Из СМЕРШа в ГРУ. «Император спецслужб» - Александр Вдовин

С 1978 года существовала система морской космической разведки и целеуказания «Легенда». В ее состав входили спутники радиолокационной и радиотехнической разведки.

Прошло чуть больше чем полстолетия с начала борьбы с «нагромождением бумаг на столах» начальников, а как изменилось лицо военной разведки России. Сегодня новые вызовы времени требуют пересмотра того, чем мы довольствовались вчера. И вот уже Дмитрий Литовкин в «Известиях», ссылаясь на заявление руководителя ведомства, говорит о новом реформировании одной из самых закрытых и влиятельных спецслужб мира.

— Реформа ГРУ назрела давно, — сообщил «Известиям» один из ветеранов ведомства. — Нужно менять структуру, оптимизировать численность личного состава.

Решение о реформировании ГРУ было принято после августовского грузино-осетинского конфликта. Тогда Москва выиграла силовое противостояние, однако «разбор полетов» показал существенные недостатки в действиях управления, которое, и об этом говорят многие эксперты, несвоевременно и не в полной мере информировало министра обороны о возможности конфликта.

Итак, военную разведку ждет серьезная реформа…

Спецназ ГРУ

На протяжении всей службы в военной разведке Петр Иванович Ивашутин уделял пристальное внимание подразделениям и частям специального назначения, понимая их важность, остроту и актуальность в современных условиях. Они его тревожили до последних дней нахождения на посту руководителя ГРУ. Нет, он не был их родоначальником, но при нем они обрели второе дыхание, существенно обновились, а с учетом качества практически родились заново.

История возникновения спецназовских подразделений и частей восходит к началу пятидесятых годов прошлого века. Этот процесс разбит на несколько периодов. Период зарождения относится к 24 октября 1950 года, когда директивой военного министра СССР № ОРГ/2/395832 Маршала Советского Союза А. М. Василевского и начальника Генерального штаба генерал-полковника С. М. Штеменко были созданы 46 рот специального назначения. Комплектовались они в общевойсковых и механизированных армиях, а также в военных округах, не имеющих армейских объединений под руководством Главного разведывательного управления Генштаба.

Но на заре их появления немало было и драматических моментов, когда непрофессионализм властей, особенно из числа партноменклатуры, пытался вставлять палки в колеса спецназовского обновления. Как известно, середина пятидесятых — это были годы накала «холодной войны», готовой перерасти в «горячую». Каждый год, а иногда и по несколько раз в месяц, руководство США готовило планы ядерного уничтожения СССР. Некоторые вражьи козни попадали в поле зрения разведок КГБ и ГРУ. Поэтому вопросы противодействия ядерным силам США и их союзникам часто обсуждались на различных партийно-правительственных уровнях.

О них знал и, как правило, одобрял эти начинания Генштаба главный хозяин страны — Никита Сергеевич Хрущев. Даже в связи с этим породил кучу мемов — «мы вас закопаем», «мы вам покажем кузькину мать», «догоним и перегоним вас, янки», «наш спецназ — это мощь» и прочее. И вот случилось то, что случилось.

Как известно, на октябрьском 1957 года Пленуме ЦК КПСС Георгия Константиновича Жукова обвинили в бонапартизме, нескромности, стремлении к неограниченной власти и прочее. Однако среди выдвигаемых упреков были и обвинения, касающиеся деятельности ГРУ и, в частности, подразделений СПЕЦНАЗ. Так, «серый кардинал» от политики М. А. Суслов, подыгрывая Никите Хрущеву в борьбе с набиравшим быстрыми темпами политический капитал Жуковым, в своем докладе заметил:

«Еще об одном факте хочу рассказать вам, о факте, показывающем, как товарищ Жуков игнорирует Центральный Комитет. Недавно Президиум ЦК узнал, что товарищ Жуков без ведома ЦК принял решение организовать школу диверсантов в две с лишним тысяч слушателей. В эту школу предполагалось брать людей со средним образованием, окончивших военную службу. Срок обучения в ней 6–7 лет (???), тогда как в военных академиях составляет 3–4 года. Школа ставилась в особые условия: кроме полного государственного содержания, слушателям школы рядовым солдатам должны были платить стипендии в размере 700 рублей, а сержантам — 1000 рублей ежемесячно.

Товарищ Жуков даже не счел нужным информировать ЦК об этой школе. Об ее организации должны были знать только три человека: Жуков, Штеменко и генерал Мамсуров, который был назначен начальником этой школы. Но генерал Мамсуров, как коммунист, счел своим долгом информировать ЦК об этом незаконном действии министра…»

Цитируется по тексту.

Слушавшие докладчика члены Центрального Комитета, собравшиеся на Пленуме, поняли, откуда дует ветер. Все ждали, что скажет Сам. И вот Никита Хрущев, весь красный, с побагровевшими от переполнявших его чувств ушами, коротенькими шажками взбежал на трибуну и произнес:

«Относительно школы диверсантов. На последнем заседании Президиума ЦК мы спрашивали товарища Жукова об этой школе. Товарищ Малиновский и другие объяснили, что в военных округах разведывательные роты и сейчас существуют, а Центральную разведывательную школу начали организовывать дополнительно и, главное, без ведома ЦК партии. Надо сказать, что об организации этой школы знали только Жуков и Штеменко. Думаю, что не случайно Жуков опять возвратил Штеменко в разведывательное управление. Очевидно, Штеменко ему нужен был для темных дел. Ведь известно, что Штеменко был информатором у Берии, об этом многие знают и за это его сняли с работы начальника управления…

Возникает вопрос: если у Жукова родилась идея организовать такую школу, то почему в ЦК не скажешь? Мы бы обсудили и помогли это лучше сделать. Но он решил: нет. Мы это сами сделаем: я — Жуков, Штеменко и Мамсуров. А Мамсуров оказался не Жуковым и не Штеменко, а настоящим членом партии, он пришел в ЦК и сказал: не понимаю, в чем дело, получаю такое важное задание и без утверждения в ЦК. Непонятно, говорит он, почему об этом назначении должен знать только один министр обороны. Вы знаете что-нибудь об этой школе? Мы ему говорим: мы тоже первый раз от вас слышим. Можете себе представить, какое это производит впечатление на человека.

Неизвестно, зачем нужно было собирать этих диверсантов без ведома ЦК. Разве это мыслимое дело? И это делает министр обороны с его характером. Ведь у Берии тоже была диверсионная группа, и, перед тем, как его арестовали, Берия вызвал группу своих головорезов. Они были в Москве, и если бы его не разоблачили, то неизвестно, чьи головы полетели бы.

Товарищ Жуков, ты скажешь, что это больное воображение. Да, у меня такое воображение».