Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

Сильви опешила. Никогда прежде мать не говорила ничего подобного.

Изабель заметила растерянность дочери.

— Даже Господь дал Себе отдых в седьмой день, сотворив сей мир!

— Наша работа еще не закончена.

— И вряд ли закончится до дня Страшного суда.

— Тем больше причин ее продолжать.

— Я лишь хочу, доченька, чтобы ты была счастлива.

— Но чего желает Господь? Ты сама меня учила сперва думать об этом.

Изабель вздохнула.

— Верно. В молодости я была глупее и упрямее.

— Не говори чушь! Я не могу идти замуж. У меня есть дело.

— Знаешь, Нед Недом, но, сдается мне, нам все равно придется искать иные способы исполнять волю Божью.

— Я не понимаю.

— Погоди, со временем все станет ясно.

— Ну да. Все ведь в руках Божьих, так?

— Конечно.

— Будем довольствоваться тем, что имеем.

Изабель снова вздохнула.

— Аминь.

Сильви затруднилась бы объяснить, что скрывалось за этим словом.

Выйдя из лавки, Нед заметил на другой стороне улицы молодого оборванца, мнущегося у таверны. Нед свернул на восток, в направлении дома английского посланника. Обернулся через плечо и увидел, что оборванец следует за ним.

Сердце пело. Сильви поцеловала его так, будто ей давно этого хотелось. Он и вправду восхищался этой женщиной. Впервые за много лет он встретил ту, что могла сравниться с Марджери. Сильви была умной, отважной — и чертовски привлекательной. Неду не терпелось увидеться с нею снова.

Он вовсе не забыл Марджери. И никогда не сможет забыть. Но графиня Ширинг отказалась бежать вместе с ним, а значит, ему выпало провести остаток дней вдали от нее. И пора бы полюбить кого-то другого.

Матушка Сильви тоже пришлась ему по душе. Для своего возраста она выглядела очень хорошо: фигура женственная, лицо красивое, морщинки в уголках голубых глаз придавали ей некое особое очарование. И она всячески давала понять, что Нед ей нравится.

История, которая поведала Сильви, насчет Пьера Омана, немало рассердила Неда. Этот негодяй посмел жениться на ней! Неудивительно, что с тех самых пор она попросту боялась снова выходить замуж. Вообразив себе Сильви, преданную в день собственной свадьбы, Нед внезапно ощутил страстное желание задушить Пьера Омана голыми руками.

Впрочем, он не позволил этой мысли себя отвлечь. Ведь вокруг, как ни крути, происходило столько всего хорошего! Быть может, именно Франция станет второй крупной европейской страной, где восторжествует религиозная свобода.

Переходя улицу Сен-Жак, Нед опять обернулся — и снова увидел того оборванца. За ним явно следили.

Пожалуй, надо бы что-то предпринять.

Он постоял на углу, любуясь великолепной церковью Святого Северина. Оборванец прошмыгнул мимо, воровато пряча взгляд, и свернул в первый же проулок.

Нед направился к маленькой церкви Святого Жюльена-Бедняка, пересек заброшенное кладбище. За восточным углом храма обнаружился глубокий дверной проем, отличное место, чтобы спрятаться. Нед укрылся в тени, обнажил кинжал и взял тот особым хватом; шишка рукояти удобно легла между большим и указательным пальцами.

Едва оборванец, вновь пошедший по следу, поравнялся с дверным проемом, Нед выступил из тени и ударил преследователя по лицу рукоятью кинжала. Оборванец вскрикнул, пошатнулся, из носа и разбитой губы потекла кровь. Но он быстро пришел в себя и резко развернулся, намереваясь удрать. Нед кинулся ему вдогонку, поставил подножку и повалил наземь. Потом сел ему на спину и приставил острие кинжала к шее.

— Кто тебя послал?

Мужчина утер кровь.

— Не знаю, о чем вы говорите! Зачем вы на меня напали?

Нед надавил, и острие кинжала проткнуло грязную кожу на шее оборванца. Царапина тут же заалела.

— Прошу вас, не надо!

— Нас никто не видит. Я убью тебя и просто уйду, если не скажешь, кто велел тебе следить за мной.

— Хорошо, хорошо! Меня послал Жорж Бирон.

— Это еще кто, черт подери?

— Барон де Монтаньи.

Имя звучало знакомо.

— Почему он желает знать, куда я хожу?

— Богом клянусь, не знаю! Нам велено было следить, только и всего!

Нам? Получается, их несколько, а этот Бирон — вожак. И отчего-то решил — или ему приказали — проследить за Недом.

— За кем еще ты следил?

— Раньше за Уолсингемом. А потом нам приказали взяться за вас.

— На кого работает твой Бирон?

— Он нам ничего не говорил, правда!

Разумно, подумал Нед. С какой стати объяснять такому вот отребью причины своих действий?

Он встал, сунул кинжал в ножны и пошел прочь.

Пересек площадь Мобер и вошел в дом посланника. Уолсингем встретил его в рабочей комнате.

— Вам известно что-нибудь по поводу некоего Жоржа Бирона, барона де Монтаньи? — спросил Нед.

— Да уж. — Уолсингем хмыкнул. — Он в списке подручных Пьера Омана де Гиза.

— Что ж, это все объясняет.

— Что именно?

— Почему