Твоя маленькая ложь (СИ) - "Alena Lavr"

— Все еще надеешься, что он простит тебя? — тихо проговаривает он и его губы испускают нервный смешок. — Даже не надейся. Наш маленький Крис никогда не простит тебе того, что ты поцеловала меня на глазах у всей толпы. Сама…

— Какой же ты мудак! — злобно бросаю я. — Ты меня споил, а твой дружок снимал нас исподтишка!

— Правда? Какая досада, — театрально вздыхает он.

— Ты настолько ненавидишь его, что хочешь забрать у него не только престол, но и все то, что делает его счастливым, — говорю я, переходя на шепот. — Ты омерзителен.

— Ах, ты все-таки успела прочесть его душераздирающее письмо? — с издевкой произносит он, отпуская мой подбородок. — Признаюсь, даже я после прочтения почти проронил скупую слезу.

— Что ты…?! — я резко толкаю его руками в грудь, но он перехватывает мои запястья, крепко их сжимая. — Тебя разве не учили, что читать чужие письма нехорошо?

Меня распирает от злости и горький ком обиды намертво застревает в горле. Я не в силах сделать вдох, потому как чувствую, что, если прямо сейчас мои легкие снова наполнятся кислородом — я разрыдаюсь прямо здесь и сейчас.

— Солнце мое, знала бы ты, сколько нехороших дел без зазрения совести я делал… — признается он, ухмыляясь своей фирменной полуулыбкой.

Он снова отвлекает меня от главной темы. Он будет делать так до тех пор, пока я не сбегу от него. В моей голове тут же созревает идеальный план побега, и я ни секунду не сомневаюсь в своих действиях. В глазах начинают скапливаться слезы, и я испускаю тяжкий вздох, давая себе волю как следует расплакаться у него на глазах.

Когда он медленно отпускает мои запястья, я сгибаюсь пополам и приседаю на корточки, обнимая себя руками. Некоторое время мое тело сотрясается от рыданий, и я не в силах сказать ни слова. Все это время он продолжает молча глядеть на меня, испуская тяжелый вздох.

— Ну, все хватит, — раздраженно бросает он. — Ты же знаешь, я не люблю женские истерики, вставай.

Адриан пытается ухватить меня за руку, чтобы поднять на ноги, но я специально отворачиваюсь от него. Через мгновение он с рыком злости резко хватает меня за обе руки и с силой поднимает на ноги и, не теряя времени, я набрасываюсь на него с объятиями, руками обвивая его широкую спину. Некоторое время он продолжает недоуменно стоять на ногах, деревенея от моих неожиданных прикосновений.

— Хочешь обниматься? — растерянно произносит он, сохраняя в голосе знакомую ухмылку. — Если тебе станет от этого легче, я не против.

Я ощущаю его руки на своей талии и резко зажмуриваю глаза, невольно вдыхая запах его футболки со знакомыми расслабляющими нотками мяты и хвои вперемешку с запахом обыкновенного мыла.

Мы продолжаем стоять в обнимку пару минут, улавливая щебетанье птиц, раздающееся вдалеке от нас, и я начинаю действовать. Аккуратными движениями медленно отрываю руки от его спины, делая вид, что хочу поменять положение, но в последний момент искусно выворачиваюсь от его рук и спустя мгновение уже бегу в сторону машины, пока Адриан приходит в себя.

— Ты опять обвела меня вокруг пальца! — раздается его громкий голос мне вдогонку. — Ты все равно от меня не уйдешь!

Открывая дверь, я запрыгиваю в авто, нажимаю на кнопку автоблокировки дверей и практически с первого раза завожу машину. В ушах начинает звенеть рев мотора, а через лобовое стекло я наблюдаю, как разъяренный Адриан с каждым шагом приближается в мою сторону. Пару секунд и он уже гневно стучит по капоту автомобиля. Намертво цепляясь за руль, я тщетно пытаюсь вспомнить все уроки вождения Кристиана и тут же жалею о том, что не сдала экзамен на права еще пару лет назад.

Как я поеду без прав на этом огромном внедорожнике? Тронусь ли я с места вообще, доеду хотя бы до города или встречусь с первым ближайшим деревом?

— Выходи из машины! — раздается громкий голос Адриана. — Мы спокойно проговорим.

— Я не верю тебе! — кричу я, наблюдая за ним сквозь стекло водительского сиденья.

