Эхо вторжения - Пётр Моршанцев

И добавил: «Неприятно, но необходимо!»

Как бы грубо он не выразился, но большинство обитателей «Оазиса», а возможно и за его пределами, такое мнение Василия Дымогарева о заокеанской державе разделяло. «Соединенные Штаты, отсидевшиеся у себя за океаном от всевозможных общественных катаклизмов, войн и революций, не испытавшие на своей шкуре последствий таких катаклизмов, кроме игрушечной гражданской войны между Севером и Югом, ухитрявшиеся даже заработать звонкую валюту на европейских войнах, считают себя самой передовой демократией мира. Но и считали бы себя передовиками там у себя, за океаном, так нет же, они присваивают себе право учить все остальные народы тому, как тем следует жить, да не только словами, а и военной силой! — Возмущался Дымогарев. — Разозлят они меня когда-нибудь, выпрошу у Командора дисколет и нанесу им «дружественный визит» и поучу жизни. Спою песенку: «Посмотри, как весело кипит земля, там, где был когда-то Пентагон!» — Напел Василий, не столько шутливо, сколько полусерьезно две недели назад во время инструктажа Ростовцева. Это было его, так сказать, «лирическое отступление», с другой стороны вполне вписывающееся в суть беседы. Очистить пещеры Гиндукуша от близко расплодившихся «фекалий-талибов» Дымогарев считал на данный момент одной из первоочередных задач, тем более что там должны были собраться и другие руководители моджахедов.

Когда Ростовцев поинтересовался, откуда появились такие точные сведения о подземной базе моджахедов, присутствовавший на инструктаже жандармский ротмистр Фаунковский лукаво улыбаясь и поводя своими рыжими, словно жвалами у жука усами, многозначительно сказал: «Имеющий глаза — да увидит, имеющий уши — да услышит, и ничто не укроется от ока Единого бога!»

Высказывание было шутливым, но несло в себе и некоторую истину. Рос-товцев не знал, что начали приносить плоды «посеянные» в захваченных и позже отпущенных на волю в Бадабере пленников биосканеры. Это «новшество» шпионской технологии позволило даже в общих чертах получить схемы основных коридоров вражеского логова, хотя расположение большей части лабиринтов так и осталось неизвестным. Но для того и тренировались теперь «пещерные медведи» Ростовцева, чтобы шестым, а может быть и седьмым чувством определять, где и в каком, попавшемся на пути ответвлении находить притаившегося врага. После двухнедельных безвылазных подземных тренировок сами бойцы стали чувствовать себя в лабиринтах почти как рыбы в воде, и хотя придумали для себя другое шутливое название — «пещерные люди», но менять нарукавную эмблему в виде оскаленной морды пещерного медведя, никто не собирался.

«Глазом дракона», в память о мифических драконах, охраняющих в своих подземельях неимоверные сокровища, назывался новый прибор, заменяющий «ноктовизоры» в пещерных условиях. По-сути прибор кардинально менял зрение спелеоратников, им пользовавшихся, делая это зрение лучше, чем у природных ночных хищников — кошек.

С запланированной операцией особенно тянуть было нельзя, ибо через неделю истекал срок ультиматума, переданного посредством одного из одного из американских «советников» командованию и представителям ЦРУ в Пакистане, о возврате русских и афганских пленных. Учебные лагеря моджахедов, вроде уже уничтоженного в Бадабере, с их американскими хозяевами, на территории Пакистана, Николай пока решил не трогать, а ограничиться пещерной базой в Гиндукуше. От таких беспокойных соседей все равно надо было избавляться и скорее раньше, чем позже.

Но если после этой операции пленных не вернут, Дымогарев, как командующий «военно-космическими и военно-морскими силами» «Оазиса» придумал нечто достаточно оригинальное. Правда, морских сил, как таковых еще не было вовсе, имелись только оригинальные проекты нескольких судов, да и то пока лишь в базах данных компьютеров конструкторского отдела. А вот опытный образец орбитально-атмосферного бронекатера уже был на выходе со стапелей промышленного комплекса. И именно ему Василий отводил решающую роль в операции «Возмездие Аллаха» — такое название для нее он придумал. Идея в основе плана лежала совсем не новая. Придумка была именно «штатовская» — а именно «Звездные войны». Дымогарев, с присущим ему юмором только собирался воплотить ее в жизнь, подвесив бронекатер на геостационарной орбите над Пакистаном и произвести несколько лазерно-плазменных ударов по нескольким авиационным и вертолетным базам Соединенных Штатов, находящихся в этой стране.

