Твоя маленькая ложь (СИ) - "Alena Lavr"

С ехидной усмешкой на устах король угрожающе медленно подходит к сыну, пряча массивные руки в карманы брюк. Несколько секунд он сосредоточенно смотрит ему в глаза, пытаясь поймать взгляд принца, но у него ничего не выходит.

— Ты стал много дерзить в последнее время, — констатирует он, подозрительно сощуривая взгляд серых глаз. — Неужто поддался уговорам этих анархистов, которые жаждут моего падения, и вонзишь нож в спину родного отца?

Кристиан испускает едва уловимый раздраженный вздох, стараясь набраться терпения и не отвечать на его ежедневные провокации. Пару секунд король выжидающе смотрит в сторону сына, нетерпеливо постукивая лакированными туфлями.

— Или погоди, ты, наверное, думаешь, что это я похитил какую-то простую девчонку, которая не имеет никакого отношения ни к нашей семье, ни к политике в целом и принципиально отказываюсь объявлять ее в федеральный розыск? — с театральным удивлением произносит мужчина и тут же угрожающе медленно приближается к наследнику лицом, с грохотом опираясь руками об стол. — Как только мы отыщем Шарлотту и Селену, в этот же день ты публично объявишь о вашей помолвке, и мы переключим внимание народа с бестолковой революции на ваши персоны. Надеюсь, ты не слишком глуп, чтобы перечить мне в этом вопросе…

— Фредерик, — раздается обеспокоенный голос королевы, заглядывающей в кабинет. — Секретарь тебя обыскался.

Король бросает последний сердитый взгляд на сына, прочищает горло и, без надобности поправляя красный галстук на шее, с раздражением покидает кабинет кронпринца.

— У тебя все в порядке? — с волнением произносит Матильда, всерьез обеспокоенная эмоциональным состоянием сына. — Я не видела тебя за завтраком уже вторые сутки. Твой камердинер сказал, что ты велел его не беспокоить еще три дня назад.

Принц впервые за несколько дней бросает мимолетный взгляд на мать и не верит своим глазам. Еще некогда ухоженная, моложавая и жизнерадостная женщина, которой никто и никогда не давал свой возраст — исчезла, будто испарилась. В данный момент Кристиан видит перед собой изможденную страданиями женщину, лишь общими чертами чем-то схожей с его матерью.

После всех потрясений, внезапно обрушившихся на королевскую семью — больше всех страдает беззащитная и уязвимая королева. Как только стало известно о похищении принцессы Шарлотты — Матильда в буквальном смысле потеряла двоих детей, вдобавок овдовев. Ее нестабильное состояние, на грани депрессии легко объясняется абсолютным и тотальным игнорированием со стороны короля и сына, последний и вовсе с некоторых пор отказался от какого-либо общения с прислугой и близкими родственниками, полностью погружаясь в себя. Бледное тело королевы, абсолютно и бесповоротно лишенное каких-либо эмоций, продолжает бродить по дворцу, в надежде отыскать хоть какую-нибудь весточку о дочери, не брезгуя даже слухами и параллельно интересуясь у слуг эмоциональным состоянием сына.

Матильда медленными, изможденным шагами подходит к креслу наследника и аккуратными движениями нежно поглаживает его по взъерошенным волосам, будто намереваясь взять всю его боль на свое слабое сердце.

— Когда я была на финале прошлого отбора — больше всего боялась именно таких ситуаций, — тихим голосом признается женщина. — Что мои дети и внуки — первые лица государства — будут страдать от последствий отборов и получать первые стрелы в спину от оппозиционно настроенных граждан. И самое страшное, что я ничем не смогу им помочь.

Кристиан плавно прикрывает глаза в ответ на нежные поглаживания матери.

— Ты жалеешь, что отец выбрал тебя, а не Сабину? — спустя какое-то время раздается тихий голос наследника. — Только, прошу тебя, скажи правду.

Сердце матери болезненно отзывается на слова сына и на несколько секунд она перестает дышать, стараясь унять ту боль, заполонившую душу за все годы, прожитые вместе с королем.

