Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

завтра утром — сразу после первого намаза — приглашает нас троих на аудиенцию. Обещает наградить всех орденами Меджидие. Кроме нас на аудиенцию приглашены британский и немецкий консулы. В сопровождении командиров королевских и механических улан. Нам, как видите, оказана особая часть. И британцы с немцами обратят на это весьма пристальное внимание. Уже будьте уверены, господа офицеры.

— Значит, нам надо будет починить парадные мундиры, — усмехнулся князь. — Впрочем, у меня-то не один парадный. А у вот у ротмистра Евсеичева вряд ли. Верно, Никита?

Мне оставалось только подтвердить этот печальный факт.

— Получите у моего секретаря сто пятьдесят рублей, — быстро подписал бумагу посол, — и отправляйтесь к слугам, которые чинят одежду. До утра пускай справят вам новый парадный мундир из лучшей ткани. Секретарь проследит, чтобы вас не надули местные шельмы. У падишаха вы должны выглядеть образцом русского офицера.

— Будем выглядеть, ваше высокопревосходительство, — кивнул князь Амилахвари. Он опередил меня, схватив со стола подписанную Зиновьевым бумагу. — Я лично прослежу. Лучше всякого секретаря управлюсь. А теперь мы можем быть свободны?

— Ступайте, господа офицеры, — подтвердил посол. Не дожидаясь пока мы выйдем, он взял целую кипу бумаг и углубился в их чтение.

Мы быстро вышли из посольского кабинета.

— Да уж, Никита, образцы мы с вами, конечно, те еще, — усмехнулся князь, оглядывая меня.

Сам он выглядел ничуть не лучше. В мундире хорошая прореха — кусок ткани прихвачен буквально на живую нитку. Как и у меня не хватает половины пуговиц. Аксельбанта нет вовсе. Зато оба погона на месте.

— Эх, как не вовремя падишах затеял всю эту церемонию! — хлопнул кулаком по ладони Амилахвари. — И где их левантийская неторопливость, а? Завтра же устраивают это чертово награждение. Да еще и с самого утра. После первого намаза. — Он подошел к окну. Что-то прикинул, шепча себе под нос неразборчиво нечто вроде: — Копье… [110]Как ружье… Нет, лучше со штыком… Это примерно через час… — Снова повернулся ко мне. — Придется вам, Никита, битых пять часов стоять истуканом. Времени у нас в обрез. Идемте получать деньги — и справим вам мундир по всей форме!

Майор Лоуренс был выведен из себя. Да что там — он был просто взбешен! Узнав новость о том, что его собираются наградить одним из высших орденов Левантийского султаната, майор не выказал особой радости. Но когда лорд Бредфорд сообщил, что церемония награждения состоится завтра же утром, майор врезал офицерским стеком по столу британского консула.

— Передайте их падишахскому величеству, — выпалил Лоуренс, — что я не могу встретиться с ним завтра. У меня есть более важные дела, чем получение какого-то там варварского ордена.

— Вы что же из ума выжили, Лоуренс?! — подскочил со своего кресла Бредфорд. — Вы понимаете последствия вашего заявления? Хотя бы отчасти!

— Вы сами требуете от меня, как можно скорее найти документы предыдущего русского посла, — всплеснул руками Лоуренс, едва не задев стеком лицо Бредфорда. — А теперь я должен терять целый день из-за какого-то варварского ордена. Русские и без того опережают нас. И уж они-то ждать не будут.

— Между прочим, этот варварский орден, — заметил немного успокоившийся консул, — с гордостью носили многие английские аристократы. Так что и вам, майор, его будет принять не зазорно. Что же касается русских, то, уверяю вас, они точно так же потеряют этот день, как и вы. Хотя вы можете отправить на поиски документов вашего друга шерифа Али.

— Его нет в Стамбуле, — вздохнул Лоуренс. — Он отправился в пустыню за своими харишами. Ховейтатов в столице не осталось. А в их становище уже отправлен карательный отряд янычар. Головы ховейтатов скоро украсят двор падишахского дворца. И у меня не осталось в Константинополе доверенных людей. Но почему вы считаете, что русские тоже потеряют день из-за церемонии награждения, милорд?

— Вы видели, кто вместе с янычарами уничтожил пулеметный расчет? — поинтересовался у него Бредфорд.

— Офицеры, — пожал плечами Лоуренс, — в синих мундирах, как и остальные казаки.

— Вы дурно учились, Лоуренс, — усмехнулся британский консул, — раз не отличили мундир казачьего офицера от жандармского. Вы хоть знаете, кто такие жандармы в Русской империи?

— Да уж не кавалерия, — усмехнулся в ответ майор. — Значит, эти двое — офицеры русской тайной полиции. Вот оно как. Отважные, оказывается, ребята служат там. Они мне нравятся. Вдвоем полезли на пулемет. Они ведь не знали, что янычары заходят с другой стороны. А знаете, милорд, я теперь с удовольствие приду на аудиенцию падишаха. Мне интересно поглядеть на этих жандармов вблизи.

— Не опасаетесь, что и они увидят вас также близко, — заметил Бредфорд, который был рад, что это безумец Лоуренс успокоился. Да еще и так скоро.

— Кого они увидят, милорд? — развел руками Лоуренс. — Майора Девятнадцатого уланского Т. Е. Лоуренса. Не более того. Кто знает, что именно майор Лоуренс заведует всеми грязными делами на Востоке.

Он подмигнул консулу, четко развернулся на месте, будто на параде, прищелкнув каблуком. И вышел из кабинета.

Бредфорд только головой покачал. Эксцентричность Лоуренса начинала его всерьез раздражать. Но Браун куда-то запропастился, и рассчитывать консул мог только на Лоуренса.

Мрачное пророчество князя сбылось в полном объеме. С помощью слуг мы быстро отыскали портного, которые шьет одежду европейского покроя. Для начала мы подбирали сукно нужного цвета. А к нему правильный кант. Пуговицы мне пришлось взять взаймы у князя. Конечно, оставшиеся спороли с моего парадного мундира, но их ведь на нем не хватало.

— Берите мои, — махнул рукой Амилахвари. — Все равно, мундир только выкидывать. А пуговицы вам сейчас нужнее.

Портной только качал головой. Цокал языком. Долго обмерял меня. Прикидывал ткань.

— Это будет настоящий вызов, эфенди, — приговаривал он по-французски. — А всякий вызов моим талантам должен быть хорошо оплачен.

Князь, стоявший в углу комнаты, в которой работал портной, выразительно позвенел империалами в кармане.

— Слышать звон денег всегда приятно, — обернулся к нему портной, указательным пальцем сдвигая пенсне на нос и глядя поверх них на князя, — но увидеть их намного лучше.

Амилахвари сдвинул несколько кусков ткани с угла стола, освобождая поверхность, выложил на нее блестящие в свете заходящего солнца золотые кругляши империалов.

— Другое дело, — протянул портной, снова принимаясь за дело. — Я вижу, что это только аванс. Но этот аванс мне очень нравится. А когда старому Мордыхаю нравится аванс, он и работает на славу. Очень хорошо работает старый Мордыхай только за очень хорошие деньги.

Быть может, сто пятьдесят рублей за парадный мундир — это очень дорого. Но деньги-то не мои. А тратить казенные средства, швыряясь ими направо и налево, весьма приятно.