Когда страшно: три книги Пемы Чодрон для опоры в трудные времена - Пема Чодрон

ночь она набралась смелости и повернулась к ним. Дрожа от страха, она сделала немыслимое. Она на них посмотрела. Сначала они кинулись к ней, а затем просто растаяли. И это положило конец ее кошмарам. Хорошо помнить эту историю во время бардо становления.

В этом бардо обстановка зачастую кажется угрожающей, потому что различные элементы имеют тенденцию казаться врагами. Например, когда элемент воздуха переживается как враг, возникают ураганы и торнадо. Когда элемент земли кажется враждебным, вы сталкиваетесь с землетрясениями и оползнями. Элемент воды приносит с собой цунами и наводнения. Это возвращает нас к повторению лейтмотива: то, как мы относимся к пугающим событиям, равно тому, как мы будем относиться к ним в бардо становления. Важный момент для размышления в следующем: будем ли мы взвинчены и потеряем ли наше желание заботиться о других, или будем мы расположены оставаться в настоящем на месте с нашими чувствами, заботясь о том, что переживают другие?

Некоторые книги о бардо говорят о том, что здесь имеют место размышление и суждение о предыдущей жизни, как это описывается и во многих мировых религиях. Вы увидите все, что делали в течение жизни – каждое действие, правильное или нет, важное или нет, лестное и нелестное. Судья – не кто иной, как ваше сознание. В этом состоянии вы можете ясно видеть ваши действия и мотивы, которые за ними стояли, и это может быть очень болезненным. Как монахи, мы размышляем о нашей жизни каждое новолуние и полнолуние в так называемой церемонии соджонг. Смысл этой церемонии в том, чтобы признать так полно и сочувственно, как мы только можем, все наши действия в течение предыдущих нескольких недель и в течение всей жизни, о которых мы сожалеем. Тогда, после смерти, уже будет нечего стыдиться, не будет ничего, чему бы мы не смотрели в лицо и не отпускали, ничего, что бы нас удерживало.

Один из тезисов, наиболее подчеркиваемых в поучениях бардо, – сила положительных и отрицательных мыслей. Поскольку наше осознавание будет более острым, чем обычно, одна положительная мысль может прервать поток болезненных или страшных переживаний и немедленно перенести вас куда-то, где гораздо более приятно. Но обратно тоже справедливо: одна отрицательная мысль может внезапно перенести вас в глубочайшее страдание. И это, конечно, так же принципиально важно сейчас, как это важно и в бардо становления.

По этой причине в моих разговорах с друзьями, находящимися в бардо, я всегда побуждаю их мыслить позитивно. Вместо того чтобы жаловаться или негодовать – например, по поводу того, что кто-то сжег все их любимые фотографии, – я подталкиваю их к мыслям о людях и местах, которые они любят, и о том, что их вдохновляет, я подталкиваю их открыть сердца другим.

Верим ли мы, что это промежуточное состояние существует, или нет, мы все равно можем применять и получать пользу от этих поучений, пока живы. Хотя наши мысли прямо сейчас не настолько могущественны, какими они являются во время бардо, согласно поучениям, их неимоверная сила увлекать нас за собой не должна быть недооценена.

Наша способность прервать поток негативных мыслительных моделей может быть искусно усовершенствована с помощью практики медитации. Я узнала о том, что это правда, из моего собственного опыта и из бесед о медитации с множеством учеников в течение многих лет. Чем больше мы практикуем, тем больше мы привыкаем быть в настоящем с мыслями, эмоциями и обстоятельствами, которые когда-то сносили нас как лавина. Вместо того чтобы продолжать реагировать только лишь на основе привычки, мы можем постепенно развить некоторую приемлемую дистанцию к непреодолимым событиям, происходящим в нашем уме и нашем восприятии. Мы можем чувствовать себя лучше с тем, чтобы поймать эмоции на ранней стадии, до того, как наши воображаемые истории ворвутся и превратят маленькие искры и угольки в разрушительное пламя.

Чтобы подготовиться к отсутствию реальности бардо становления, лучшее, что мы можем сделать, – учиться справляться с отсутствием реальности в этой жизни. Это принесет плоды в течение этой жизни, независимо от того, что, как мы считаем, произойдет после смерти. Если мы придем к согласию с непредсказуемыми, преходящими качествами переживаний нашего ума, мы будем меньше подвержены тому, чтобы нас уносило как перышко ветром в любой хаотичной ситуации, с которой мы столкнемся. Если мы станем хорошо знакомы с качествами и потенциалом нашего ума – насколько наш ум удивительный, какой послушный, работоспособный, – то у нас будет больше свободы выбора, что бы ни случилось. Даже если наш ум станет страшно быстрым и неустойчивым, как это описывается про бардо становления, возможно, мы сможем направить его в благоприятную сторону.

В любой напряженной или сложной ситуации, которая бы ни происходила в нашей жизни, это помогает быть настолько открытым и присутствующим в настоящем, насколько возможно. Это всегда принесет нам и окружающим больше пользы, чем если бы мы паниковали и бегали по кругу. То же справедливо и для бардо становления, когда наша собственная способность оставаться в настоящем – единственная доступная нам стабильность. Опять же способность зависит от того, развили ли мы ее до смерти.

Много лет назад я слышала историю о двух монахах, живших в одном храме в Калифорнии. Они отправились в путешествие, чтобы идти и делать простирания на протяжении всего Западного побережья от Вашингтона на севере до Калифорнии на юге. Они делали три или четыре шага и затем опускались на колени и дотрагивались руками и лбом до земли. Затем они вставали, делали еще несколько шагов, снова простирались и так далее – и так сотни и сотни миль.

Монахи намеревались относиться ко всему, что бы ни произошло во время путешествия, как к проекции их собственного ума, и всегда стараться видеть взаимосвязанность себя и всего, с чем бы они ни встречались. Таким был их открытый и смелый настрой, который они стремились удерживать. Что бы ни случилось, оно не было отделимо от них. Не было разделения между монахами и окружающим миром. В результате изучения и практики они поняли – по крайней мере, концептуально, – что все, что возникает, неотделимо от их ума.

Монахи отправились в путешествие, чтобы развить бесстрашие – равно как и любовь, и сочувствие, и глубокое чувство взаимосвязанности. Их путешествие также было отличной подготовкой к путешествию во время бардо.

Простираясь, монахи не только выказывали почтение Будде, но и своему внутреннему опыту – что бы и кого бы они ни видели, включая самих себя. Они, наверно, видели больше асфальта и гравия, чем кто-либо еще, но это неважно, они считали,