Нападающих, как с земли, так и с орбиты при помощи спутников-шпионов увидеть в таком случае возможности не будет, тем более определить их принадлежность. А так как такими технологиями на Земле не обладал никто, то удары заставят заокеанских воителей хорошенько призадуматься, стоит ли игнорировать «просьбы» неизвестных лиц, высказавших свои «пожелания» одному из уцелевших «советников» в Бадабере, где от учебного лагеря после первого «визита незнакомцев» не осталось вообще никаких строений. Более того, Дымогарев проявил там определенную инициативу, обработав территорию бывшего лагеря хитрой химией в купе с мутагенными семенами растений, предназначенными для скоростного разрыхления скального грунта в глубину на метр и превращение его в слой плодородной почвы. После такого «посева» окрестностей было не узнать. Там сейчас произрастала густая, до метра высотой, трава, которая где-то дней через пять должна была также превратиться в удобрение и подготовить поле для даже самого капризного сорта пшеницы. А вот опиумный мак при посеве также перерабатывался на удобрения. Такие операции Дымогарев выполнял ранее над обнаруженными в горах плантациями наркоты, что приводило к неизменному успеху.

Ростовцев был посвящен в планы Дымогарева им самим по той причине, что сначала планировалось использовать отряд Ростовцева в десантной операции на американские базы, зная, какую «любовь» питают все военные к представителям «вероятного противника», особенно когда те лезут без мыла туда, куда их совсем не просят. Но от десантной операции, в конце концов, пока решили отказаться, от-ложив ее на более позднее время, когда такая операция станет действительно необходимой.

Это произошло при их недавней личной встрече. Чем-то сходные чертами ха-рактера и даже возрастом, они оба как-то сразу пришлись друг другу по душе, как прошедшие сходные школы воинской службы. Симпатию к Дымогареву Ростовцев испытал уже во время первой встречи. Именно к нему, после доставки в «Оазис» его отвел ротмистр Воронин для первичной беседы. Тем более, когда узнал, что разгромом инопланетян у «исчезнувшего моста», как стали называть то место битвы в Ястребовске, командовал именно Дымогарев. Вместе с ним он просматривал и запись того боя, причем с живыми комментариями самого Дымогарева, которые «расцветили» и так необычайно яркую хронику.

После просмотренного фильма, Ростовцев зауважал не только Дымогарева, но и его соратников, тех самых «ухарей», которых по всему Ястребовску искали все разведслужбы стоявшего там воинского контингента, во главе с КГБ, и, как уже известно, так и не нашли. После этого Вячеслав Ростовцев уже с меньшим скептицизмом воспринял идею объединения Земли в своеобразную империю, для того, чтобы противостоять космической угрозе. Исчезла, правда, не до конца и настороженность в отношении реставрации старых званий царских времен в вооруженных силах «Оазиса», или еще вернее Ордена Возрождения Империи. Но его уже совсем не удивило, что в этой пока немногочисленной армии служили только те, кто решил до конца связать свою судьбу с этим Орденом. Из солдат-срочников, бывшего гарнизона Ястребовска, которых оживили уже здесь, в «Оазисе», в рядах новой армии осталось более восьмидесяти процентов, но уже на договорной основе, а из офицерского состава более девяносто процентов. Они решили посвятить себя профессиональной воинской службе. Тем более что ратникам при зачислении в ряды армии выдавались «чудо-браслеты», которые почти на сто процентов исключали окончательную гибель в боевых действиях, давая шанс «возродиться», не говоря уже о том, что те поддерживали организм в оптимально здоровом состоянии, и несколько продляли продолжительность активной жизни человека. Таким образом, годы службы в армии не только не вычеркивали их из жизни, а напротив — увеличивали ее продолжительность. Предположения эти, правда, пока были лишь теоретическими, хотя и подтвержда-лись сведениями из банка данных НАВИГАТОРА. Поклонник армии Древней Рим-ской империи, Дымогарев сформировал из них три подразделения, обозвав их не привычными батальонами, а когортами, с соответствующими структурами, моди-фицированные к современным условиям, объединив их в один легион, численно-стью, правда, по существующим канонам до легиона пока не дотягивающий. Бывший командир части, воспитанный в духе идеологической верности к коммунистическому режиму, служить поначалу отказался. Но потом, когда ознакомился с существующим положением дел, тоже согласился продолжить службу, но только на штабных должностях. Для остальных же нашлась работа на многочисленных производствах подземного мегаполиса. Несмотря на то, что промышленность была автоматизирована до предела, но, тем не менее, работы хватало.