Киев – Москва. Расхождение - Михаил Иосифович Веллер

5,5 метра, венчала ворота небольшая надвратная церковь; и крыты они были золоченой медью, сияя издалека. Служили они одновременно и Триумфальной аркой, и парадными воротами Владимира, и укрепленным въездом в Новый Город, где располагался дворец князя, боярские терема и обители духовенства и богатого купечества. Новый Город пристроил Андрей к старому владимирскому кремлю и обнес с внешней стороны высоким валом.

За семнадцать лет Великого Княжения Андрея Боголюбского Владимир преобразился и вырос, приобретя блеска, размеров и влияния – что складывалось в перспективу.

Митрополит Владимирский и Владимирская церковь

В развитие важнейшей темы – огромное и упорное внимание уделял Андрей религиозной и духовной значимости Владимира, желая поднять Владимирскую церковь в один уровень с Киевской.

Русская церковно-политическая традиция рассматривала митрополичью кафедру в качестве важнейшего символа государственности.

Реализовывалась идея создания второго и равного идеологического центра на Руси. Для чего князь планомерно пробивал кафедру Митрополита Владимирского.

Это многоактная драма с переходами действий из церковного закулисья в княжеское, с Руси в Византию, с массовками на берегах Дуная и городских площадях.

Вскоре после возвращения Андрея – из княжества изгоняется епископ ростово-суздальский Нестор. Обвинен формально он был в том, что заставлял держать пост по средам и пятницам всегда, как постановил Константинополь, – даже если на эти дни выпадали церковные праздники, а на Руси не заведено праздновать без скоромного. (Скоромное – то есть любая пища, содержащая плоть животных и птиц и продукты от них: молоко, яйца и т. д.) Этот вопрос о постах подавался как причина распри между Константинополем – и Владимиром, который уже двигался в сторону самостоятельности.

Грубо и просто: Андрею не нужен епископ, независимый от него и зависимый от далекого Константинополя. А уж найти недовольных епископом и составить жалобы – это момент чисто технический, оформление изгнания.

Естественное неудовольствие Андрея, как и всех князей, вызывала неудобная и наглая независимость присылаемых из Византии иерархов. Они ориентировались на Патриархат, церковные сборы с мест отсылали митрополиту в Киев, были неприкасаемы для светских властей, и вообще эти греки плохо вникали в княжеские нужды.

Епископская кафедра ростово-суздальская пустовала два года, пока митрополит Киевский Константин II не прислал епископа Леона, опять грека. Епископ Леон, грек, продержался на этом месте ровно год – и, осужденный ростово-суздальским собором духовенства, был выгнан Андреем за чрезмерные сборы и принадлежность к оппозиции: сблизился с княжьей родней, желавшей смещения Андрея.

Через год митрополит Киевский вернул Леона обратно, но на месте допустили его уже только в Ростов, а в Суздале появился новый владыка – Феодор. Не то его избрали епископом в Суздале и Владимире, но митрополит не утвердил, и посему называли его просто «владыка», не то еще откуда он взялся.

И этот владыка Феодор появился в то самое время, когда слава святой иконы и величественного храма Успенья Богородицы расходилась все шире – а на Руси только что было уже два митрополита! Константин II в Киеве – и Климент Смолятич во Владимире-Волынском (мы уже говорили об этом «двоемитрополитстве»). Естественная мысль: это чем же Владимир-на-Клязьме хуже Владимира-Волынского? Где два митрополита – там и третьему возможно быть. Прецедент создан, удобный случай упускать нельзя.

Вернувшийся Леон всё проповедовал те самые посты. Праздник не праздник – а среды и пятницы без скоромного. Ему устроили дискуссию с владыкой Феодором. Феодор безусловно победил: Леона вновь изгнали. В Киеве на этот раз он понимания не встретил.

Дело о русских постах перенесли на рассмотрение в Константинополь!

Дальше дело было так. В 1163 году в Константинополь направилась представительная делегация: два епископа – Леон и Феодор – и четыре посла: от Киева, Переяславля, Чернигова и Суздаля. В результате бурной дискуссии с самим императором Мануилом I упрямого епископа Леона искупали в Дунае и лишили сана. (Император начал поход в Венгрию, на его стоянке и случилась встреча.)

Но интереснее для нас другое:

Епископ Феодор передал Вселенскому Патриарху Луке Хрисовергу письмо от Великого Князя Владимирского Андрея Боголюбского. Лично он его вручил или нет мы не знаем, и что в нем было написано тоже не знаем; а еще не знаем, где оно года четыре пролежало. Но знаем, что на пятый год специальный посол Вселенского Патриархата доставил во Владимир ответ Патриарха, и местами этот обстоятельный дипломатический ответ сохранился.

Явствует из ответа простое:

Епископ Феодор митрополитом Владимирским не будет, и никто не будет, и никакой митрополии Владимирской вообще не будет, согласие наше невозможно.

А сохраняется единая епархия Ростово-Суздальская, и рукополагать епископов будет митрополит Киевский, как установлено.

Но. Поскольку Владимир находится в Ростово-Суздальской епархии – епископу допустимо пребывать во Владимире, если на то укажут обстоятельства и будет его воля, и если то никак не станет мешать отправлению его обязанностей.

Положительные следствия: Владимирское княжество получило единую Владимирскую епархию с резиденцией епископа в новой столице – вместо Ростово-Суздальской, да еще одно время разделенной на две, Ростовскую и Суздальскую отдельно.

Отрицательные следствия: епископ Феодор оказался редким злодеем. Выходец из знатного рода, крепкий физически и речистый, оказался необыкновенно корыстолюбив и жесток. Летописи приписывают ему безумные злодейства: он отбирал у несогласных имения, строптивых сажал в темницы и подвергал пыткам, распинал, варил в котлах, нагих жег свечами и т. п. Хулил всех, не исключая князя и даже! Пресвятую Богородицу! Но когда решил ограбить Церковь Успения Богородицы – это уже чересчур, решило духовенство и народ.

Князь со слезьми умолял его перестать, и в конце концов заковал в железы и отправил в Киев к митрополиту. Феодор грязно хулил и митрополита. Был посажен в темницу на островке, не исправился, и митрополит отправил его обратно на суд к князю – который передал его на суд веча. И казнили его жестоко: усекли язык, который богохульствовал, отсекли правую руку, которой рукоприкладствовал, привязали на шею мельничный жернов и утопили в Ростовском озере. Осенью 1169 дело случилось.

…Вокруг Феодора наворотили массу путаницы в разных источниках, много несообразной ерунды пишется и поныне, останавливаться на ней невозможно – это материал для отдельного исследования. То его митрополит Киевский на том Песьем острове днепровском и казнил через усекновение главы, то Феодор затворил все храмы во Владимире и запретил службы, когда его в Киев отправляли, то Феодор сам лично Патриарха просил сразу митрополитом Киевским его поставить. Но на одном моменте мы сосредоточимся – в русле главной темы:

Вы можете себе представить князя Андрея Боголюбского, который со слезьми кого-то молит? Да он скорее убьет кого угодно или сам на месте в схватке погибнет!