Путь тени - Брент Уикс

— Бывало. С большим почтением, ваше величество.

— Мы с ним были обручены, Логан. И целых десять лет думали, что поженимся. Мы любили друг друга, надеялись, что когда-нибудь обзаведемся общими детьми, даже выбрали для них имена. У тогдашнего короля наследников не было, а наш брак с Регнусом обещал укрепить положение Джайров. Однако мой отец не сдержал данное твоему деду слово и тайно выдал меня замуж за Алейна Гандера. На церемонии присутствовало ровно столько людей, сколько требовалось для признания бракосочетания действительным. Накануне мне не позволили даже отправить твоему отцу записку. Прежний король прожил еще четырнадцать лет. У меня за это время появились дети, Регнус женился, родился ты, потом он стал главой дома Джайров. А Дом Гандеров выдумал нелепую историю, согласно которой Алейн получил право называться, будто прямой наследник, Алейном IX. После смерти короля Дейвина твоему отцу выдалась возможность побороться за трон, и он бы выиграл в этом сражении, но ради меня и моих детей не стал этого делать. Меня выдали замуж против воли, Логан, за человека, которого я никогда не любила и не смогу полюбить. Я знаю не понаслышке, что такое быть политической игрушкой. Знаю даже то, сколько выгод благодаря мне получило мое семейство.

Говорила она с иронией, спокойно и отчетливо, словом, истинно по-королевски.

— Я до сих пор люблю твоего отца, Логан. За двадцать пять лет мы с ним почти не общались. Ему после моего замужества, чтобы дом Джайров не исключили из общества и не уничтожили, как Макеллов, пришлось жениться на Катринне Грэзин, как я слышала, тоже не по любви. В общем, суди сам, понимаю я или нет, в какое положение тебя ставлю.

Отец Логана никогда не упоминал о своей помолвке с нынешней королевой, но мать всю жизнь на нее намекала, делая непонятные Логану комментарии, обвиняя мужа в связях на стороне, которых у него, насколько знал Логан, никогда не было. Регнус всего лишь раз, потеряв терпение, ответил, что на свете есть единственная женщина, к которой Катринна может его ревновать.

— Надеюсь, твой брак не будет кошмаром, — сказала королева.

Логан уронил голову на грудь и прижал руки к щекам.

— Ваше величество, словами не передать… как я зол на Сэру. Но я дал слово ее отцу, поэтому все равно женюсь на ней.

— Король в интересах королевства вправе аннулировать подобные договоренности, — сказал Агон.

— Мою честь он аннулировать не в состоянии! — воскликнул Логан. — Я поклялся графу! И… черт побери! Я до сих пор люблю Сэру. Да-да, люблю, несмотря ни на что. Послушайте, объясните мне попонятнее… Король что, намерен усыновить меня? Это нечто вроде театрального представления, так понимать? Он хочет, чтобы я побыл его наследником до тех пор, пока у него не появится еще один сын?

— Это представление поможет всему королевству пережить страшные времена, — сказал Агон. — А вашему роду — избежать уничтожения. Если желаете помочь всем вокруг, тогда вам следует выстоять. Конечно, насчет замыслов Халидора мы можем и ошибаться. Тогда вы хотя бы выйдите из тюрьмы и восстановите свое доброе имя.

— Логан, — снова спокойно и величественно произнесла королева. — Это вовсе не представление, но короля мы убедили в том, что это будет игра. Он низкий человек и, будь на то его воля, в жизни бы не позволил сыну Регнуса приближаться к трону.

— Ваше величество, — вмешался Агон. — Наверное, не стоит посвящать Логана…

— Нет, Брэнт. Человек обязан знать наверняка, за что он берется. — Королева выразительно посмотрела лорду-генералу в глаза, на миг потупилась и взглянула на Логана. — Я возлагаю море надежд на своих детей, Логан, а в смерти Алейна виню своего мужа. Если бы он не путался с этой шлюхой Джадвин… — Она часто заморгала, больше не желая лить слезы. — Дарить королю детей я больше не желаю. И никогда в жизни не лягу с ним в постель. Если он вздумает взять меня силой, я воспользуюсь услугами мокрушника и лучше умру. Я к тому это все говорю, Логан, что следующим королем можешь стать ты.

Логан ничего не ответил.

— Многие другие на вашем месте ухватились бы обеими руками за возможность получить такую власть, — сказал Агон. — Разумеется, большинство из них стали бы отвратительными королями. Вы же не просто подходите на эту роль, вы единственный, кто с ней справится.

— Логаном мы с Регнусом планировали назвать нашего первого сына, — сказала королева. — Я знаю, о чем прошу тебя, Логан. Я прошу…

47

Игра шла совсем не так, как хотелось. Отдельные фрагменты лежали перед Дорианом, подобно враждебным армиям. Впрочем, в его игре это и были армии, только большинство воинов не носили форму, и даже те, кто носил, двигались неохотно. Король Дурак позорил Командира. Король Нежелание преклонял колени. Засекреченный Маг спас его от гибели. Ходячая Тень и Куртизанка никак не могли решить, на чьей они стороне. Мальчик-по-Найму умел быстро двигаться, но был слишком медлителен. Принц Крыс командовал мерзавцами, готовившимися хлынуть из Крольчатника волной человеческих отбросов. Даже Принцу Негодяю и Кузнецу отводились роли, однако…

Бабах! Рассматривать картинки было непросто. Порой внимание сосредотачивалось лишь на одной, и тогда рядом возникали ее возможные варианты: в лицо Командиру кричит пьяный король; Ходячая Тень встречается с Учеником. Потом кусочки перемещались, останавливались каждый в определенном месте, возникали изображения. Вот Кузнец семнадцать лет спустя. Он склонился над горном и приказывает сыну не отвлекаться от работы. Следовало вычислить, как устроить все так, чтобы Фир дожил до этих дней. Каким образом?

А куда подевался Похищенный?

Порой Дориану казалось, что сам он — легкий ветерок над полем брани. Ему открывалась полная картина, но вмешаться в ход событий он не мог, в его силах было разве что отклонить стрелу-другую с заданного смертоносного курса.

А Секретный Маг где? Ах да…

— Открой дверь, быстрее, — распорядился Дориан.

Точивший меч Фир поднял глаза. Друзья находились в небольшом домике, который сняли, поскольку Дориан предсказал, что здесь их никто не потревожит. Фир встал и открыл дверь.

Мимо проходил человек, направляясь куда-то по улице. Его прическа и поступь показались Фиру знакомыми. Заметив рассматривавшего его светловолосого здоровяка, прохожий схватился за меч и повернул голову.

— Фир?

Фир и Солон растерялись. Дориан крикнул:

— Идите сюда! Оба!

Солон и Фир вошли внутрь, Фир проворчал, что Дориан вечно ничего ему не рассказывает. Тот лишь улыбнулся в ответ и подумал: «Много будешь знать — скоро состаришься». Он и сам нередко до последнего не обращал внимания на главное.