Руимо. Пришедшая (СИ) - Рита Кертс

— Вы не должны так поступать! — не унималась красноокая. — Прошу, выпусти меня!

— Не могу.

Скрежет по полу, протяжный и отвратительный. Шателон обернулся до того, как услышал режущий слух звук, и через миг к нему присоединилась Эйра.

Деми сидела на коленях посредине комнаты. Сжатый в руке ржавый гвоздь, казалось, беспорядочно ездил по мраморной плите, оставляя чересчур глубокие отметины.

Свет обычных свечей сделался тусклым, что-то, что находилось в помещении, сильно эманировало; странная энергия наполнила пространство, внушая страх всем, кто был не в силах ей противостоять. Отвратительный скрежет сделался чудовищно громким.

Шателон коснулся лба Эйры; прежде, чем она смогла хоть что-то предпринять, заклинание Хранителя подействовало и глаза её закрылись. Хрупкое тельце обмякло, и юноша бережно уложил её на койку, точно зная, что когда очнётся — последнее, что будет помнить, это их диалог.

Скрежет стал невыносимым даже для Шателона, и он уверенно шагнул вперёд. Остановился рядом с Деми и с относительно безопасного расстояния пытался рассмотреть нацарапанный на полу сложный символ.

— Что это? — тихо воскликнул Шателон, после чего подошёл ещё ближе.

Вдруг рука девушки застыла, завершив последнюю черту, и длинный, погнувшийся гвоздь был осторожно опущен на пол. Плавно повернув шею, она широко раскрыла глаза, и губы её растянулись в улыбке, больше похожей на оскал. Подняв подбородок, она выждала паузу и протянула шёпотом словно спрашивая, а не утверждая:

— Дар.

Мгновение спустя её обессилевшее тело рухнуло спиной на пол, становясь прозрачным и всё больше напоминая размытые очертания привидения.

Орсона дэ Мэро, подавленного и пришедшего в ужас от последних новостей, отпустили. Среброглазый ненадолго отлучился от собрания, когда ему донесли о произошедшем в лазарете. В кабинете, склонившись над своим столом он внимательно изучал скопированный с пола сложный асимметричный символ и знаки, похожие на шифр.

Он был весьма изумлён и даже шокирован, узнав забытые руны и письмена, которые были значительно старше тувиамского языка. Предположив, он не ошибся: письмена перед ним были столь древние, что даже он не знал, как их истолковать, и навряд ли их смысл поймёт кто-то из ныне живущих. Кроме…

Чтобы не терять время, Рик воспользовался по-новому заряженным артефактом, и через секунду уже был в зале собраний.

— Шателон, — позвал он с серьёзным видом, и двинулся к балкону. Юноша сразу последовал за ним и остановился рядом, у изящной балюстрады. — Нас слышат?

Кивок головой. Это было ожидаемо: каждый, кто располагал определённым спектром способностей и набором заклинаний, тайком пытался уловить суть их разговора, усилив слух. Однако старания их были бесполезны; на мгновение Шателон закрыл глаза, обрамлённые густыми белыми ресницами, а когда открыл, в голове у Рика поднялся слабый гул.

— В мыслях, Рик, — послышалось Среброглазому, но губы юноши оставались неподвижны. Яркие голубые глаза глядели на него, вытянутые зрачки невероятно расширились.

— Положение скверное, дружище.

— Ты знаешь, что делать: Вартон — не соперник Тувиаму. Без магической поддержки все три армии — лёгкая добыча для Элиты.

Рик кивнул.

— Фелиция — марионетка в руках Менторов. Они испытывают Элиту, Рик. Испытывают тебя. Я не могу вмешиваться и сейчас говорю гораздо больше, чем должен, но знай: падение Фаренхима доказало, что ты не так силён, как хочешь казаться. История Серебряного города повторяется.

— История не повторится, — твёрдо возразил Рик, лицо его было уверенным и решительным. — Я хорошо усвоил урок, никто больше не станет на моём пути. После Вартона, Тувиам присоединит к себе земли остальных королевств и станет империей.

— Будет не так просто, друг мой: Руимо не тот, что прежде.

— А когда было легко?

Улыбка на миг расцвела на их лицах, и так же быстро исчезла. Рик скрестил на груди руки и, глядя с высоты на маленький прямоугольник лазарета, окружённый зеленью позднего сада, нахмурился и помрачнел.

— Эйра заперта надёжно?

— Надёжно. А вот Деми спонтанно покинула Руимо, и я не смог удержать её, как это было раньше. Как будто Руимо сам пожелал этого, а я не могу спорить с его незыблемыми законами слишком часто. В последнее время то, что с ней происходит, беспокоит меня больше чем что-либо.

— С этим вопросом повременим: пока советую выкинуть его из головы.

— Тогда я не буду спрашивать, как и откуда Деми узнала, а затем воспроизвела одно из утраченных заклинаний, контролирующих разум, которое старше даже Менторов. Думаю, это повод для беспокойства, потому как письменами этими пользовались канувшие в лету Высшие.

В серебряных глазах мелькнули искры.

— Это заклинание поможет нам?

— Ты даже не представляешь, как сильно, — мрачно улыбнулся Шателон.

— Неужели отменит Myura axtereum?

— Нет. Но позволит свести число жертв к минимуму.

— Говори, — заинтересовался Рик, и лицо его сделалось бесстрастным.

Через несколько минут Среброглазый вернулся в зал собраний, и все десять присутствующих заметно напряглись. По лицу его все поняли, что он принял решение, но какое именно — оставалось загадкой.

Во время дискуссии мнения разделились: к позиции Константина, помимо Беаты, присоединились Дмитрий и Тимо. Лиану в её стремлении сохранить жизни поддержали Анита, Александр и Генри, а Кристофер и Сванна предпочли держаться решения Среброглазого, каким бы оно ни было. Его молчание заставляло всех нервничать.

— Есть неожиданно хорошая новость, — начал Рик, уже более оптимистично. — Для Вартона всё пройдёт не так мрачно, как могло бы. Потребуется высокий уровень мастерства, сообразительность и огромный запас энергии — это касается вас, чародеи.

Вскоре Шателон принёс шесть переведённых и расшифрованных копий заклинания. Маги Элиты были удивлены и довольны, узнав его самый яркий эффект: после прочтения и определения радиуса действия все, чей разум не сломлен, погрузятся в здоровый сон. Неразгаданной осталась только одна маленькая руна, на которую никто не обратил внимание: заклинание это было сейчас спасением.

Все решили, что заклинание — заслуга Шателона. А когда начали его хвалить, он как-то нервно улыбнулся и скрылся с глаз. Его неожиданный уход и нервозность в ответ на похвалу были восприняты как должное и, пожалуй, показались самыми незначительными из длинного списка причуд.

Заклинание оказалось сложным, и требовало колоссального запаса магической энергии.

— Я могу с этим справиться, — заявила Беата, опередив всех. И весьма удивилась, когда товарищи покосились на её руки.