Всадник рассвета - Владимир Шигин

Где-то приблизительно на третьей неделе я наконец достиг цели своего похода, которая оказалась заурядным тупиком. Самым тщательным образом обследовав все стены, я убедился, что нигде нет даже малейшего намека на какую-либо дверь. Разочарованию и горести не было предела. Теперь надо было решать, что делать дальше: оставаться сидеть в подземелье, пока меня здесь не найдут, или же начинать поход в обратную сторону с тем, чтобы попытаться выбраться через гору песка наверх и вновь оказаться одному посреди пустыни? И то и другое радости не вызывало. В полной тоске я опустился на землю и неожиданно ощутил под ногой массивное кольцо. Осветив его и попытавшись разгрести руками скопившийся за века мусор, я обнаружил перекрытый бронзовым люком лаз. На то, чтобы открыть люк, ушло много времени. Вначале я долго и нудно выковыривал землю по периметру люка. Затем, просунув в паз острие Меча, пытался сдвинуть в сторону сам тяжеленный люк, но, вымотавшись, ничего не добился.

Вконец обессилев, я присел передохнуть, как вдруг люк пришел в движение и открылся. Это было настоящим чудом! На самом деле я, скорее всего, облокотился на какой-то скрытый механизм.

— Где наша не пропадала! — сказал я самому себе и прыгнул во тьму.

Глубина колодца оказалась небольшой: метра три-четыре. Когда я встал и отряхнул с себя пыль, то с удивлением обнаружил, что где-то вдалеке брезжит едва различимый свет. Если есть свет, то значит, есть люди или выход наверх. И то и другое я считал удачей. Однако внезапно меня охватило чувство тревоги. Новый коридор отличался от прежнего. Внешне особых различий видно не было, однако я чувствовал, что попал в совершенно иной мир. Это было уже не просто заброшенное и позабытое всеми подземелье. Только что я перешел некую незримую границу, а потому теперь следовало быть готовым к любым неожиданностям. На всякий случай изготовившись к немедленной обороне, я медленно и осторожно двинулся вперед.

Идти до источника света пришлось долго, все это время я буквально изнывал от любопытства. И вот я наконец добрался до таинственного светильника. То, что я увидел, повергло в недоумение. Свет шел от факела, воткнутого в специальное гнездо в стене коридора. Факел был весьма необычным. Он не горел, как положено обыкновенному факелу, а светился изнутри. Вполне возможно, что по своей природе его свечение было схожим со свечением Кладенца. Этот псевдофакел мог вполне светить целые тысячелетия, что, конечно же, не слишком меня радовало. Однако возник другой вопрос: для чего вообще нужно освещать этот подземный ход? И кому нужно. В этом была явная загадка.

— Что ж, — сказал я самому себе. — Если есть загадка, рано или поздно будет и отгадка!

Надо сказать, что за недели своего подземного рейда я настолько привык разговаривать сам с собой, что порой, размышляя над какой-то проблемой, устраивал настоящие диалоги. Вначале это делалось в основном ради развлечения, а затем стало привычкой.

Итак, я двинулся дальше по подземному тоннелю, к следующему источнику света, который оказался точной копией первого. Новый коридор отличался отделкой стен, чистотой. Иногда на стенах встречались какие-то письмена, но разобраться в них мне было не по зубам. Так минула еще неделя похода, пока я наконец не оказался перед огромной дверью.

Наученный горьким опытом многотрудного и бесполезного открывания подобных препятствий, я решил для начала просто подождать, как знать, может, эта дверь так же откроется, как и давешний люк? Попивая разбавленное вино и закусывая его куском хлеба, я раздумывал над тем, что в случае, если чуда на этот раз не произойдет, открыть дверь будет весьма тяжело, а потому придется собрать в кучу все мои запасы пороха и попытаться ее подорвать. То, что теперь мне уже не придется возвращаться обратно, я знал точно, ибо такая дверь просто не могла вести в никуда.

Отдохнув и обдумав различные варианты, я подошел к двери и долго ее осматривал, затем несколько раз ударил ногой, попытался с силой толкнуть — никакого эффекта.

— Сезам, откройся! — сказал я ей со зловещей ласковостью в голосе, но та, разумеется, и не подумала этого сделать.

— Что ж, голубушка, тогда будем тебя взрывать! — добавил я уже с раздражением. — Коль не хочешь по-хорошему, будем применять насильственные методы!

