Всадник рассвета - Владимир Шигин

— Конечно хочу! — сказал я не совсем искренне.

— Тогда слушай!

И Сфинкс рассказал мне, что был рожден полудевой-полузмеей Ехидной и великим Тифоном.

— Не знаешь ли ты, что ныне с ними? — спросил Сфинкс.

— Не знаю! — нагло соврал я, представив себе на мгновение, что было бы со мной, знай каменный лев о моей роли в истреблении его мерзопакостных родителей.

Где-то и когда-то я читал, что сфинксы обладают даром прозрения и умеют читать чужие мысли, однако, глядя на своего собеседника, я в этом глубоко засомневался. Впрочем, возможно, что, будучи Посланником, я просто был надежно защищен от посягательств на свой внутренний мир.

— Очень жаль! — вздохнул Сфинкс. — А ведь я так люблю свою маму!

Что ж, понять его печаль было можно. Мама, даже если она была отвратной Ехидной, все равно оставалась для сына только мамой!

Вскоре после рождения, по словам Сфинкса, на него обрушился целый шквал несчастий. Властолюбивая Гера разлучила его с родителями, братьями и сестрами: лернейской гидрой, немейским львом, Химерой и псом Цербером, упрятав в глубокое подземелье, где он прозябает и поныне. Вообще, в этом случае Геру если и можно было в чем-то упрекнуть, то только в непозволительном мягкосердечии, в том, что она сразу не посадила по подземельям всю тифоновскую семейку, а ограничилась лишь одним отпрыском.

— Не знаешь ли ты, чужеземец, где теперь мои братья и сестры? — вновь вопросил меня каменный любитель загадок.

“Час от часу не легче! — подумал я с тоской. — Не рассказывать же бедному сироте, что двух сестриц в свое время успешно лишил жизни мой побратим Геракл, что немейского льва я имел счастье созерцать в качестве шкуры на его плечах, а сестрицу Химеру самолично не столь давно отправил в мир иной!”

— Я знаю лишь, где обитает сейчас твой брат Цербер! — сказал я Сфинксу, чтобы не вызывать у него каких-либо подозрений в свой адрес, ведь Сфинкс все равно не сможет с ним увидеться.

— Где же он ныне? — заволновался сразу Сфинкс, и каменные крылья за его спиной начали с грохотом расправляться.

— Он сторожит вход в царство Аида!

— Не слишком почетная должность для сына Тифона и Ехидны, но все же, пожалуй, лучше, чем у меня! А ведь мы должны были править миром! Что же и кто нам посмел помешать?

Услыша эти слова, я мысленно вздрогнул, представив себе на мгновение, что было бы с человечеством, приди эта веселая семейка к власти.

Сфинкс продолжал:

— Я знаю, на земле все думают, что меня давно уже нет в живых, что я, погубив сына царя Креонта, навлек якобы на себя гнев его отца и некий Эдип отгадал мою великую загадку. От этого я будто бы в отчаянии бросился в глубокую пропасть и разбился. Но я жив и еще вернусь на землю, когда меня призовут!

Сфинкс еще долго изливал мне свою душу, грозил карами врагам своей семьи и особенно ненавистной ему Гере. Удивительно, но его нисколько не интересовала моя особа, столь велика была потребность поделиться с кем-то наболевшим. Когда красноречие Сфинкса наконец несколько иссякло, я напомнил, что мне пора в путь.

— Хорошо! — недовольно громыхнул своими камнями мой собеседник. — А куда бы ты хотел попасть из подземных царств?

Разумеется, мне было весьма жаль, что Сфинкс может помочь в достижении только подземных царств, так как навечно был лишен права показываться на земле, но выбирать не приходилось. К тому же я знал всего лишь одно из подземных царств, где у меня обитали знакомцы, — это было царство Аида. И хотя особой симпатии ни к владениям этого бога загробного мира, ни к нему самому я не испытывал, отправиться я решил именно туда. Ведь Аид все же имел дверь в Верхний мир. Как говорил классик: главное ввязаться в драку, а там уж разберемся, что к чему!

— Я хотел бы попасть к Аиду! — объявил я свое решение Сфинксу.

— Похвально, чужеземец! — оживился тот. — Это лучшее из всех возможных желаний, и я с удовольствием исполню его! Иди прямо, никуда не сворачивая, через три дня пути будешь в Аидовом царстве! Когда же встретишь там моего брата Цербера, передай ему мой поклон и обязательно расскажи о моих страданиях!

— Попробую исполнить твою просьбу! — сказал я одинокому монстру. — Но ответь мне: если бы я избрал для своего следования иное подземное царство, куда бы мне надо было в этом случае идти?

— Тогда бы ты опять шел только прямо и попал бы туда, куда пожелал!

