В огне - Анна Восковатая

Лелана очень близко. Их лица почти соприкасались. И от её присутствия напряжение ещё больше. Он чувствовал, как дрожь пробегает по её телу.

Внезапно все стихло. Он продолжал стоять, вслушиваясь в тишину, но ни криков, ни лязга мечей, ни чьих-то шагов. Кто победил? Отступила ли опасность? Неизвестность убивала, поджаривала на медленном огне. Рис молча начал считать, отмеривая время. Ничего не нарушало безмолвия в убежище. Как будто оно опустело полностью. Ищут ли их ещё?

Вспышка от золотого кольца симфов на пальце у Леланы, ослепила его на мгновение. Кто-то пытался связаться с ней.

— Не отвечай, — едва слышно прошептал он.

— Какой смысл? По этому нас не вычислят, а так, может, подмогу вызову.

Рис едва сдержал ругательства. Раньше вызывать подмогу — она не думала. Ладно, он, идиот, забыл о такой полезной связи кольца симфов с остальными кольцами. Но он же никогда не обладал магией и ему простительно забыть такое. Почему она не вспомнила о кольце, когда опасность настолько явная?

— Ответь, — сквозь зубы сказал он.

Лелана повернула кольцо, и какое-то время общалась с кем-то мысленно.

В темноте Рис не видел её лица, но девушка вдруг схватила его за руку, и он понял, что ноги отказывают Лелане, только когда она завалилась ему на грудь. Рис от неожиданности едва не потерял равновесие.

— Что там? — прошептал, как оказалось прямо ей на ухо.

— Вилор в "королевском дворе"… — пробормотала она в ответ, и в её неразборчивых словах, звенела радость. — Он не был в плену… Его спасли эльфы… Он был в эльфийских лесах…

— Это хорошая новость, — буркнул Рис, злясь ещё больше из-за бессмысленности её действий при таком раскладе. — Ты позвала его на помощь?

Лелана молчала.

— Карающий! Ты что не сказала ему, где мы? Ты не позвала подмогу?

— Я растерялась. Я сейчас свяжусь с ним опять.

— Не отвечает, — озадачено пробормотала она, после нескольких попыток. — Он сказал, что надеется добраться до кровати прежде, чем упадет от усталости. Он, наверное, спит…

— Мать твою… Ты полная дура! — рявкнул Рис, понимая, что скоро закипит от тупого идиотизма ситуации.

Он прислушался. В убежище по-прежнему тихо. Возможно, опасность миновала. Потянулся рукой к зеркалу, собираясь выйти и проверить самолично, но плечи Леланы вдруг стали вздрагивать. Рис с удивлением сообразил, что она беззвучно плачет.

— Какого демона ты ревешь?

Лелана только всхлипнула в ответ и прижалась к нему, утыкаясь носом в грудь.

— Прекрати… Не место и не время…

— Я дура! А ты был прав… во всем прав… — протяжно завыла Лелана.

— Мне, конечно, лестно, что ты, наконец, осознала свой идиотизм, но сейчас твой рев только поможет врагам нас найти.

Лелана будто и не услышала его долгой тирады, продолжала плакать, не громко всхлипывая. А он как назло уловил звук шагов в комнате. И если она не заткнется, то их могут обнаружить. И он применил самый древний способ заткнуть девушке рот, надеясь, что она не станет сопротивляться. Он резко поднял ей голову и завладел её губами.

Лелана вцепилась в его рубашку, сжав кулачки, Рис в панике подумал, что опять испугается и начнет орать, но хватка её вдруг стала слабее, а губы приоткрылись, пропуская его язык в рот. Все мысли вылетели из головы. Она давно отравила его магией искушения и каждый раз её согласие вызывало у него мысли только в одном направлении — сорвать одежду, овладеть…

Лела попыталась чуть отстраниться, но он нырнул рукой под её волосы и надавил на затылок, крепче прижимая к своему лицу, ритмично двигаясь языком между её губ. Другой рукой он обхватил ягодицы и прижал к себе. Проскользнула дурацкая мысль, что она выбрала самый неподходящий момент, чтобы ответить на его страсть. А в том, что она собиралась отвечать, уже не сомневался. Прижалась к нему, потерлась животом о его пах.

Он оторвался от её губ и принялся осыпать поцелуями шею, прикусывая кожу, с удовольствием касаясь языком. Лела часто задышала. У неё явно сдвиг не в ту сторону. Мать твою! Нужно остановиться… Он попытался взять себя в руки. Но это не так просто сделать, как ему казалось. Раньше Лела никогда не отвечала на его порывы, и даже наоборот. Её неожиданное согласие помутило мозги, лишило воли, заставив забыть о сложной ситуации, в которой они оказались. Вместо того чтобы прерваться, Рис вернулся к её губам, прижимая крепче.

В тишине, нарушаемой только звуками их поцелуя, щелкнула пружина в раме, и зеркало отъехало в сторону, открывая их. Рис оттолкнул Лелану за спину и схватился за оружие. Низкий глухой полурык-полурев заставил его задрожать. Напротив него, с бешенством во взгляде стоял Бранд. Вся одежда магистра Речного была в крови, а ладони тут же вспыхнули.

Лелана выглянула из-за плеча и увидев воскресшего любовника выдала громкий вскрик и без чувств упала на пол. А Рис приготовился умирать. Поднял оружие, занял боевую стойку.

— Убери меч… — севшим голосом обратился к нему Бранд. — Убери… хуже будет… Я едва сдерживаюсь…

Рис неуверенно опустил оружие.

— Убирайся…

— Я её тут не оставлю…

Рис больше ничего не успел сказать, рука Бранда метнулась к его горлу и сжала, перекрывая доступ воздуха.

— Ей ничего не угрожает… в отличие от тебя, — прорычал Бранд ему в лицо. — Пока я жив, ты и рядом с ней стоять не должен… и лучше тебе понять с первого раза. Пошел вон! Я принесу её к замку!

Бранд разжал руку. От мощного толчка Рис отлетел в сторону. Его спина встретилась со стеной. В глазах помутилось… С трудом поднимаясь на ноги, Рис все же предпочел уйти, оставляя Лелану с её бешеным любовником…

…Лелана приоткрыла глаза, не сомневаясь, что весь этот сумасшедший день ей приснился. И битва, и её отчаянный поход в убежище, поцелуй с Рисом… оживший Бранд. Кто-то легко касался её лица, обводя каждую черточку, лаская каждый дюйм кожи. Она открыла глаза и закрыла их снова. Она до сих пор спит или умерла, потому что рядом Бранд, она на его руках, чувствует жар его тела через одежду, ощущает его дыхание, видит его искривленное мукой лицо.

Она с опаской коснулась его плеча рукой. Такие яркие ощущения, как будто наяву. Несмело открыла глаза. Такое знакомое пляшущее пламя в его глазах.

— Таррилла, — тихо позвал он.

Лелана не смогла сдержать всхлип, понимая, что он лишь плод её воображения.

— Ты мне снишься? — прошептала она.

Он улыбнулся. Лелана никогда не выдела у него такой вымученной улыбки.

— Да… я тебе снюсь, — обреченно согласился он.

— Тогда это самый прекрасный сон.

Она прижалась к его груди, не замечая, что пачкает лицо кровью, пропитавшей его одежду.