Желая получше привязать заряд пороха, чтобы взрыв получился как можно действеннее, я потянул за кольцо на себя, и, к моему изумлению, дверь легко отворилась. Не скрою, что от неожиданности я несколько минут не мог прийти в себя. Сезам открылась, причем столь просто, что мне стало даже смешно от собственного идиотизма! Вместо того чтобы пинать дверь ногами, надо было просто потянуть ее на себя. Что и говорить: век живи — век учись!

Взяв Меч и щит на изготовку, я вступил в ожидаемый третий коридор. Но вместо коридора попал в прекрасно освещенный зал, где сияло никак не меньше десятка лжефакелов. Внезапно за моей спиной раздался негромкий звук. Привыкший за недели подземных скитаний лишь к собственному голосу да шуму собственных шагов, я вздрогнул и оглянулся. Дверь, бывшая только что открытой, оказалась закрыта. Я подбежал к ней и попытался открыть. Пустое! Она была заперта намертво!

Итак, пути назад не было. Я осмотрелся по сторонам более внимательно. Огромный зал был пуст и, судя по толстому слою пыли на полу, давно уже никем не посещался. В конце зала была еще одна дверь, точная копия первой. Я потянул за кольцо, она открылась столь же легко. За дверью я обнаружил еще один зал. На моих глазах и вторая дверь стала медленно закрываться. Подскочив к ней, я успел разглядеть, что за дверью с другой стороны никого не было, одновременно я успел заметить в проеме между дверью и стеной некий механизм, который и захлопнул дверь на моих глазах. Несмотря на то что теперь я оказался запечатанным уже двойной печатью, я не расстроился. Обе двери закрывали не живые существа, от которых можно было ожидать всяких гадостей, а всего лишь старые механизмы, призванные неизвестными строителями сработать в нужное время. Что это значило? Только то, что это время настало!

Не могу сказать, что я был напуган происшедшим, больше раздосадован. Опыт подсказывал, что какой-нибудь выход из создавшейся ситуации обязательно найдется, надо только не суетиться и все обстоятельно обдумать. А потому я начал не торопясь (торопиться было мне теперь особо некуда) оглядываться по сторонам.

Второй зал был во много раз больше первого. Это было целое футбольное поле, упрятанное глубоко под землю. Посреди этого поля возлежала огромная скульптура какого-то сказочного существа, покрытая, как и все вокруг, толстым слоем пыли. Далеко впереди, за спиной скульптуры я разглядел еще одну дверь и без долгих раздумий направился прямиком к ней, огибая стороной монумент. Но миновать его мне так и не удалось. Едва я поравнялся с монументом, как тот внезапно открыл глаз. Огромный и пыльный глаз, величиной с мою голову, пристально глянул на меня в упор. От неожиданности я отпрянул в сторону и, прижавшись спиной к стене, изготовился к бою, хотя и не представлял, как драться с ожившим камнем.

Сама скульптура потянулась с оглушительным грохотом, стряхнув с себя не меньше тонны пыли. Когда пыль немного улеглась, я увидел, что она подняла голову и внимательно меня разглядывает. Голова каменной глыбы напоминала львиную.

За время своей посланнической миссии я уже навидался столько всевозможных чудес, что поразить меня было достаточно сложно, однако оживший камень все же вызвал у меня настоящий страх.

— Давно здесь у меня никого не было, а те, кто был, давно стали прахом! — внезапно прогрохотал сверху камень медленно и скрипуче.

Только сейчас в дальнем углу я увидел большую груду полуистлевших человеческих мумий. Я понял, что как продукт питания интереса для ожившей скульптуры не представляю, и хорошо.

Затем я получше пригляделся к скульптуре и обнаружил, что каменный лев имеет вполне человеческое лицо, причем не мужское, а женское. На, спине угадывались огромные сложенные крылья. Елы-палы! Да это же самый настоящий Сфинкс, только очень огромный, да еще и каменный! Вот и верь после этого школьным учебникам, вбивающим в детские головы, что жизнь — это всего лишь форма существования белковых тел! Так вот где, оказывается, пребывает бесследно исчезнувший с земли один из сыновей Тифона и Ехидны!

— Здравствуй, Сфинкс! — сказал я каменному гиганту, задравши голову кверху. — Давно мечтал тебя увидеть, но честно признаюсь, не в столь мрачном подземелье!

— То, что ты меня знаешь, — это уже хорошо! — пророкотал Сфинкс.

Впечатление было такое, что где-то с гор сошла каменная лавина.

— А знаешь ли ты, что тебе предстоит сейчас? — вопросил Сфинкс, и новая каменная лавина сошла где-то с гор.

— Не знаю! — ответил я каменному чудовищу. — Но узнать был бы не против!