Хризалида - RinoZ

моей стороны,» со временем выдавила Минерва, наконец сумев подавить свой гнев. «Твои слова застали меня врасплох.»

«Не могу представить причины,» сухо ответила Мириам.

Излучающаяся аура, что была столь давящей всего мгновения назад, отступила до более терпимого уровня, хотя оставалась, кипя под поверхностью.

«Эти проклятые ящерицы. Они решили пренебречь законами, что существовали тысячи лет, сейчас? Какой идиот подумал, что это может быть хорошей идеей? Я сверну его глупую чешуйчатую шею…»

Минерва прекратила расхаживать взад-вперёд за столом, привычка, к которой она бессознательно вернулась, и снова вздохнула. Будет нехорошо снова испустить ярость когда она только её утихомирила.

«Я сообщила Махаану, что вы будете недовольны, Консул. Также я отметила, что собравшаяся группа была преимущественно молодой и непроверенной.»

«Отбрасывают одноразовые пешки, дабы им не пришлось марать свои собственные когти,» проворчала Минерва в манере, что была почти что идентична её мужу. «От всей их авантюры несёт трусостью.»

«Подозреваю, они посчитали, что наши собственные разногласия с Древо-Матерью заставят нас смотреть сквозь пальцы, пока они реализуют эту программу. Я пыталась предупредить их, Консул.»

«Слишком глупые, чтобы послушать. Гордость принесёт вторую погибель для этого мира. Я не поднесу воды для этих придурков.»

Она стукнула рукой по столу и ударная волна откинула волосы Мириам назад. Что примечательно, стол выстоял.

«Пришлите писца!» Проревел Консул, и массивные двери приоткрылись.

Писец вошёл в полноценных доспехах, сияющих зачарованиями, что защищали носителя от внешнего влияния. Командир Мириам кивнула. Мудро. Разве что лицо Консула помрачнело от проявления слабости. Она стерпела это, пока что.

«Вывести все силы из земель Ка’армодо, на каждом слое. Окончить все общие упражнения, тренировки и миссии, незамедлительно. Закрыть все дипломатические каналы, сделать приготовления к перемещению каждой базы и учебного центра, что попадают в их сферу влияния.»

Мириам была ошарашена.

«Вы уверены, Консул?» Спросила она, её голос был ровным, несмотря на шок. «Кто-то может рассмотреть это как большое преувеличение. Наверняка Ка’армодо не будут благосклонно смотреть на то, как мы бросаем их перед лицом надвигающейся катастрофы.»

«Мы? Бросаем их?» Усмехнулась Минерва. «Мы не отворачивались от трёх тысяч лет традиций. Мы не плевали на память тех, кто умер при расколе. Мы не нарушали табу и не создавали самодостаточных монстров для взятия нашей ноши и ведения нашей битвы за нас. Мы стойко держались, сражались за правое дело и твёрдо стояли перед лицом худших проявлений этого мира ради благополучия его жителей. Запечённые в песке куски мяса ящерицы думают проверить нашу решимость? Это Легион Бездны и нам нет равных под поверхностью. Мы сражались с самого катаклизма для сохранения этого мира, и я не собираюсь останавливаться теперь.»

Консул выпрямилась.

«Некоторые границы можно перейти лишь раз. Пути назад нет. Они будут говорить нам, что это было лишь самовольное проявление. Они будут говорить нам, что это проводилось без оповещения или одобрения. Они будут говорить нам, что наша кровь слишком горяча, и нам нужно успокоиться. Они могут идти к чёрту. С этого дня они яд, и нам придётся их вырезать.»

Она посмотрела на писца, что дрожал в своих доспехах перед лицом самого могучего человека в мире.

«Я сказала своё слово,» отрезала она.

___________________________________________________

Глава 938

Возрождение Войны

Мой отец, и даже на этой ранней ноте я должен извиниться, что каждое из моих писаний отсылается к мужчине, растившему меня, он был первым, кто когда-либо упоминал мне о пятом слое.

Он описывал его как мир бесконечной и глубокой тлетворности. Место, где каждая частичка заполняющего его вещества биологически изменялась в средство убийства. Один вдох мог убить. Единое прикосновение, смерть. Он говорил о реках яда, что протекали по воздуху. Он говорил об озёрах, наполненных настолько вредоносной желчью, что заражала саму реальность.

В то время, как вы наверняка знаете, мы жили на четвёртом, в храмовом городе Артас, доме великого собора пути, и сама идея существования подобного места поблизости месяцами каждую вторую ночь будила меня в криках от страха. Я проклинал того старика (безмолвно в чертогах моего разума, ибо у меня абсолютно не хватало силы воли высказаться ему в лицо напрямую) за то что поделился столь ужасными видениями со мной, обычным ребёнком. Много лет я держал на него обиду, гадая, почему он для меня не разбавил пережитое им, не сделал его более усваиваемым для юнца.

Когда наконец, будучи взрослым, я решил встретиться лицом к лицу со страхами, одним за другим, со временем для меня настала пора посетить пятый. У меня была необходимость развеять ужасный образ моего мучительного детства и заменить его твёрдой реальностью, что никак не могло сравниться с ужасами, порождаемыми воображением ребёнка.

Я ошибался. Он столь многое скрыл от меня, когда я был ребёнком. Увиденное мною было гораздо, гораздо хуже всего, что я мог представлять. Как добрый мир может вообще выдерживать существование подобных вещей?

Выдержка из «Воспоминания о моём Отце: Дитя Железного Кулака» под авторством Ингтина.

—————————————————————————————————-

Заглядывание с собранную Волю Колонии при всяком желании узнать что-либо о замыслах моих сестёр стало чем-то вроде привычки, но я начал думать, что это можно посчитать за нарушение личного пространства. Как бы, это может не то же самое, что подглядывание в их мысли, но близко! Вместо прибегания к этому более навязчивому методу дознания я ткнул в одну из спешащих рабочих антенной и бросил быстрый вопрос.

«Что происходит? Что за спешка?»

«Стареший! Не ожидала увидеть тебя здесь… отдыхающим.»

Я поднялся во весь рост, к данному моменту весьма впечатляющих, как минимум, трёх метров. Я точно возвышаюсь над этой дерзкой резчицей!

«Я провёл две битвы подряд и не спал много дней! Ты предполагаешь, что я не должен впадать в ступор?»

«Ах… нет.»

«Ты говоришь, что в ступоре и отдыхе нет необходимости?»

«Нет!»

От моих слов тени на этом участке туннеля резко помрачнели, пока холодный ветер обдувал наши антенны. Мимо нас продолжает идти поток муравьёв, ещё более быстрый, чем прежде, каждый из них избегает обращения внимания на неестественную темноту или муравья, над которым я возвышаюсь. Я смотрю на внезапно занервничавшую резчицу.

«Лишь ещё один вопрос… когда в последний раз ты отдыхала?»

Вопрос поразил бедную рабочую в сердце