— Ты же понимаешь, что между твоим дедом, королем Ричардом, и моим отцом был заключен некий негласный договор по поводу выбора в мою пользу, — осторожно подводит к сути Матильда. — И когда я впервые вступала в Амалиенборг, будучи молодой двадцатилетней девушкой, я уже знала какое будущее меня ожидает, поэтому весь отбор морально подготавливала себя. И этот негласный договор не давал мне права вести себя как-то по-особенному, наравне с другими участницами. Поэтому выбор в мою пользу ничем не удивил жителей нашего королевства, потому как я действительно была одной из лучших и шла на одном уровне с одной девушкой, с которой мы жестко конкурировали, кажется, ее звали Кэтрин. Я знала, что Фредерик в конечном счете выберет меня, но эта конкуренция была для меня неким адреналином, моей маленькой мотивацией двигаться дальше. А сделал ли он свой выбор в пользу любви… это уже другой вопрос. И если бы можно было повернуть время вспять — я сбежала бы из дворца в первый же день отбора, но в таком случае у меня не было бы тебя и Шарлотты… Ты же знаешь, в любой ситуации нужно искать свои плюсы…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Принц испускает нервный смешок, в который раз удостоверяясь в том, что отец никогда не любил ту, в пользу которой сделал выбор более двадцати пяти лет назад. Заслуживает ли королева такого отношения к себе? Юноша уверен, что такого обращения не заслуживает ни одна женщина в мире, будь она королевой, врачом или официанткой.

— Погоди, Кэтрин?! — переспрашивает Кристиан, внезапно очнувшийся от рассказа матери. — Кэтрин Хансен? Это она была твоей соперницей?

— Да, насколько я помню, ее звали так. А почему ты спрашиваешь?.. И откуда знаешь ее полное имя? — недоуменно спрашивает Матильда, хмуро оглядывая сына.

— Кэтрин — мать Элизабет, той, с которой я дружу с пятого класса, и которая…

— … Участвует в нынешнем отборе… — продолжает женщина, задумываясь над словами сына. — Надо же, не думала, что судьба сведет наших детей…

— Кэтрин сейчас находится в госпитале и готовится к операции по онкологии, а ее дочь несколько дней назад похитили повстанцы, — сообщает Кристиан, резко подрываясь с рабочего кресла, нервно наворачивая круги по кабинету.

— Какой ужас, неужели это ее дочь похитили вместе с Шарлоттой… — тихо произносит Матильда, с волнением прикрывая губы длинными пальцами.

— Ты не припомнишь, из-за чего Кэтрин покинула отбор? — интересуется наследник. — Официальные версии меня не интересуют.

— Насколько я помню, ее уличили в связи с герцогом Виборгом, другом твоего отца, — произносит женщина, отчаянно пытаясь вспомнить события прошедших дней и когда улавливает хмурый взгляд сына, добавляет. — К чему ты клонишь? Неужели подозреваешь, что…

— Ты понимаешь, что если Элизабет может оказаться внебрачной дочерью герцога Виборга, то он подключит все связи, чтобы отыскать ее?! — восклицает Кристиан и королева улавливает в его взгляде опасный азарт, который частенько мелькает в глазах короля. Быстрым шагом принц подходит к ноутбуку, пытаясь что-то отыскать. — Задолго до начала отбора я пытался ради интереса отыскать какие-либо сведения об отце Элизабет, делал официальные запросы в спецслужбы, но даже они не могли дать точного ответа на мой вопрос, потому как Кэтрин Хансен не была уличена в связи ни с одним мужчиной кроме как с герцогом Виборгом, они очень тщательно скрывали свои встречи. И мы нашли лишь два доказательства их встреч спустя пять лет после окончания отбора. Судя по тому, что Эли младше меня на четыре года — после ее рождения они не виделись. И я лишь могу предполагать, что герцог не знает о существовании своей дочери.

Некоторое время королева увлеченно слушает сына, пытаясь восстановить полную картинку событий минувших лет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Если она и вправду является дочерью герцога, то Фредерик будет совсем не против породниться со своим лучшим другом, — предполагает Матильда, задумчиво опуская взгляд голубых глаз. — Сынок, я же вижу, как ты относился к ней все эти года, и я думаю, она попала на отбор совершенно не случайно…

— Она пошла на отбор из-за матери. И я не собираюсь спрашивать разрешение у отца и не буду совершать его ошибок, игнорируя свое сердце, — твердо заявляет Кристиан, всматриваясь в родные глаза матери.