Ожидая рассвет - Дарья Бухарова

– Я буду с вами, ваше величество…

– Ночь забери, я на это надеюсь, - Ат Лав пристегнул ножны к поясу. - Я не выгляжу ходячим мертвецом, лорд?…

Ардат нашёл в себе силы только покачать головой.

– И слава Свету. Время для атаки, - юноша коснулся пальцами глаз, словно желая вытереть слёзы.

– И всё-таки… ваше величество… О ком вы говорили? Это те ваши гости? - Глэдгер шёл за ним, пока к Марилу не подвели коня. - И почему леди Аджит должна бояться Хозяина?

– Она - слуга Ночи, - ответил Ат Лав. - Когда-нибудь я не выдержу и всё вам расскажу, - кто-то помог ему вскочить на коня, потому что руки плохо держали его. - Спасибо вам, лорд Глэдгер, - тихо произнёс он.

Ардат Глэдгер огляделся в поисках собственной лошади. Молодой король Ат Лав не переставал изумлять его, но лорд не собирался жалеть, что дал ему клятву верности. Слуги Ночи, управляющие в Алвалене, истинные Хранители, таинственные Лорды Тени, враги Света в Ордене Хранителей, и ничему этому нет никаких причин. Понятный, простой, позабытый обеими Силами мир вдруг стал разрываем на части войной, когда неясно, кто с кем воюет, и где настоящий враг.

Марил подъехал к Жасину Карту. Солнце уже чуть-чуть выглядывало из-за горизонта, окрашивая облака в красный цвет. Внизу шевелились солдаты, устанавливая катапульты и стенобитные орудия, на стенах Сэнктима уже бегали новые часовые, разнося весть о нападении на город по всему Ордену.

– Да будет с тобой Свет, король Ат Лав, - сказал ему один из Стражей Света. - Мы ждём сигнала изнутри…

– Да будет с вами Свет, друг, - откликнулся Марил.

– Прикажете начинать, ваше величество? - обернулся на него гвардеец.

"Каким я чувствую себя идиотом, - с тоской подумал Ат Лав, - слава Силе Дня, леди Аджит написала это уничижительное письмо, оно вернуло меня в чувство… Надеюсь, хотя бы половина из тех эмоций, что в него вложены - призваны только меня запугать…"

– Во имя Света, - Марил заметил запоздало взвившийся за его спиной стяг с Алваленским гербом. - Начинайте!…

– Ты хотел меня видеть, бросивший?

Лимас открыл глаза, услышав, что к нему обратились, и поднял голову с холодного камня. Немолодой мужчина в расшитой птицами рубашке стоял над ним.

– Да, Чувствующий, - Лимас кивнул. - Я хотел сказать тебе…

– Я тебя слушаю, - ответил безо всяких эмоций тераик. Лимас сел на колени перед ним, пряча лицо. Таких, как он, презирают и не считают достойными называться такейцами. Он вернулся сюда не как на свою родину, а в добровольное заточение. Каким-то чудом его ещё не казнили или не сделали Приносящим Жертву - его участь должна была решить давным-давно, но Лимас до сих пор не знал, когда же приговор свершится, ведь он уже давно должен быть вынесен.

– Я давно хотел тебе сказать…

Лимас не помнил этого такейца, и никогда не знал. Тераиков много, а Лимас давно ушёл отсюда. Он хотел поговорить не лично с этим человеком, и не лично с кем-то другим, ему просто нужно было видеть Чувствующего. Он просил об этом с того самого времени, как пришёл сюда.

– Когда я ехал из Цитадели сюда, я нашёл тело моего брата и его товарища. Они были убиты, - Лимас не подбирал слова, он знал, что Чувствующий всё равно поймёт так, как должно. - Я похоронил их и решил найти следы их убийцы. Всё, что я нашёл, это кусок белой ткани, такой, из которых шьют плащи Стражам Света. Убийцей был кто-то из Светлых.

– Разящий с Мыслью поднял руку на тераика? - переспросил Чувствующий, безо всякого удивления, хотя должен был удивиться.

– Да, Чувствующий. Я не стал возвращаться к Клинку, я продолжил свой путь сюда. Но слуги Ночи есть и в войске Дня.

– Я знаю это, бросивший, - ответил ему такеец.

– Почему же до сих пор,… - возмущённо начал Лимас, но холодный взгляд серых глаз Чувствующего одёрнул его.

– Тебя не должно это волновать, бросивший.

– Я должен был сказать, - нахмурился Лимас. - Я давно уже здесь, и я жду справедливого наказания. Я знаю свой проступок, но это не значит, что я желаю победы Хозяину Зла!…

– Тебя не должно это заботить, - повторил равнодушно Чувствующий. - Бросивший, я скажу тебе, почему ты жив. Ты связан с мальчиком, обручённым со Светом. Этого мальчика не спасло Изгнание, - тераик отвернулся. - Мы ждём прихода Зла, и ты - одна из тому причин.

– Я? Почему я? - Лимас потянулся вперёд, следом за уходящим тераиком, и коснулся лицом железной решётки. - Почему я, Чувствующий?! - крикнул он.

– Он жив из-за тебя, - бросил через плечо немолодой такеец. - Но тебя не должно это волновать, бросивший.

– Что значит, его не спасло Изгнание?! Я должен знать! Чувствующий!…

Дверь со скрипом закрылась, и в его тюрьме снова стало темно. Лимас вновь растянулся на земляном полу своей клетки. Что ж, теперь он имел неосторожность, будучи бросившим, поднять голос на одного из Чувствующих… А ведь для них он сам - почти слуга Ночи…

"Я всё делаю, как надо, - уверил себя Лимас, - я пришёл сюда, потому что так было надо. Я должен был так сделать"…

Тераик стиснул кулаки и застонал. Он больше не стеснялся слабости - какая теперь разница?… Вот только…

Как же так…

Если Сати не спасло Изгнание…

То он же безвозвратно стал слугой Хозяина?

"Какое же холодное утро…"

Сати зарылся лицом в рукав, но теплее не стало. Утренняя роса выпала не только на траве, но и на его одежде…

– Выпей.

Он раздражённо выдохнул и крепче закрыл глаза.

– Пей, мальчик.

Он сел на колени, проклиная ещё не греющее солнце, и обхватил руками плечи. Последние дни превратились в форменный ужас, впрочем, не только для него, и это хотя бы немного радовало его. Леди Каитлин впала в крайне растерянное состояние, узнав, что до нужного места они будут добираться пешком…

Лорд Четтер, кажется, прекрасно знал, куда они следуют, и, вероятно, даже был способен перенести с помощью Дара всех их туда, куда следует, но отчего-то не торопился призывать Силу Ночи.

Сати не думал, что это из-за желания посмеяться над непривычной к таким условиям жизни Каитлин, Лорд Четтер казался серьёзным, даже слишком серьёзным, чтобы забавлять себя подобными играми. Сатиан даже предполагал, что Лорду Тени серьёзно попало за поражение в Колдсоуле, и в этом причина его мрачного молчания… Впрочем, разве Лорду было, чему радоваться?…

– Ещё не хватало тащить тебя, если ты подхватишь лихорадку, - пробормотала Каитлин, всовывая ему в руки флягу с вином, которую предусмотрительно имел при себе Овер.

– Ведь не вам придётся меня тащить, правда? - Сати взял флягу в трясущиеся руки. Ему было нисколечко не жаль эту Хранительницу Библиотеки, какой бы несчастной и замёрзшей она ни выглядела.