Из России, с любовью... - Даша Романенкова

есть барсук, орёл и лев? — уточнила Хель.

— Хоть дракона нет? — Драко подозрительно побледнел.

— Ворон и Грифон, — поправил её Зар. — Что же до дракона…

— Не продолжай, — остановил его Драко. — Я хоть и блондин, но косить под Долохову не хочу!

— Я это запомню, — мрачно заключила девушка. — Мы опять вписались в эпичный квест.

— Согласен, — кивнул Невилл. — А у вас ещё Турнир…

— Не напоминай! — дуэтом простонали Гарри и Хель.

* * *

В том, что на Турнире придётся впахивать им обоим, Хель практически не сомневалась. Она рассказала друзьям всё, что помнила, не забыла и про чемпионство Поттера. Относительно же своего участия… Тут гарантия под 200 %. На данный момент Долохова не только среди студентов сильнейшая, хоть и не отсвечивает, но и энному количеству профессоров наваляет. Последнее регулярно демонстрирует на Защите: после первого же спарринга Грюм против неё ставит либо кого-то из друзей, либо становится сам.

И с каждым занятием у Хель появляется всё больше и больше подозрений, что их препод темнит. Иногда ей вообще кажется, что он совсем другой человек. И на это у главной блондинки Хогвартса есть очень весомые причины…

Именно из-за них она сейчас и пишет обстоятельное письмо отцу, в котором и выкладывает все свои подозрения. Ибо интуиция просто вопит, что они в очень большой опасности. А доверять своему шестому чувству Долохова к счастью научилась раньше, чем ходить.

— Да что с ним не так? — не понимал Драко, что сидел напротив подруги в библиотеке.

— Стиль, — коротко ответила подруга.

Говорили они спокойно: Рассеивающие Чары — великолепное изобретение.

— А что с ним не так? — подключился Невилл.

— Ты видел Сириуса? — спросила Хель, и продолжила. — Вспомни, как они с деканом Фехтовальный Зал громили.

— Это было эпично! — хихикнул Гарри, у которого перед глазами промелькнула та схватка.

— А теперь вспомни, как двигается Грюм? — снова наводящий вопрос. — Как Сириус или как Снейп?

И вот тут парни зависли. А ведь действительно, стили у мужчин кардинально различались. Сириус предпочитал шквальный вихрь заклинаний, среди которых встречались и откровенно жесткие, а вот Снейп… Их декан обладал потрясающей ловкостью, даже под напором Блэка он чаще уклонялся, чем принимал на щит, а затем внезапно контратаковал.

— Ты действуешь так же… — тихо ответил Невилл.

— Именно, — кивнула Хель, что уже не раз стояла против декана. — Это НАШ стиль. Семейный, понимаешь?

— Профа учил твой отец, — задумчиво кивнул Драко. — Как и моего отца…

— И вот теперь у меня закономерный вопрос, — проворчала девушка. — Кто научил этому Грюма?

— Хороший вопрос, — согласился Поттер. — Ты заметила какой-нибудь отличительный приём?

— Да, — ухмыльнулась Долохова. — У него одна связка хромает. Там явно были Непростительные. Он их не колдует, и рисунок получается рваным.

— Как ты это замечаешь? — в который раз удивился Драко.

— Я же вообще без палочки колдовала, — пожала плечами Хель. — Нам постановку жестов ещё в детстве прививали: чем четче рисунок связки, тем меньше сил ты тратишь, ведь продолжить движение легче, чем обрывать и начинать сначала.

— Страшный ты человек, Хель… — пробормотал Невилл. — К декану пойдём?

— Пойдём, — кивнула Долохова. — Такую информацию надо не просто проверять, но и перепроверять!

Но вот обстоятельно поговорить с загруженным деканом всё не удавалось, а приезд иностранных делегаций и Траурный День команды, всё приближался. В этом году они снова покидают Хогвартс и отправляются в Блэк-хаус на все выходные. Хель уже отправила записку Лехе, чтобы не искал их в первый же вечер, а просто садился за стол с зелёными знамёнами.

* * *

Замок разительно преобразился в ожидании гостей, но утром 31 октября, в канун Дня Всех Святых, Серебряной Четверке было не до красот. Они мрачно запихнули в себя завтрак и, кивнув на прощание декану, дружно двинулись в Хогсмид, подальше от праздничной суеты.

Первым пунктом сегодняшнего плана было посещение Годриковой Лощины, куда друзья и отправились через камин. Сириус уже ждал их у старого коттеджа Поттеров. Друзья даже не удивились, что под руку с ним находилась Мира в скромном черном платье.

— Я купила цветы, как ты просила, — тепло улыбнулась школьникам ведьма, после приветствия. — Белые лилии.

— Спасибо, Мира, — поблагодарил её Гарри. — Это были любимые цветы моей мамы.

— Это самое малое, что мы можем для неё сделать, Сохатик, — притянув к себе крестника, ответил Сириус. — Нормально выбрались?

— Да, без проблем, — ответил Драко. — Декан взял огонь на себя.

— Передам ему бутылку Огневиски, — ухмыльнулся лорд Блэк.

У самой могилы они встретились с Леди Августой и четой Малфоев. Впрочем, долго задерживаться на кладбище они не стали, мертвым уже всё равно. А вот в Мунго друзья провели много времени, не смотря на то, что Френк и Алиса никого не узнавали, ребята всё равно рассказывали им все свои новости, чем неимоверно растрогали Леди Августу.

А вечером их ждали на ужин в Блэк-хаусе, где сейчас вовсю хозяйничали Андромеда, и припаханная ею Нимфадора. Друзьям очень нравился особняк, тем более, что дамы дорвались до ремонта, и дом уже не походил на заросший паутиной склеп. Да, он всё ещё оставался мрачным, но привычным к таким интерьерам слизеринцам было очень комфортно.

Студенты уже приготовились к воплям последней, хотя, как метко подметила Хель, глядя на свою кузину, крайней Леди Блэк. Но их ждал сюрприз. Вместо обвинений в свой адрес они услышали вежливое приветствие, на которое не замедлили ответить тем же. Юноши вежливо кивнули, а Хель порадовалась, что предпочла любимым джинсам платье ниже колена, книксен в брюках — это моветон.

— Сириус, Мира, — вежливо поприветствовала сына и его спутницу Вальбурга. — У вас сегодня гости?

От друзей не укрылось это «вас», но с расспросами они решили подождать.

— Да, мадам, — ответил Сириус, а Мирослава продолжила. — Мы ожидаем на ужин чету Малфоев и Леди Августу. Семейству Уизли пришлось отказать.

— И правильно, милочка! — снисходительно кивнула Леди. — Приятного вечера.

— Вы не желаете присоединиться, Леди Вальбурга? — мило улыбаясь, спросила русская ведьма. — Я знаю одно заклинание, что позволит создать парную раму, и вы сможете переместиться в гостиную.

— Это было бы очень кстати, — поддержал её Сириус. — Отец и другие родственники страдают без вашего сиятельного общества.

Друзья быстро переглянулись и пришли к одинаковому выводу — портреты родственничков допекли Сириуса, и он призвал «тяжелую артиллерию». Понимала это и сама Вальбурга, но не