Конец радуг - Вернор Виндж

– Черт побери! Действительно, неразрешимая дилемма.

– Вернись к обочине. В любом случае мне безопаснее их останавливать.

– Ха! – фыркнула Лена, но отодвинулась.

Секунду Сю стояла неподвижно. Слышались далекие звуки фривея. С вершины другого холма доносился шум, похожий на скандирование. А вблизи только верещали насекомые, ощущался прохладный ночной воздух. Под ногами – неровная каменистая дорога. По скальному выходу рядом с Сянь скользнул свет фар.

– Я их слышу, Сю.

Сю тоже слышала хруст камешков под шинами, а теперь уже и тонкое пение электромоторов. Таинственный автомобиль наконец приближался из-за невидимого поворота дороги, и Сю подобралась, готовясь отпрыгнуть с его пути.

Но на этой дороге машина быстро ехать не могла. Фары ее медленно опустились на Сю.

– Уступите дорогу, уступите дорогу!

Слова звучали громко, а обзорная страница в руке ожила, мигая предупреждениями о наказаниях за препятствование работе дорожного патруля в штате Калифорния.

Сю было подалась в сторону, но тут же подумала: Я же как раз хочу говорить с дорожным патрулем! Она махнула машине, требуя остановиться. Автомобиль еще сильнее сбросил скорость, потом повернул и попытался объехать ее слева.

– Уступите дорогу, уступите дорогу!

– Нет! – крикнула Сю и снова прыгнула перед машиной. – Стойте!

Машина еще больше замедлила ход.

– Уступите дорогу, уступите дорогу!

И попыталась объехать Сю с другой стороны. Сю снова прыжком преградила ей путь, на сей раз размахивая рюкзаком, будто им можно было нанести машине какой-то вред.

Автомобиль попятился на ярд-другой и повернулся исподтишка, будто готовясь сбежать. И Сю подумала, готова ли она снова встать на пути того, что будет дальше.

С каждым ударом сердца Томми пронизывала боль. Он не сразу понял, что это хороший признак. Подняв голову, он увидел, что лежит на сиденье легкового автомобиля. Лицом к нему сидели Уинстон и Карлос.

– А где Роберт и девочка? Уинстон Блаунт покачал головой:

– Остались там.

– Мы разделились, профессор Паркер. Вернулись обрывочные воспоминания.

– Да… да. Где мой лэптоп? Надо позвонить 911.

– Мы позвонили, Томми. Все в порядке, это машина дорожного патруля.

В голове еще клубился туман, но это явно была бессмыслица.

– Она не похожа на патрульную.

– На ней эмблемы, Томми.

Впрочем, голос Уинстона звучал неуверенно.

Томми спустил ноги с сиденья и заставил себя наполовину сесть. Боль стиснула грудь, хлынула в руки. Он чуть не отключился снова и упал бы, если бы не Карлос.

– Держи… держи меня!

Томми посмотрел вперед. Фары у машины включены. Дорога – крутая и узкая, с остатками асфальтового покрытия – такие бывают в Восточном округе или на коротких участках у побережья – остаток заброшенного пути. Машина то и дело тормозила, переезжая глубокие темные рытвины. Кусты задевали кузов. А впереди Томми увидел человека, стоящего посреди дороги. Машина остановилась в пяти ярдах от… от молодой женщины.

– Уступите дорогу, уступите дорогу!

Машина повторяла эти слова вновь и вновь, пытаясь объехать женщину то слева, то справа.

Женщина прыгала из стороны в сторону, преграждая путь. Она что-то кричала и размахивала солидным рюкзаком.

Автомобиль попятился на несколько футов, и Томми услышал тихое жужжание конденсатора, готовящегося к чему-то решительному. Колеса повернулись на несколько градусов – и женщина снова прыгнула, загородив путь. Лицо ее освещали фары. Красивое азиатское лицо… Если добавить к нему лет тридцать, получалось смутное воспоминание о фотографии из противного времени рубежа веков, из статьи в сборнике «Безопасные вычислительные среды». Вот уж кого он не ожидал увидеть в игре «Встань на пути танка на площади Тяньаньмэнь».

Фары погасли, машина рванулась вперед. Тут же сработали тормоза, и автомобиль наполовину съехал в кювет. Прозвучал приглушенный взрыв – конденсатор сам себя пережег, наверное. Дверцы по обе стороны со щелчком распахнулись, и Томми наполовину вывалился на свежий ночной воздух.

– Как вы, профессор Паркер? – прозвучат прямо за ним голос Карлоса.

– Не сдох еще.

На дороге послышались шаги, вспыхнул фонарь в маленькой руке, и женщина громко сказала:

– Это Уинстон Блаунт и Карлос Ривера, и… – уже более нормальным тоном, – …Томас Паркер. Вы, наверное, меня не знаете, доктор Паркер, но я восхищена вашей работой.

На это Томми не нашел ответа.

– Дайте нам проехать, – потребовал Уинстон. – Это срочно!

Его прервал звук колес – но не от другой машины. И голос из темноты спросил:

– Где Мири? Где Роберт?

– Они остались внутри, – сказал Карлос. – Они пытаются помешать… мы боимся, что кто-то захватил управление лабораториями.

Взвыли моторы. Это было инвалидное кресло, а на нем – кто-то съежившийся в комок. Но голос звучал сильно и с раздражением.

– Черт побери, охрана лабораторий не дала бы этого сделать!

– Может быть, и нет. – Уинни говорил, будто жевал битое стекло. – Нам кажется, что кто-то… взломал охрану. Мы вызвали 911. И тут вы вмешиваетесь.

Он показал на машину, неподвижно уткнувшуюся в кювет. Томми посмотрел на темный легковой автомобиль.

– Нет, – сказал он. – Это липа. Пожалуйста… позвоните 911.

Инвалидное кресло подъехало ближе.

– Я пытаюсь! Но тут какая-то мертвая зона. Надо спуститься с холма, найти что-то, за что зацепиться, понять.

– Dui! – сказал Карлос. Он все оглядывался по сторонам, как оглядываются дети, когда пропадает их собеседник.

Грозная доктор Сянь повела фонариком, и свет с тенями метнулись возле нее. Странно. Какое-то в ней ощущалось… колебание? Доктор С. Сянь была одним из истинных Плохих Парней прошлой эпохи, или, по крайней мере, одной из тех, кто сделал возможными режимы Плохих Парней. А по виду никогда не скажешь. Она притушила свет и секунду постояла молча.

– Я… я не думаю, что это местная мертвая зона.

– А что же еще! – возмутился Уинни. – Я в носимых, и ничего не вижу, кроме реала. Надо выбраться на фривей, или хотя бы туда, откуда фривей виден.

Теперь Томми припомнил, что говорила внучка Гу. Может быть, местные узлы обмануты. Но у Сянь была другая теория:

– Я хочу сказать, что мертвая зона не только здесь. Прислушайтесь.

– Да ничего я не слышу… а!

Были слышны только какие-то тихие звуки – может быть насекомые. Из-за холмов доносились едва различимые крики. Ладно, это там отвлекающий маневр кружков веры. Еще что? А, странно звучал фривей: не постоянный пульсирующий звук колес по дороге, а лишь едва слышный, умирающий вздох. С таким Томми никогда не сталкивался, но знал, как это бывает.