Из России, с любовью... - Даша Романенкова

— Итак… Кто-нибудь из вас знает, какие заклятия наиболее тяжело караются волшебным законодательством? Неуверенно поднялись несколько рук, в том числе Рона и Хель. Грюм кивнул Уизли, хотя его магический глаз был по-прежнему устремлен на Лаванду.

— Ну, — робко начал Рон. — Отец говорил мне об одном… оно называется Империус… или как-то так?

— О да, — с чувством произнес Грюм. — Твой отец должен его знать. Заклинание Империус доставило Министерству неприятностей в свое время.

Грюм с усилием поднялся на ноги — живую и деревянную, выдвинул ящик стола и достал стеклянную банку. Внутри бегали три здоровенных черных паука. Грюм поймал одного и посадил себе на ладонь так, чтобы всем было видно, затем направил на него волшебную палочку и негромко сказал:

— Империо!

Хель краем глаза заметила, как напрягся Драко. Точно, ведь Люциус отмазался от Министерства ссылаясь именно на это проклятие и, к сожалению противостоять ему непросто, но всё же возможно. Немногим повезло так, как самой Хель.

Тем временем паук спрыгнул с ладони и завис на тонкой шелковой нити, раскачиваясь взад и вперед, словно на трапеции. Он напряженно вытянул ноги и сделал нечто вроде заднего сальто, затем перекусил нить и приземлился на стол, где принялся беспорядочно кувыркаться. Грюм шевельнул палочкой, и паук, встав на две задние ноги, вне всяких сомнений, отбил чечетку. Все засмеялись — все, кроме Грюма.

— Думаете, это смешно, да? — прорычал он. — А понравится вам, если я то же самое проделаю с вами?

— Полная управляемость, — тихо заметил Грюм, когда паук сжался в комок и стал перекатываться по столу. — Я могу заставить его выскочить из окна, утопиться, запрыгнуть в горло кому-нибудь из вас…

— Ну, попробуйте… — внезапно раздался голос Долоховой. — Если не боитесь рехнуться. Окончательно.

— Что? — взревел Грюм, разворачиваясь к студентке.

— Попробуйте меня заставить, — произнесла Хель, выходя из-за парты. — Рискнёте связаться с тем, для кого все ваши помыслы — открытая книга? Готовы ли вы к тому, что кто-то узнает о вас всё?

— Долохова, — криво ухмыльнулся Грюм. — Как же, как же… Вот уж кому действительно не стоит бояться этого проклятья. Чертовы Менталисты.

— Окклюменцию учить надо, — нагло усмехаясь, ответила студентка. — Тогда и протез бы не понадобился.

— Да, как ты смеешь! — рявкнул преподаватель.

— Пф… Напугали, котёнка тапком, — отмахнулась от него девушка. — Империо… Ну-ну, от него вагон амулетов и контр-проклятий. Если уж хотели произвести на нас впечатление, то рассказали бы про Неотразимые. Вот они — не фунт изюма.

После этих слов девушка спокойно вернулась на своё место и в открытую достала Ведьмополитен.

— Всё равно ничего нового не услышу, — пояснила она, удивлённым однокурсникам. — А про Неотразимые Проклятья можно прочесть в библиотеке.

— Кто еще знает что-нибудь? Другие запрещенные заклятия? — попытался вернуть внимание студентов аврор.

— Круциатус, — холодно произнёс Невилл. — Заклятие Боли. Изначально — медицинское плетение, разработанное для излечения паралича. Изобрёл основатель больницы Святого Мунго — Бонам Мунго.

— Авада Кедавра, — продолжил за ним Поттер. — Удар Милосердия. Контр-заклятия от него не существует, но всё же его нельзя назвать Неотразимым. Если поместить физический предмет между жертвой, то заклятие уничтожит его, но цели не достигнет. Я долго думал, как мне удалось выжить, сэр.

— Что же… — нахмурился преподаватель, но пошарив рукой по поясу и отхлебнув из фляжки, произнёс. — И почему вы не пишете?!

Впечатленные подобным студенты медленно покидали аудиторию, даже у гриффиндорцев не нашлось слов, чтобы поспорить со слизеринцами. Те сегодня явно проявили не свои качества, но впечатлили. Наехать на старого аврора ни у кого бы не хватило духу, но, похоже, что у Долоховой яйца покруче, чем у некоторых парней.

— Вы же понимаете, что нам пиздец? — отчаянно пробормотал Драко.

— Ну, поорёт декан, — ухмыльнулась Хель. — Ну, помоем котлы…

— Первый раз, что ли? — согласился с ней Невилл.

— Тем более, что уже задолбали с этим «Мальчик-который-выжил», — поддержал Гарри.

— Короче, если что-то, опять виноват Малфой, — хмыкнул Драко.

— И как ты догадался? — в один голос восхитились его друзья.

А вот притаившийся за углом Грюм усмехнулся: он не ошибся в дочери Антонина. Его Повелитель будет доволен…

Комментарий к Глава 43.

Глава 44

Весь Хогвартс трясло. Ещё бы: Турнир Трёх Волшебников! В ожидании иностранных гостей у всех посрывало крышу, и у Долоховой начинался нервный тик уже после получаса в гостиной. В итоге друзья заранее предупредили декана, что искать их лучше в Тайной Комнате, где они совсем недавно отмечали день рождения Хель.

В этот раз парни просто превзошли себя. Девушка даже не представляла сколько времени и денег они потратили, чтобы найти для неё такой гримуар. Некрономикон XIII века, жуткая книженция в переплёте из человеческой кожи, написанная кровью.

— Как вам удалось? — ошарашенно спросила Долохова.

— Не спрашивай, — передернулся Драко, который его и купил в Париже. — Мне даже стоять рядом жутко.

— Ещё бы, моя Белая Феечка! — рассмеялась некромантка. — И всё же это потрясающий подарок. Спасибо, парни.

— Да на здоровье! — хором отозвались друзья.

— Ведьмочка… — раздалось шипение Зара, у неё за спиной. — Подойди сюда.

— Привет, Зар! — Хель ласково погладила василиска по шершавой шкуре. — Ты нашел что-то интересное?

— Не-е-ет, — отмахнулся змей. — Ты помнишь ту тетрадочку, из которой вылез мой бывший хозяин?

— Зар, только не говори, что он опять оттуда лезет! — скривилась Долохова, а за ней и парни.

— Дайте договорить! — возмущенно сверкнул глазами василиск. — Замок говорит, тут есть ещё такой!

— Фига себе… — удивлённо протянула Хель, уже прикидывая, как бы по-тихому прикарманить крестраж. — А где не сказал?

— Там, где ты обычно не бываешь, — прошелестел змей, и уполз спать обратно. — Скучно, барсука бы…

— Ты хочешь его съесть? — уточнил Гарри уже у хвоста рептилии.

Вы когда-нибудь видели ржущую змею? А вот слизеринцы видели! И не просто змею, а гигантского, мать его, катающегося по плитам Василиска. Зрелище не для слабонервных. Ребята даже испугались, что Змею плохо и не знали куда бежать: к декану или к Хагриду…

— Сожрать, ой насмешил! — прошипел Зар, передумав уползать. — Этот сам кого хочешь сожрёт! Есть и спать — его любимые занятия, и за что его только Хельга любила?

— Это что же получается… — пробормотал Невилл. — Все Фамилиары живы?

— Конечно, — отозвался Василиск. — Мы же обещали защищать школу.

— То есть, у нас в замке где-то