Че Гевара - Жан Кормье

27-е.

Радио сообщило, что у нас было столкновение с ротой Галиндо, что есть трое убитых, которых отправили в Валле Гранде на идентификацию. Похоже, они не взяли ни Каюбу, ни Леона (…) Самая тяжелая утрата — Коко, а Мигель и Хулио были превосходными бойцами (…)

28-е.

Страшный день, в отдельные моменты мы думали, что это последний. (…) В 10 часов перед нами прошли сорок шесть солдат с рюкзаками за спиной, и прошла вечность, пока они удалились. В 12 часов появилась другая группа, на этот раз семьдесят семь человек, в довершение ко всему раздался выстрел, и солдаты заняли позицию; офицер отдал приказ любым способом спускаться в овраг, который, кажется, был нашим. Но в конце концов они переговорили по рации и у них был удовлетворенный вид; они отказались спускаться. (…)

30-е.

Днем Радио Бальмаседа Чили сообщило, что от официальных сил армии известно, что Че Гевара загнан в безлюдный каньон. (…)

Итоги месяца:

Это должен был быть месяц восстановления, и он был почти таким, но все провалила засада, где погибли Мигель, Коко и Хулио. И мы оказались затем в опасном положения, потеряв еще и Леона; исчезновение Камбы — чистая польза (…)

Кроме того, кажется есть много вариантов сообщений об убитых из другой группы, которую нужно считать ликвидированной. Еще кажется возможным передвижение маленькой группы, которая избегает встреч с солдатами, так как сообщение об одновременной смерти семерых может быть ложной или по меньшей мере преувеличено.

Самая важная задача — спастись и найти более благоприятные зоны; затем связь, хотя в Ла-Пасе разрушена вся сеть, чем нас очень жестоко потрясли. Моральное состояние оставшихся в отряде поддерживается в довольно приличной форме, у меня только есть сомнения в отношении Вилли, который может сбежать один, воспользовавшись какой-нибудь заварушкой, если я не поговорю с ним.

[Свидетельство Бениньо: «Из двадцати двух, которые остались, двадцать один решил остаться с Че до конца, один Камбо выбрал другую форму борьбы. Он последовал со своим ружьем отдельно. Мы двадцать остались солидарны с Че. Без медикаментов, без еды, с четырьмя или пятью ранеными и пятью больными. Камба был членом Боливийской коммунистической партии. Он участвовал в борьбе за освобождение. Его обвинили в том, что он правый, так как он политически предал. Правые же относили его к левым, утверждая, что он трусливый. Он жил ужасной жизнью. Уехал в Швецию скрыть свои мучения. Я хотел бы сказать тем, кто поставил под сомнение надежность Режи Дебрэя, что он был наш, замечательный человек. Я испытываю самое большое уважение к этому господину. Он был нужен революции, я благодарю его за то, что он с нами рисковал за нее жизнью».)

18-е, газета Эль Диарио утверждает, что вице-президент Республики Луис Адольфо Силес Салинас и североамериканские инструкторы закрыли курсы подготовки полка «Рейнджер», выдав всем дипломы. И в заключение торжественный марш шестисот сорока выпускников в формах и зеленых беретах.

22-е.

Первый политический митинг герильи в поселке Аль-то Сесе, где говорил не только Инти, но и Че. После чего мэр доносит о герилье в соседний гарнизон Валле Гранде.

26-е.

В добавление к Коко Передо убиты: брат Инти, основной ответственный за подпольные приготовления с начала 1966 года, кубинец Мигель, капитан Мануэль Эрнандес и Хулио, Марио Гуттиэрес Лрдайа, преподаватель боливийского университета. Остается девятнадцать человек, один из которых, Бениньо, ранен, и один серьезно болен, кубинский врач Моро (Октавио де ла Консепсьон и Ла Пердраха).

28-е.

Солдаты хватают двух дезертиров, Камбу (Орландо Хименес) и Леона (Антонио Родригес Флорес), о котором Фидель намекает в своей речи о славе Че, добавив, что он должен был дать желаемую противником информацию].

3 октября.

(…) Высота 1 360 м.

Услышали интервью Дебрэя, очень смело, по отношению к студенту-провокатору.

4-е.

(…) В 18 часов покинули ущелье и продвигались по козьей тропе до 19 часов 30 минут, когда уже ничего не видно, и здесь оставались до 3 часов утра.

Радио передает сообщение о перемещении вперед позиции штаба 4-го дивизиона от Лагиниласа к Падила, чтобы лучше наблюдать за зоной Серрано, где предположительно могут спрятаться герильеро, и объявляет, если меня возьмут силы 4-го дивизиона, то будут судить в Камири, если же 8-й дивизион, то судить будут в Санта-Крус.

Высота 1 650 м.

6-е.

(…) Чилийское радио ссылается на сообщение, что уже тысяча восемьсот человек в районе идут по нашему следу.

Высота 1 750 м.

7-е.

Прошло одиннадцать месяцев, как мы начали герилью. Они прошли без осложнений, буколически, до 12 часов 30 минут, когда пришла в каньон старушка пасти коз, туда, где располагались мы, и мы вынуждены были задержать ее. Старушка не дала нам никаких достоверных сведений о солдатах. Она только сказала, что не знает и давно здесь не проходила. Дала сведения о дорогах. По ее словам, кажется, мы находимся почти в одном лье от Игерас, в одном лье от Хагуей и примерно в двух лье от Пукара. В 17 часов 30 минут Инти, Анисето и Паблито были у старушки, у которой дочь карлица и страдает базедовой болезнью. Дали им пятьдесят песо, попросив их не говорить ни слова, но без большой надежды, что они его сдержат. При слабом свете луны мы пошли, марш был очень трудным, и мы оставили много следов в каньоне (…) В 2 часа мы остановились отдохнуть, так как не имело смысла двигаться дальше. Эль Чино становится настоящим бременем, когда надо идти ночью.

Армия дала странную информацию по поводу присутствия двухсот пятидесяти человек в Серрано для предотвращения прохода окруженных герильеро в количестве тридцати семи человек, и знающих где мы прячемся, между Асеро и Оро. Информация похожа на провокацию.

Высота 2 000 м.

Глава XXIX

ЧЕЛОВЕК ИЗ МЕЧТЫ

(Антуан Блондин)

Дневник Че, который он писал иногда на деревьях, часто на ходу, всегда лаконичный, точный, не без присущего ему юмора, обрывается 7 октября 1967 года, начавшись 7 ноября предыдущего года, рассказав седьмую жизнь кошки.

Наихудшее произошло в марте и связано с дезертирством Даниэля[61], который увел с собой Орландо[62]. В Камири Даниэль рассказал армии все, что он знал. А знал он много с поры появления кубинцев, и даже точное расположение подземных складов и гротов, подготовленных около центрального лагеря, фатальный удар, нанесенный Че и его людям.

В этот же день 7 октября в Нью Йорк Таймс появляется статья с заголовком «Последнее сопротивление Че Гевары». Она дает описание декорации действия: