка Сиду по-английски.

Сид открыл сумку и протянул ему пятирублевку Левка положил ее на сжатый кулак и подбросил в воздух так, что она завертелась, поблескивая в лунном свете. Сотник инстинктивно протянул руку, чтобы ее поймать, а Левка тем временем запрыгнул на козлы рядом с Сидом.

Сид взмахнул кнутом.

— Помогай вам Бог! — крикнул Левка с тронувшейся повозки. — Понадобится еще виски — дайте знать!

Мул затрусил со двора и повернул на дорогу; Левка вздохнул спокойнее.

— Сколько мы получили? — спросил Сид.

— Сколько просили. Триста шестьдесят рублей каждому. Минус пять. Эти пять рублей, что пришлось вернуть, пусть будут с меня. Тебе во что?

Сид достал большой кожаный кошелек. Левка отсчитал ему туда семьдесят две монеты.

Он попрощался с Сидом и спрыгнул с повозки возле дома, где располагались американские офицеры. Там его уже поджидал капитан Хэммонд.

— Пешков! Где вы были?

Левка пожалел, что у него с собой казацкая седельная сумка, в которой лежат триста шестьдесят пять рублей.

— Немного походил по окрестностям.

— Но ведь уже темно!

— Потому-то я и вернулся.

— Мы вас искали. Вас желает видеть полковник.

— Немедленно буду, сэр! — и Левка бросился к своей комнате, чтобы оставить там сумку, но Хэммонд сказал:

— Кабинет полковника в другой стороне.

— Есть! — сказал Левка, поворачивая назад.

Полковник Маркхэм Левку недолюбливал. Полковник был профессиональный военный, не из тех, кого набрали с началом войны.

Левка хотел было оставить сумку на полу перед входом в кабинет полковника, но сумма была слишком заметна, чтобы бросать без присмотра.

— Где, черт возьми, вы были?! — сказал полковник, едва Левка вошел.

— Осматривал город, сэр.

— Вы получаете новое назначение. Нашим английским коллегам нужны переводчики, и они попросили меня прикомандировать вас к ним.

Левке показалось, что это неплохо.

— Есть, сэр!

— Вы едете с ними в Омск.

Значит, не так уж и хорошо. Больше шести тысяч километров по российской глуши.

— Зачем, сэр?

— Они вам расскажут сами.

Ехать Левке не хотелось. Слишком далеко от дома.

— На это требуется мое согласие, сэр?

Полковник ответил не сразу, и Левка понял, что на самом деле подобные назначения — добровольные, насколько это возможно в армии.

— Вы что, отказываетесь? — угрожающе спросил полковник.

— Только в том случае, если это дело добровольное.

— Я обрисую вам ситуацию, лейтенант, — сказал полковник. — Если вы согласитесь, я не буду просить вас открыть эту сумку и показать мне ее содержимое.

Делать было нечего.

Омск, подумал Левка. Вот черт.