YouTube. Как самый популярный видеохостинг завоевал мир? - Марк Берген

на лоббирование интересов Вашингтона — больше, чем любая другая корпорация. Один гуглер предложил другое объяснение. Это был старый анекдот о двух туристах, которые идут в поход и встречают в лесу медведя. Один из них начинает убегать, а другой наклоняется затянуть шнурки. «Ты что?» — спрашивает первый. «Мне не обязательно убегать от медведя, — объясняет второй. — Достаточно обогнать тебя». К счастью для Google, ее спутник в походах — Facebook* — был впечатляюще неуклюжим.

К концу 2017 года Конгресс, пресса и специальный прокурор яростно рылись в социальных сетях в поисках признаков вмешательства России в американские выборы. Facebook* выглядела самой подозрительной. После некоторого промедления она наконец-то признала, что Россия купила у нее политическую рекламу на сто с лишним тысяч долларов, охватив около 126 миллионов пользователей сети, в которой так легко распространяются конспирологические теории. Google признала, что расходы на рекламу в России составили всего 58 000 долларов. Но у YouTube была проблема с Россией. На платформе широко действовала поддерживаемая государством телевизионная сеть Russia Today, переименованная в RT: у нее было более двух миллионов подписчиков, что немногим уступало общим показателям CNN — цифрам, которые видны всем. Но только продавцам Google было видно, что RT также является крупным рекламодателем YouTube и тратит огромные средства на продвижение своих видеороликов на нескольких каналах и рынках. Европейские чиновники YouTube в частном порядке встречались с лидерами RT, чтобы укрепить отношения. Россия ужесточила цензуру в Интернете, и Google беспокоило то, что страна может пойти по пути Китая и даже обогнать его. «Мы не могли позволить себе потерять Россию», — вспоминал бывший директор по продажам. Кинкл из YouTube в 2013 году полетел в Россию, в «турне доброй воли» — обхаживать вещателей. Он появился в сегменте RT, отмечая достижение этой сетью рубежа в миллиард просмотров на YouTube; он также похвалил RT[256] за то, что канал «аутентичен, не продвигает свою повестку и не ведет пропаганду». Американские политики не согласились. После избрания Трампа федеральные чиновники заставили RT зарегистрироваться в качестве «иностранного агента». Сенатор Марк Уорнер, демократ из Вирджинии, назвал YouTube удобной платформой для RT и «целевой средой для любой кампании по дезинформации».

YouTube почувствовал накал страстей, удалил RT со своего премиум-сайта и добавил ярлыки для всех СМИ, поддерживаемых государством. Однако едва давление на YouTube усилилось, как снова опростоволосилась Facebook*. Через четыре дня после того, как Воджицки в Техасе рассказала про конспирологов, разразился скандал с Cambridge Analytica. Консалтинговая фирма собирала данные пользователей Facebook* и составляла их психологические портреты для предвыборной кампании Трампа. Возмущение и внимание снова переключились на социальную сеть. Google сочла за лучшее залечь на дно.

Возможно, так проявился темперамент лидера этой корпорации. Пичаи, тихий и задумчивый гендиректор Google, любым конфронтациям обычно предпочитал консенсус. Некоторые сотрудники Google видели в этом нерешительность; один бывший исполнительный директор объяснил решение Пичаи присоединиться к проекту Moneyball на YouTube его робостью. Но Пичаи удавалось уберегать Google от таких скандалов, с какими столкнулась Facebook*.

Правда, только до лета 2018 года.

Когда Пичаи возглавил Google, он заявил, что будущее компании лежит в первую очередь в двух областях: во-первых, это продажа программного обеспечения для бизнеса с помощью облачных технологий, а во-вторых — потребители Интернета на развивающихся рынках; Пичаи называл их «следующий миллиард пользователей». Google подписала контракт с Пентагоном на обеспечение беспилотных летательных аппаратов компьютерным зрением и тем самым проложила путь к выгодным правительственным облачным сделкам. В июне, после нескольких недель бурных внутренних протестов по поводу сделки с Пентагоном, Google уступила и пообещала не продлевать свой контракт. Но вскоре сотрудники обнаружили шокирующую часть плана «следующего миллиарда пользователей»: Google создавала поисковую систему для материкового Китая с механизмами цензуры. Оба этих проекта возмутили многих; сотрудники Google расценили их как предательство ценностей компании.

Эти планы разозлили также законодателей округа Колумбия и военных чиновников, которые восприняли действия Google — отказ от сделки с Пентагоном, а затем сближение с Китаем — как святотатство и удобный политический футбол. Трамп зацепился за беспорядок между Google и Пентагоном и за необоснованные заявления о том, что компания манипулировала информацией с целью подвергнуть консерваторов цензуре. «Им лучше быть осторожными, — раздраженно сказал президент в августе, — потому что они не могут так поступать с людьми». Союзники Трампа атаковали платформы Кремниевой долины за злоупотребление защищенным статусом в соответствии с Секцией 230 — законом, который защищал создаваемые пользователями веб-сайты от ответственности. На очередных слушаниях республиканец из Техаса Тед Круз обругал Марка Цукерберга за то, что тот не смог использовать Facebook* в качестве «нейтрального общественного форума», как того требовала Секция 230. На самом деле в законе об этом не говорилось[257], но его громогласная угроза все равно сработала[258]. В Google членам команды по разработке политики было дано указание проявлять особую осторожность в отношении всего, что связано с Секцией 230, и всего, что может создать впечатление, будто Google берет на себя роль издателя.

На YouTube вернулась предельная осторожность эпохи суда с Viacom. Один из инженеров, которому поручили очищать видео для рекламодателей, самостоятельно затеял поиски проблемных клипов, но вмешались юристы YouTube и остановили его. Одному торговому представителю YouTube, который попросил разрешения вручную отобрать клипы для своего премиум-сервиса (по его словам, алгоритмы отбирали только розыгрыши и флирт), сказали, что это подорвет юридическую репутацию компании. Другой руководитель начал составлять таблицу тревожных видеороликов, в том числе тех, которые он назвал «глубоко расистскими», — но ему заявили, что YouTube не должен по собственной инициативе искать такие вещи. После стрельбы в кампусе еще один сотрудник попытался подсчитать, как часто угрозы стрельбы появлялись в комментариях на YouTube, но его тоже остановили. Публично лидеры YouTube преуменьшали политическую роль своей компании.

Помогло то, что Трамп, фанатик Twitter, был не очень активен на YouTube. Однако его самые крайние сторонники проявляли себя там довольно громко. Профессор Бекка Льюис начала изучать правый фланг YouTube после того, как в кабельных новостях перед выборами начали транслироваться подозрительные видеоролики о здоровье Хиллари Клинтон. Отслеживая материалы, загруженные за пятнадцать месяцев, начиная с 2017 года, Льюис обнаружила[259], что популярные ютуберы, такие как Джо Роган, предоставляли эфирное время более маргинальным фигурам[260]. (Роган пригласил канадского гуру Стефана Молинье в качестве гостя на несколько трехчасовых бесед. Молинье, в свою очередь, пригласил австрийского хипстера, который переименовал белый национализм в «идентитаризм».) Льюис заключила, что ютуберы правого толка процветали, поскольку функционировали во многом как мейнстрим. «YouTube создан для