Дэланель. Первое задание - Юлия Григорьева

— Быстро к посольству! — заорал он. — Перевернуть его вверх дном! Будут жаловаться, объясните, кто здесь хозяин. Если эти двое еще там, тащите сюда. Быстро исполнять! — мы с князем переглянулись, невольно улыбнувшись. Он это сделал! Мой Дани, он лучше всех! А кайзер продолжал бушевать. — Я раздавлю эту похотливую тварь! Разорву собственными руками!

— Я говорил, что нельзя ей письма оставлять, — отозвался герцог Анарайский, первый раз обозначив свое участие в их заговоре против Амантийской Империи. — С чего ты решил, что в ее хитром сейфе надежней будет? Опять поддался на уговоры шлюхи Ири.

— Заткнись, — рявкнул кайзер. — Сам хорош. Могли взять их еще после того, как они были у тебя. Почему не доложил о всплеске магического фона? Почему я узнаю это от своего человека? Совсем голову потерял от этой девки? — он кивнул на меня и тут же замер, о чем-то напряженно думая. Потом стремительно подошел ко мне. — А ведь еще ничего не потеряно, — кайзер засмеялся. — Она будет нашими требованиями. Император непозволительно мягок, когда дело касается родственников, а это девчонка, по сообщениям нашего агента, дорога Астгриму. Он хочет ее выдать за своего сынка идиота…

— Что?! — я даже бояться перестала. — В жизни не пойду за Лейва! Это ерунда какая-то!

— Конечно, не пойдешь, — усмехнулся кайзер. — У меня на тебя свои планы.

— Ты этого не сделаешь, — вдруг напрягся герцог.

— Отчего же? — венценосец обернулся к брату. — Леди мне нравится.

— Ты… — Ольвар задохнулся.

— Успокойся, — кайзер усмехнулся. — Ты слишком увлекся, тебе не кажется? Все, вопрос решен. Девчонку пока в камеру, этого, — он кивнул на бледного князя, — пока тоже. И чтобы с этой милой белокурой головки, — правитель Ранкарды подошел ко мне, теперь разглядывая с большим интересом, — чтобы ни один волос не упал. Чтобы не мерзла и не голодала. Все ясно?

— Да, мой повелитель, — кивнул лорд Ларг, как-то нехорошо улыбнувшись.

— А ты, дорогой брат, — кайзер повернулся к герцогу, — найди себе новую любовницу и успокойся в ее объятьях, здесь тебе ловить уже нечего. Можешь Ири забирать, надоел и мне ее закидоны. Все равно она к тебе бегает, знаю я, — он усмехнулся.

Вот правда, я поняла только, что меня не казнят и будут использовать против дяди, а вот остальной диалог как-то не хотел укладываться у меня в голове. О чем они спорят? Что там кайзер задумал? И почему князь скрежещет зубами, с жалостью глядя на меня?

— Бедная девочка, — прошептал он, и я попыталась ободряюще улыбнуться.

— До скорой встречи, дорогая Дэланель, — подмигнул мне кайзер, и я тяжело сглотнула.

Лорд Ларг отлепился от своего места и подошел, вежливо предлагая направиться из допросной. Князя грубо подтолкнули и вывели первым. Я хотела догнать его, но мне не позволили, и я с тоской глядела вслед удаляющемуся конвою.

— Пройдемте, леди Брайтис, — вежливо улыбнулся белесый лорд.

Я вздохнула и поплелась за ним.

Невысокий старичок направил повозку с провиантом к воротам крепости Баллинор, где содержались государственные преступники. Юноша, сопровождавший старичка, с любопытством смотрел, как опустился мост, поднялась решетка, и их впустили внутрь. Охрана придирчиво осмотрела бочки и ящики, принюхиваясь к продуктам. Старик чуть отодвинул полу своего серого сюртучка и показал горлышко бутылки, запаянное сургучом. Начальник стражи одобрительно хмыкнул и дал деду две медных лиги.

— Маловато, господин, — обиженно пробурчал старик.

— Давай езжай, — отмахнулся начальник стражи.

Дед сплюнул и направился к кухне. Двое солдат тут же взялись за разгрузку. Они кряхтя снимали ящики с телеги и вносили на кухню. Повар, дородный мужик в грязноватом фартуке, стоял на пороге, уперев руки в бока и периодически выхватывал что-нибудь из содержимого и внимательно рассматривал, давая комментарии:

— Овощи чахлые, трава ничего, рыба уже с душком…

— Да помилуйте, господин старший повар, — возмутился старичок, — все свежайшее, к вам первому поехали. Потом обратился к юноше. — Киган, что прохлаждаешься, щенок ленивый, ну-ка отнеси отдельный заказ.

— Привезли солейских куропаток? — встрепенулся повар. — Слава Светлым! Это зараза из восьмой камеры уже извела всех своими требованиями. И ведь ничего не скажешь, кайзер велел ей во всем потакать, вот и изгаляется негодная. Говорят, ее вот-вот должны перевести от нас в какой-то замок кайзера, скорей бы уж. Что я им, придворный кондитер, чтобы пирожные делать?

— Так нужны куропатки или нет? — насторожился старичок.

— Нужны, — вздохнул повар. — Сегодня она еще точно здесь. Офицер Клабер сказал, что перевозить ее будут завтра после обеда, так что мне еще мучиться.

— Всего один день, — ободряюще ответил старик. — Киган, где ты пропал, раздолбай?

— Я здесь, дедушка, — в дверях появился зеленоглазый паренек.

— Садись, поехали, — кивнул старик внуку. — Хотим успеть на казнь, — пояснил он повару.

— А-а, — кивнул тот, — я князю последний обед готовлю. Веселый мужик, все песни в камере горланит. Жалко, конечно, но предателей не прощают. Я не пойду, не люблю такие зрелища.

— А мы поглядим. Киган еще не видел, как головы рубят. — пояснил старик. — Поехали мы, расчет как всегда, в конце месяца.

— Да, — кивнул старший повар и удалился на кухню.

Телега выехала за пределы крепости и свернула на узкую улочку. Паренек обернулся и проследил, как опустилась решетка и поднялся мост.

Охрана в крепости Баллинор жила последнее время весело. Молоденькая девчонка из восьмой камеры начинала их гонять, то требуя перестановок, то натопить камеру. Потом обвиняла в том, что они ее хотят зажарить и заставляла проветривать. Разок бы дать в зубы и девка бы присмирела, но кайзер недвусмысленно намекнул, что будет с тем, кто посмеет косо взглянуть на нее. Вчера она затребовала книги, которые не нашли даже в государственной библиотеке, будто сама выдумала и автора, и название. Однако, нужное все же обнаружилось в личной библиотеке его высочества, герцога Анорайского. Он ежедневно справлялся о самочувствии и нуждах арестантки, как и кайзер. Так что вся крепость ждала, когда же ее переведут от них.

Второй арестант, князь Клосар, наоборот пользовался симпатией многих. Он развлекал о храну забавными рассказами и песнями, которые пел громко, фальшиво, но с душой. Князь тоже ежедневно спрашивал, как там несносная арестантка. Она в свою очередь спрашивала о князе, отправляла ему те блюда, которые готовились для нее, делилась книгами и напитками. Так как князь охране нравился, то такому общению между двумя заключенными они не мешали и высшему начальству не докладывали. К тому же Клосара должны были казнить, так почему бы ему не помочь скрасить последние дни.