Вторая попытка - Екатерина Тильман

— Лучше один раз умереть, чем всю жизнь мучиться!

С последним Роман не мог не согласиться. Тем более что Юрген сказал чистую правду: никто из них сейчас не был в состоянии помочь Юле…

…Тем временем Юля уже шла по знакомой дороге в направлении поселка. Услышав в гостиной голоса, она не стала выходить туда, а выбралась через окно во двор.

Было темно, пусто и бездумно. На месте луны за низкими облаками едва белело размытое пятно, звезд вовсе не было видно. Но как раз когда Юля подошла к переправе, в неожиданно возникшем просвете показалась луна. Словно кто-то позаботился о том, чтобы Юля не сломала себе шею и успела к первому автобусу…

Шофер автобуса выглядел настолько сонным, что, казалось, он заснет прямо за рулем, едва выехав из поселка! Однако нескольких ранних пассажиров, привыкших к утренним поездкам, это совершенно не волновало, и Юля тоже не стала беспокоиться. И действительно, автобус прибыл в Сент-Меллон точно по расписанию.

Еще один автобус — до аэропорта. Теперь, прежде чем брать билет, следовало по крайней мере позавтракать! Спустившись в буфет, Юля заказала пирожки с курагой и кофе. Симпатичная девушка за стойкой как-то странно на нее посмотрела (или показалось?), но заказ выдала без промедления.

Юля направилась к столику. Настроение было смутным, мысли текли лениво, и она не сразу заметила, что девушка продолжает пристально смотреть на нее из-за стойки.

Наконец Юля не выдержала:

— Что вы так на меня смотрите? Со мной что-то не так? — резко спросила она.

— Нет-нет, — девушка смешалась и отвернулась, — вам показалось…

Ну, показалось, так показалось. Юля была слишком занята едой, чтобы заглядывать в ее мысли (нет, кофе здесь варить не умеют, это точно — но пирожки вкусные…). Через минуту она снова почувствовала на себе взгляд, быстро обернулась — но служащий аэропорта уже успел отвести глаза… "Да что же это такое!" — возмущенно подумала Юля, и тут ее арестовали. Так вот запросто подошли двое полицейских и предложили "следовать за ними".

Не чувствуя за собой никакой вины, Юля вначале не стала протестовать, но вспомнив странные взгляды, поняла, что тут что-то не так. Однако на ее прямой вопрос о причине задержания один из полицейских только пожал плечами:

— Вам виднее…

Ничего себе! Юля перепугалась, потом разозлилась, потом снова перепугалась… Потом ее завели в участок, усадили перед молодым симпатичным лейтенантом и задали кучу вопросов (очевидно, чтобы окончательно установить, что она — это именно она, а не кто-нибудь другой, случайно ее напоминающий!). Юля попыталась было активизировать голубую спираль, но безуспешно: полицейские почувствовали возникновение защиты, смутились и даже немного испугались — но не настолько, чтобы забыть об обязанностях и позволить арестованной беспрепятственно уйти! "Черт возьми, — с досадой подумала Юля, — о защите надо было думать раньше! Как только почувствовала что-то странное… Но кто мог предполагать, что я зачем-то понадобилась полиции?!"

— Послушайте! — обратилась она наконец к лейтенанту (в его эманации не было никаких недобрых чувств к ней, только любопытство) — Ну, хоть что-нибудь мне объясните! Ну, я же ничего не понимаю!

— А ты, значит, действительно из "Лотоса"? — во взгляде лейтенанта промелькнул искренний интерес.

— Я уже сама начинаю в этом сомневаться! Может, я из итальянской мафии?!

— Почему именно из итальянской? — лейтенант улыбнулся, достал сигарету, спросив у Юли разрешения, закурил и сказал успокаивающе: — Да не волнуйся ты! Я и сам не знаю, почему тебя разыскивают. Вспомни хорошенько ты ниоткуда не сбежала? Может, тебя родители ищут, или друзья…

"Сбежала, еще как сбежала! — усмехнулась про себя Юля. — И наверное, в «Лотосе» это уже обнаружили, и теперь не знают — радоваться или тревожиться!"

Но ведь друзья не станут искать ее с полицией, они же понимают, почему она ушла. Да и вряд ли они спохватились так быстро…

Лейтенант что-то спросил, она не расслышала.

— Извините, что вы сказали?

— Я говорю, вас тогда правда убивать хотели или так, пугали?

"Черт возьми! — подумала Юля. — Мы сами забудем про этот несчастный погром, разъедемся кто куда, а Сент-Меллон его еще сто лет будет вспоминать… Что значит провинция…"

Она довольно резко ответила, что не выясняла у погромщиков серьезность их намерений. И не сдержавшись, добавила, что лучше бы полиция тогда действовала оперативнее, чем приставала сейчас с глупыми вопросами к ни в чем не повинным людям! На что лейтенант ехидно заметил:

— Ты это лучше инспектору Есиповичу скажи, когда он за тобой приедет!

— Есипович? Что… тот самый?! — Юля буквально подскочила на стуле, внезапно все поняв. Мгновенно вспомнился неудачный погром и последовавшее за ним разбирательство…

Так значит, это Евгений ее ищет! Таким вот экзотическим способом! А что, вполне в его духе: потребовать от инспектора услугу за услугу, а то и пошантажировать слегка… Ну, знаете!..

— Вот что, — Юля стремительно повернулась к лейтенанту, который, внезапно вспомнив о бдительности, непроизвольно напрягся. — Я могу позвонить? Кажется, это не запрещается?!

— Звони, — лейтенант пожал плечами и подвинул к ней телефон (нет, эсперы точно все ненормальные!) — Что, вспомнила, кто тебя может разыскивать?

— Нет, звоню сообщникам: сейчас аэропорт будут брать! — выпалила Юля и, схватив аппарат, набрала номер Евгения. Она еще не знала, что скажет ему — только бы был дома, а уж слова, которых он заслуживает, найдутся без проблем!..

…Но Евгения дома не оказалось. Юля снова забеспокоилась — а может, это вовсе не он? Но тогда кто? А впрочем, теперь Евгений в любом случае знает, где она, и если что, в обиду не даст…

Оставив короткое, но эмоциональное сообщение на ленте автоответчика, Юля повесила трубку. Лейтенант смотрел на нее со странным выражением должно быть, все ее переживания отразились на лице. Ну да черт с ним! В конце-то концов…

Юля не успела закончить мысль — неожиданно распахнулась дверь, и на пороге возник знакомый инспектор в сопровождении… ну, да, конечно, кто же это еще мог быть?! Интересно, как следует поступать с шантажистами?..

…Но при виде Евгения весь юлин пыл почему-то угас. Его упорство в поисках встречи заслуживало уважения и (что скрывать!) было даже приятно Юле. К тому же она боялась ляпнуть что-нибудь не то и этим повредить Евгению — ведь она понятия не имела, насколько законными были его действия! Поэтому она не произнесла ни слова, пока инспектор смущенно улаживал какие-то формальности, и потом — когда они втроем шли через оживленный зал аэропорта. Только на улице инспектор, явно чувствовавший себя не в своей тарелке, коротко попрощался и сел в ожидавшую его машину. Юля и Евгений остались вдвоем…