Краем глаза через боковое зеркало я замечаю, как из дома начинают выходить ребята, недоуменно наблюдающие за всей ситуацией. Глубоко выдыхая, я нажимаю на первую передачу и поддаю газу. Мои руки, цепляясь за руль, начинают предательски дрожать и потеть, а нога неуверенно жмет на педаль тормоза, отчего автомобиль нервно дергается вперед, продолжая оставаться на месте.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Эли! Ты что делаешь?! — раздается удивленный голос Карен.

— Лилибет, выходи из машины, — продолжает настаивать Адриан. — Я расскажу тебе все только при одном условии. Мне нужна твоя помощь.

— Я не верю ни единому твоему слову! — я перекрикиваю рев мотора, одной рукой вытирая слезы с влажных щек.

— Обещаю тебе, слышишь? — говорит он со стальной решимостью на лице. — Я расскажу тебе о твоих родителях. Уверен, ты хочешь знать, кто твой биологический отец. Посмотри на меня, я не вру! Видишь? Я открытая книга.

Я наглухо заглушаю мотор автомобиля, продолжая недоуменно глядеть на его эмоции и через мгновение убеждаюсь в том, что он не лжет. Этот сукин сын знает обо мне больше, чем я знаю о себе и этот факт невероятно раздражает меня.

— Мне действительно нужна твоя помощь, — продолжает он, приподнимая руки перед собой, сгибая их в локтях. — Но давай договоримся, я тебе достоверную информацию, а ты мне помощь по делу, идет?

Глава 28

Я прикрываю глаза, откидываясь на водительское сидение.

Он опять делает это. Опять манипулирует моими чувствами, прекрасно понимая, что любопытство возьмет надо мной вверх, и я брошу все, чтобы узнать правду о своей семье.

Об отце в последний раз я слышала еще в третьем классе, когда поинтересовалась у мамы о его существовании. Еще бы, было бы странно, если бы девятилетний ребенок не задавал вопросы о биологическом отце, когда отцы его сверстников практически каждый день мелькают перед глазами. Мама неохотно ответила на мои любопытные многочисленные вопросы и быстро сменила тему. Единственное, что я знаю с того дня об отце — он был пожарным и погиб, спасая жизни гражданских на опасном объекте, но родители разошлись практически сразу же после моего рождения. Я ни разу не видела отца, поэтому даже понятия не имею, о ком говорит Адриан…

Вокруг меня образовывается непонятная суета из беспорядочных голосов, и я прихожу в себя, когда кто-то неожиданно стучит в стекло водительского сиденья. Нервно вздрагивая от неожиданности, я поднимаю взгляд и за окном обнаруживаю напряженное лицо Адриана. Все это время он продолжает молча стоять под дверью, угрюмо складывая руки на груди, пока остальные ребята бурно обсуждают, как без последствий вытащить меня из внедорожника.

Я добровольно подписываю себе смертный приговор, когда самостоятельно дрожащими руками нажимаю на кнопку разблокировки дверей салона и тяну за ручку, открывая массивную дверь автомобиля. Пока я медленно выхожу из машины, разум все еще одолевают сомнительные мысли о правильности моего поступка, но, ощущая твердую поверхность под ногами — оглядываться назад уже не имеет смысла.

Адриан тут же хватает меня за руку и ведет в сторону главного входа дома. Когда я перешагиваю ступеньку за ступенькой, по спине пробегают неприятные мурашки, отчасти от его прикосновения и отчасти от того, что возможно, он ведет меня в ту жуткую комнату-одиночку, дабы наказать за не состоявшийся побег.

Спустя минуту он заводит меня в незнакомое помещение на втором этаже, обставленное более-менее сносной и современной мебелью, на которую хочется смотреть и использовать по назначению. Принц усаживает меня на уютную двуспальную кровать, а сам берет деревянный стул, разворачивая его спинкой вперед и усаживается, облокачиваясь на спинку стула локтями.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ну, с чего начать? — спокойно проговаривает он, а его лицо не отображает каких-либо надменных эмоций, с отсутствием привычных издевок.

— С того, откуда ты так много знаешь обо мне, — отвечаю я, стараясь скрыть нервную дрожь в голосе.

— Но прежде обещай, что поможешь мне в одном деле, — сообщает он, выжидающе приподнимая одну бровь.