Священная Военная Операция: от Мариуполя до Соледара - Дмитрий Анатольевич Стешин

остался — наши люди, русские. Им ничего объяснять не нужно. Но отбор строгий, без жалости.

ШАНС ИЗМЕНИТЬ ЖИЗНЬ

Зам комбата показывает мне разрезанное пополам удостоверение бойца батальона — пластиковую карточку в цвет российского флага:

— Бывший воин-афганец. Ты понимаешь, как нам нужны люди с боевым опытом? Взяли, сразу начал пальцы гнуть, рассказывать, как танки голыми руками душил. Потом решил отметить вступление в батальон. Вот и все. Такие нам не нужны, даже если прощения просят на коленях. А бывает наоборот. Пришел дядька с одним зубом. Всю жизнь сидел, 28 лет от звонка до звонка. Здоровье не очень, но говорит: «Хочу бить фашистов». Взял его сначала за штат. А он оказался таким правильным и толковым мужиком — не поверишь!

Я верю, конечно. Видел таких людей на Донбассе. На них в нужный момент просто сходит какое-то божественное озарение. Кто-то из-за правого плеча говорит: «Это последний шанс изменить твою дурацкую жизнь». Кто-то ангела-хранителя слышит, а кто-то нет.

БЫЛ В АТО…

У чайника с кофе в свободном доступе разговорился с одним из офицеров. Как-то показались мы друг другу, и выговориться нужно было человеку. А журналист, он иногда как попутчик в поезде. Правда, я в самом начале разговора чуть этим кофе не подавился, услышав от собеседника:

— Я с 2014 года воюю, пять командировок в АТО («антитеррористическая операция» — так на Украине называли свою войну с Донбассом) было, я сапер по воинской специальности. До этого на Майдане стоял в оцеплении, все запомнил крепко-накрепко.

Поговорили о настроениях.

— Тут некоторые были недовольны: мол, «Россия неправильно зашла, с войной». Но потом им бандеровцы быстро все объяснили, они же у нас устраивают теракты один за другим.

— А ты как Россию встретил?

— Я должен был взорвать один из мостов под Мелитополем. Увидел, как сапер у моста стоит и в тетрадочке что-то пишет. Я же знал, что он не стихи там пишет, а количество взрывчатки рассчитывает.

— А ты?

— Мимо проехал, тротил у меня в грузовике был… Грузовик спрятал, потом нашим сдал.

ДЕДОВСКИЙ Т-34

Собеседник рассказывает, что все призванные из русскоязычных регионов по определению считались в АТО ненадежными, «скрытыми сепарами», их «тренировали».

— Нас одели в какие-то обноски и назвали Нацгвардией. Мы стояли под Сартаной и Талаковкой (пригороды Мариуполя. — Авт.). Со всех сторон от нас и в тылу был ДУК, «Добровольческий украинский корпус» «Правого сектора» и батальон «Азов» (запрещенные в РФ организации. — Авт.). Они выкатывали крупный калибр и обстреливали ДНР, потом быстро уходили. Ответка летела по нам, были раненые, убитые — все это должно было нас сплотить. Но меня переубедить было сложно. Я в футболке мылся…

— ?

Офицер показывает мне в телефоне фото своей татуировки на плече: орден Отечественной войны первой, кажется, степени и танк Т-34, рвущийся из пламени битвы. Очень качественная, художественная работа в стиле «фотореализм».

— Татуировку сделал еще в 2012 году, в память о деде. Это его орден и его танк «тридцать четверка» с пушкой 85-мм и командирской башенкой. Он на таком воевал.

Спрашиваю, конечно:

— Свести ее заставляли?

Мой собеседник отворачивается к окну. Можно было не спрашивать.

Я вспоминаю виденных на Ближнем Востоке потомков первых христиан. До наших времен у них сохранилась традиция: и женщины, и мужчины делают себе маленькую татуировку в виде крестика. Мужчины на запястье, женщины на лице. Чтобы ты не смог отказаться от своей веры, а значит, и от самого себя. Иногда такая татуировка — это верная смерть и мучения. Обстоятельства иные, другие образы, но суть та же, и Зло то же самое. Что в песках Сирии, что в степях Приазовья.

30 октября 2022 года

ВОЙНА ЗА ДУШИ: МОЛОДЕЖЬ ОТЖАЛА ЦЕНТР АМЕРИКАНСКИХ СЕКТАНТОВ-ХАРИЗМАТИКОВ

НЕ СВЯТО, НО И НЕ ПУСТО

По иронии судьбы все мелитопольские молодежные организации базируются в молельном комплексе запрещенной в РФ псевдохри-стианской секты «Новое поколение». Сектантский центр привольно раскинулся прямо на въезде в Мелитополь. Сложно сказать, сколько гектаров он занимает, но, когда пару лет назад сектантскому пастору попеняли на самозахват земли, он цинично ответил недовольным: «Это Бог дал». Пастор чувствовал полную поддержку украинских властей и знал, в чем истинная суть его миссии.

На молитвенных собраниях, в зале, который вмещал больше тысячи человек, прямо про это не говорили. Но можно было догадаться. Этот молитвенный комплекс стоил не миллионы, а миллиарды, и вряд ли его построили на «десятины», которые прилежно собирали с паствы на каждом радении. Вся эта сектантская нечисть повалила в русскоязычные регионы УССР в разгар перестройки в рамках культурного и духовного обмена.

С развалом СССР с административных бюджетов стали стряхивать всю социалку, а сектанты ее подбирали. Привычная картина: въезжаешь в небогатый шахтерский поселок, все так скромненько, на грани убожества, — и вдруг рай земной! Фонтаны бьют, лавочки и фонари, море цветов. Бывший ДК обшили гранитной плиткой, вставили зеркальные стекла. На баннерах очередная истинная, самая настоящая на планете Церковь Христа приглашает «почитать вместе Библию».

Мракобесие выплескивалось даже за наспех проложенные государственные границы. В Питере до сих пор кое-где на высоте в два человеческих роста (чтобы не содрали сразу) можно найти афишки тоже запрещенного в РФ «Белого братства» с портретом уроженки Донецка, барышни с богохульным ником Мария Дэви Христос, до «просветления» — Мамоновой. Зачем все это делалось, теперь стало понятно. Людям, которые спешно превращали Украину в проект «Антироссия», нужно было размыть и раздергать основу «Русского мира», фундамент самоидентификации — православие. И отчасти у них получилось. Обстрелы Донбасса начал сектант Турчинов по кличке Кровавый пастор. Странное совпадение?

СЕКТАНТСКОЕ НАСЛЕДСТВО

Сейчас на фасаде бывшего молельного комплекса в Мелитополе полощется гигантский российский триколор. С порога, еще в холле, «залипаю» перед гигантским аквариумом, на пару тонн воды. Рыбы в нем бодры, веселы, аж волны плещут. Заметив мой интерес, подходит Егор, молодой парень с библейской бородкой. Из Донецка. Показывает на белую рыбину: мол, это его любимая. Рыба, оценив интерес, подплывает ближе и смотрит на нас сквозь стекло.

Я, чтобы поддержать разговор, замечаю:

— Бросили сектанты рыбок?

Егор смеется:

— Все бросили. Я сектантов выгонял отсюда в марте.

— А они?

Егор показывает на рыбину, открывающую рот в безмолвной беседе:

— А они вот так только делали ртами, а потом быстро собрались и ушли.

Пастор в США уехал. Но они здесь много чего интересного оставили. Вот вроде бы тут все осмотрели спецслужбы и саперы, вынесли много чего, типа закрытой системы спутниковой связи и радиосканеров.