— Но как такое может получаться? Ты изменяешь пространство?

— Нет! — ответил мне каменный гигант. — Я изменяю дороги!

— Прощай! — сказал я Сфинксу. — Мне пора в путь!

— Постой! — сказал он мне. — Подожди хоть еще немного!

— Ну вот, — сказал я себе под нос. — Сейчас передумает отпускать и оставит помирать около него от старости! А то и того хуже, что-нибудь заподозрил!

— Ты не будешь в обиде, если я теперь буду всем проходящим мимо меня загадывать твою загадку? — вопросительно посмотрел на мою особу с вершины своего роста Сфинкс. — И еще, не придумают ли мне там, наверху, каких-нибудь новых загадок? Все-таки я тоже должен идти в ногу со временем!

Вообще из всего тифоновского клана Сфинкс был наиболее либеральным представителем и, кажется, последним настоящим романтиком. Остальные родичи его бы просто не поняли: загадывать какие-то дурацкие загадки! Судьба, увы, не уготовила каменному льву, судя по всему, каких-то ярких событий, оставив навсегда прозябать далеко под землей, но зато она уберегла его от многих иных неприятностей. Вполне возможно, что Сфинкс окажется единственным, кому суждено будет остаться в живых из всего некогда многочисленного разбойничьего клана Тифоновичей. Ну а в том, что вскоре я посчитаюсь с предателем и негодяем Цербером, у меня не было никаких сомнений. Хотя, честно говоря, сейчас мне было уже не до выяснения отношений с порядком надоевшими мне монстрами. Проблемы, волновавшие меня в данное время, были куда более серьезными и сложными.

— Что касается новых загадок, то их придумано много: ребусы, сканворды, кроссворды и всякая прочая чушь!

— Как это интересно! — встрепенулся Сфинкс. — Как бы хотел я загадывать и разгадывать эти кроссворды!

— Я тебя обязательно научу, но только в следующий раз!

— Хорошо, — кивнул мне Сфинкс. — Мне торопиться некуда. Я тебя подожду!

— Что же касается моей загадки, то загадывай ее хоть каждый день! — крикнул я ему и поспешил побыстрее оказаться по ту сторону двери, еще в одном подземном коридоре, который должен был вскоре привести меня прямо в царство Аида.

Глава пятая

РЕКА ЗАБВЕНИЯ

Дорога к царству Аида оказалась не слишком близкой, и у меня было вполне достаточно времени, чтобы еще раз поразмыслить над всем, что произошло со мной после ухода из Ирийского сада. То, что встреча со Сфинксом была не случайной — это я уже понял, как и то, что не случайно сейчас иду в царство мертвых. Но почему Аид, зная о местонахождении Сфинкса, не известил об этом ни его брата Цербера, ни его папашу Тифона? Скорее всего, Сфинкс был нужен ему самому как страж одного из путей к его царству. Я вспомнил, как перед нашим расставанием Геракл заявлял, что хочет отправиться именно в Аид. Если он до него все же добрался, то у меня был шанс встретиться с Гераклом, а это в настоящей ситуации было весьма кстати.

Но все это было, разумеется, не главное. Главное заключалось в том, что на моей груди был родовой нательный крест и он все еще был темен. Впереди меня ждала новая встреча с силами Зла. В том, что она непременно будет, я нисколько не сомневался. Единственное, на что я мог надеяться, что в царстве мертвых меня искать пока не будут. Зачем искать своего врага среди мертвых, когда его нужно искать среди живых! Впрочем, Аид, конечно же, постарается сразу же известить своих высших хозяев о моем прибытии, а потому надо было поторапливаться.

Передо мной опять встал вопрос, куда идти, достигнув Аида: вверх или вниз? Взвесив все за и против, я решил пока остаться внизу, тем более что посещение Аидова царства могло дать мне нужную информацию о ситуации наверху, не говоря уже о возможной встрече с Гераклом. Разумеется, что на выходе из Аидова царства меня наверняка будут ждать враги, но там будет видно, что делать. И вот я оказался на берегу подземной реки. Священный Меч осветил ее неспешное течение. Я хотел было уже зачерпнуть и попить свежей воды, но какая-то внутренняя сила остановила меня.

— Не пей воды из реки Забвения — Стикса, иначе забудешь все, что знаешь! — будто сказал чей-то неслышный голос, и я с большим сожалением выплеснул воду с ладони.

Рядом со мной колыхались в воздухе какие-то неясные тени, от них веяло холодом. Тени чем-то напоминали людей, но это были не люди. И тогда я понял, что это души умерших, которые ждут своего часа переправиться в царство Аида.

Затем откуда-то из тьмы показалась лодка, в ней стоял кто-то похожий на человека.