Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

Потому разгром неумолимо приближался.

Словно для того, чтобы окончательно погубить армаду, ветер сменился на северный, так что уйти в том направлении не представлялось возможным. На востоке и на юге поджидали песчаные отмели, а с запада продолжали наскакивать англичане. Испанцы очутились в ловушке. Они сражались доблестно, однако им, похоже, было суждено либо затонуть под залпы английских пушек, либо сесть на днища на отмелях.

Надежды не осталось.

В четыре часа пополудни погода стала меняться.

Неожиданно задул сильный юго-западный ветер. На палубе «Арк Ройяла» Нед Уиллард даже пошатнулся от резкого порыва и мгновенно промок от хлынувшего дождя. Этакой досадной помехе следовало, пожалуй, разве что улыбнуться, но Неда беспокоил тот факт, что испанская армада вдруг скрылась от англичан за дождевой завесой.

Когда английский флот осторожно приблизился к тому месту, где рассчитывал отыскать врага, обнаружилось, что испанцы исчезли.

Неужели они все-таки сумеют удрать?

Полчаса спустя буря завершилась — столь же мгновенно, как разразилась, — и засияло солнце. Нед оглядел море. Испанцы нашлись! К его разочарованию, они находились в двух милях к северу от англичан и быстро удалялись.

«Арк» распустил паруса и устремился в погоню. Остальной флот последовал за флагманом. Как бы они ни спешили, подумалось Неду, до ночи догнать врага вряд ли получится. Похоже, сражение закончилось.

Оба флота шли вдоль восточного побережья Англии.

Пала ночь. Утомленный до изнеможения дневными событиями, Нед завалился, не раздеваясь, на свою койку. На рассвете следующего дня он убедился, что испанцам удалось сохранить отрыв от преследователей; вражеские корабли по-прежнему двигались на север.

Лорд Говард, как обычно, стоял на мостике и пил разведенное водой пиво.

— Что происходит, милорд? — спросил Нед. — Почему мы никак их не нагоним?

— Нам и не нужно никого догонять, — ответил Говард. — Видите, они убегают. Мы победили.

— По-вашему, куда они направляются?

— Хороший вопрос. Насколько могу судить, им придется обогнуть северную оконечность Шотландии, а затем повернуть на юг и пойти через Ирландское море. Думаю, вам известно, что тамошними картами они не располагают.

Этого Нед не знал.

— Я провел рядом с вами все эти одиннадцать дней, милорд, но до сих пор не могу понять, как так вышло, что мы живы.

— Видите ли, сэр Нед, вторгнуться на остров чрезвычайно сложно. У нападающего возникает множество затруднений. Припасы кончаются, корабли и люди уязвимы при погрузке и высадке, места и воды вокруг чужие, неизведанные. Мы все эти дни в основном лишь изводили неприятеля, ожидая, покуда он не сломается под грузом упомянутых затруднений.

Нед задумчиво кивнул.

— Ее величество не зря расходовала средства на свой флот.

— Верно, друг мой.

Нед посмотрел туда, где виднелись кормовые надстройки и паруса испанских кораблей.

— Итак, мы и вправду победили.

В это совершенно не верилось. Умом Нед понимал, что ему самому и всем прочим следовало бы плясать от радости, но пока ощущал лишь опустошенность. Быть может, он спляшет позднее, когда осознает случившееся.

Лорд Говард усмехнулся.

— Да, победили.

— Разрази меня гром, — только и пробормотал Нед.

Глава 27

Пьера Омана разбудил его пасынок Алэн.

— Созывают срочное заседание Тайного совета, — объяснил он боязливо, опасаясь, должно быть, что отчим и господин сорвет на нем свое неудовольствие.

Пьер сел в кровати и нахмурился. Что за переполох? Он не любил неожиданностей. Почему его не известили заблаговременно о предстоящем заседании?

Он почесал руку, и сухие чешуйки отшелушившейся кожи упали на украшенную вышивкой простыню.

— Что еще?

— Получено сообщение от д’О, — поведал Алэн. Это имя, Франсуа д’О, носил королевский суперинтендант. — Он настойчиво просит, от имени его величества, обеспечить присутствие на совете герцога де Гиза.

Пьер поглядел за окно. Еще не рассвело, за окном царила тьма; было слышно, как барабанит по крыше проливной дождь. Что ж, продолжая нежиться в постели, он ничего больше не выяснит. Надо вставать.

До Рождества 1588 года оставалось два дня. Пьер и Алэн находились в королевском замке Блуа, что располагался в сотне миль к юго-западу от Парижа. В этом огромном замке насчитывались десятки спален и прочих помещений, и Пьеру достались просторные покои, ничуть не меньше тех, что отвели его господину, герцогу Анри, и лишь чуть меньше королевских.

Подобно королю и герцогу, Пьер привез в замок кое-какие предметы роскоши из собственного имущества, в том числе огромную, чрезвычайно мягкую и удобную кровать, а также многозначительно широкий — для тех, кто понимал — письменный стол. Кроме того, он хранил при себе пару колесцовых пистолетов с серебряными насадками, подарок короля Генриха, первый и единственный дар монарха своему верному слуге. Эти пистолеты Пьер держал у кровати — непременно заряженными.

Прислугой, состоявшей при нем, командовал двадцативосьмилетний Алэн, которого Пьер полностью приручил и которого сделал своим доверенным помощником. А еще он привез с собой в Блуа свою покорную любовницу Луизу Нимскую.

Стараниями Пьера герцог Анри де Гиз сделался одним из