Руимо. Пришедшая (СИ) - Рита Кертс

Рик остановил взгляд на Эйре. Она была перевозбуждена и не меньше остальных шокирована событиями в Мильфеле, на серой одежде виднелись ещё влажные бордовые пятна. К счастью, она нисколько не пострадала, если не считать многочисленные синяки, ушибы и ссадины. Среброглазый посмотрел на Деми, и зубы его скрежетнули, а на лице заходили желваки.

— Все в зал собраний, немедля. Александр, — Рик подошёл к нему. — Собери данные разведки. Живо!

Воин кивнул и побежал к белому замку. Беата с Генри переглянулись, и побрели за ним следом.

— Я хочу поговорить с капитаном, когда он придёт в себя. И с ней, — Эйра мотнула головой в сторону Деми. — Есть кое-что важное, что мне необходимо узнать и уточнить!

— Сейчас не время, Эйра!

— Я знаю! Но это важно, чрезвычайно важно для меня!

На мгновение мужчина задумался, и красноокая была уверена, что услышит отказ.

— Хорошо, — вдруг обронил он, подозрительно легко согласившись. — Шателон будет держать вас в курсе событий.

— Спасибо, — Эйра обняла Рика. — Это действительно важно.

— Деми, идём! — послышался вдалеке голос Сарна. Странно притихшая, зеленоглазая отправилась на зов, держась за щёку. Эйра поспешила за новобранцами.

— Постой, — Рик обхватил Деми за плечи и привлёк к себе. А когда попытался приблизиться — она отвернулась от него. Её поведение было странным, но причину он знал: Мильфел. Он несколько раз позвал её по имени, легко встряхнул.

— Посмотри на меня. Деми, посмотри на меня!

— Всё, что происходит в Руимо…Погибло столько людей! С чего всё началось? Мне не нужно было участвовать в испытаниях. Лучше бы Хидек убил меня. Лучше бы в живых осталась Шерон, а не я, и тогда не было бы этой резни!

Он крепко обнял её.

— Перестань. Тише, тише. Твоё появление в Руимо повлияло на ход событий, но это — не твоя вина. Если бы в Руимо пришла не ты, а кто-либо другой, ничего бы не изменилось. Рано или поздно, Менторы бы заявили о себе. Они всегда возвращаются, и теперь мы знаем, что Фелиция — на их стороне.

Он коснулся её подбородка, приподнял, убрал с лица волосы. Зелёные глаза посмотрели на него обречённо и устало; горячие слёзы стекали по воспалившейся, ободранной скуле и щеке с некрасивыми неровными вмятинами.

Через несколько мгновений девушка успокоилась и Рик испытал облегчение, когда взгляд стал ясным и осмысленным.

— Ты был прав, когда сказал, что я не готова, — она глубоко вдохнула, медленно выпустила воздух, и долго не решалась продолжить. — Слишком тяжело, я устала. Руимо — не для меня.

Я хочу домой.

Лицо Среброглазого стало мрачным, но, судя по виду, слова эти не стали для него неожиданностью. Выражение сменилось печальным, а после сделалось безразличным. Сейчас Рик стал похож на каменное изваяние, и огонь в серебряных глазах погас.

Деми пожалела о своих словах. Его маска спокойствия была более чем убедительна и правдоподобна, но Деми чувствовала, что ему далеко не безразлично ею сказанное.

— Верно, — слабо ответил он. — Я прав. Почти всегда.

Тёплые, уютные руки отпустили её, Рик отступил на шаг. В этот миг у обоих больно щемило в груди. Они, избегая прямых взглядов, отвернулись друг от друга.

— Я не держу тебя. Не должен, и не хочу, Деми.

— Прости.

— За что?

— За то, что оказалась не той, кем хотел меня видеть.

Прибежал стражник, и, звякнув доспехами, остановился между Риком и Деми и сообщил, что данные разведки собраны, дочь Марии вернулась из иного мира и ожидает вместе с остальными членами Элиты, а Константин вернётся с минуты на минуту.

Рик отдал новые распоряжения, и стражник, не отдышавшись, побежал прочь.

— Нужно спешить, — мягко сказал Рик. Рука его невольно потянулась к девушке, но на полпути он остановился, сжал кулак и отступил. — Прощай, Деми. Искренне желаю долгой и счастливой жизни: надеюсь, ты забудешь Руимо как страшный сон.

Он развернулся и побежал к замку.

Деми долго глядела ему вслед. Ей хотелось закричать, хотелось разрыдаться и выплеснуть все накопившиеся переживания. Слёзы закончились в самый неподходящий момент, а к горлу подступил противный ком. Так и стояла она, потерянная, словно её выпотрошили изнутри.

Кто-то окликнул её несколько раз. Спустя несколько мгновений узнав голос Сарна, она медленно пошла на зов.

В лазарете Орсона дэ Мэро уложили на койку; два целителя тут же принялись за дело: его омыли, осмотрели и, пока один заклинаниями и наложением рук исцелял раны, другой готовил целебную мазь для серьёзных увечий, которые чистым колдовством им не вылечить. Оказалось, у капитана сильно повреждён голеностоп, треснули кости в предплечье; кто-то умудрился ткнуть его остриём в подмышку, но меч вошёл неглубоко. Большинство опасных, смертельных ран уже зажили, во многом благодаря Генри: если бы не он, капитан был бы уже давно мёртв.

— Мы в порядке, — покачал головой Сарн, когда санитарка захотела осмотреть его и Креоса.

— Нам бы горло промочить, — добавил здоровяк, усевшись на лавку рядом с чародеем. Женщина принесла им чарку с водой, затем предложила Эйре и Деми. Через несколько минут все смогли умыться и переодеться в новую одежду, и сделали это весьма охотно.

Деми усадили на кушетку. Голубоволосая устроилась рядом и наблюдала за тем, как санитарка аккуратно обрабатывает раны на лице и шее. Зеленоглазая изредка жмурилась и шипела; скоро её шея была обильно смазана целебной мазью и забинтована.

— Выглядит паршиво, но не страшно. Жить будешь. — заметила Эйра. — В большинстве случаев шрамы убираются, это не проблема.

Теперь Сарн и Креос ненавязчиво, но с интересом заглядывали на Деми, и она отвернулась так, чтобы её видела только Эйра.

Лекари суетились над Орсоном; один из них склонился к нему и, положив ладони мужчине на виски, сосредоточенно читал заклинание.

— Ты хотела что-то спросить, — безразлично воскликнула Деми, мельком взглянув на голубоволосую. — Спрашивай.

Девушка заметно оживилась, скрестила на груди руки.

— Ты столкнулась с Ментором.

— Не я одна, — она кивнула в сторону Сарна и Креоса.

— Опиши его подробнее.

— Высокий, худой, стрижен коротко. Глаза как стеклянные, — она скривилась от отвращения, вспомнив его руки на шее. — А ещё у него длинные, тонкие и отвратительные пальцы!

Эйра вскочила, будто села на что-то острое, и лицо её ожесточилось. Именно эта маленькая деталь была самой значимой, самой запоминающейся и яркой и полностью развеяла сомнения Фенхидес.

— Один из трёх, — прорычала она. — Это был один из трёх!

— Это беспредел! — гневно воскликнула Лиана, дочитав отчёт по Мильфелу. В просторном круглом зале, где от пола к хрупкому потолку тянулся местами полупрозрачный фиолетовый кристалл, именуемый Лирсул, собралась почти вся Элита.