Весь Хайнлайн. Фрайди (сборник) - Роберт Хайнлайн

Государственный строй Эдема — демократическая республика, но не такая, как в Калифорнийской Конфедерации. Для получения избирательного права нужно быть не моложе семидесяти земных лет и являться налогоплательщиком (то есть землевладельцем). Резиденты в возрасте от двадцати до тридцати лет осуществляют там работу государственных служащих, но, если вам почему-то покажется, что в действительности они присматривают за стариками и удовлетворяют любые их желания, вы будете абсолютно правы, но только нужно учесть, что в их обязанности входит масса всяких малоприятных мелочей, потому и платят им такие бешеные деньги.

Есть на эту тему что-нибудь в рекламных проспектах? (Громкий смех в зале.)

Мне нужно было узнать всю правду о каждой колонии, прежде чем купить билет в один конец… Но я лишилась своего лучшего шанса, пытаясь доказать мистеру Фоссету, что невооруженная женщина может запросто управиться с мужчиной покрупнее себя. Добилась я только того, что наверняка попала в его черные списки.

Пора бы повзрослеть, Фрайди. Повзрослеть тебе нужно было успеть, по идее, пока у мистера Фоссета восстанавливалось дыхание Чейн-Стокса[38].

Босс всегда поругивал всех нас за проливание потоков слез над сбежавшим молоком — точно так же, как за само-жаление. То, что я упустила шанс устроиться на работу в «Гиперспейс лайнз», означало одно: что мне пора сматывать удочки из Лас-Вегаса, пока я была еще при деньгах. Если не суждено было рвануть в Большой круиз, нужно было попытать счастья где только можно и вызнать побольше о колониальных планетах — такую же правду, как про Эдем, то есть поболтать о том о сем с членами экипажей межпланетных кораблей.

Сделать это можно единственным способом: отправиться на стационарную станцию «Бобового стебля» — космической канатной дороги. Грузовики не опускаются ниже, опасаясь земного притяжения — они болтаются на лунной орбите в районе Эль-Четвертого и Эль-Пятого — там и притяжение Луны не страшно. А все гигантские пассажирские суперлайнеры компании «Гиперспейс лайнз» обычно становятся на прикол на стационарной станции. Все они: «Дирак», «Максвелл», «Ньютон» и «Форвард» — стартуют в космос оттуда. Там же находится и филиал комплекса «Шипстоун» («Шипстоун» — стационарная станция) — там они осуществляют энергетическое обеспечение межпланетных кораблей и в особенности — суперлайнеров.

Там можно всегда встретить офицеров, направляющихся в отпуск и возвращающихся из отпуска. Те, у кого отпуска не было, как правило, спят на кораблях, но все равно частенько наведываются туда, где можно поесть и развлечься. Как я отношусь к канатке, вы уже в курсе, и я вовсе не в восторге от суточного вокзала, который представляет из себя стационарная станция. Кроме замечательного вида Земли — вечно меняющегося зрелища, — нет там ничегошеньки хорошего. Высоченные цены и толпы народу. Искусственная сила тяжести переносится с трудом, и вечно мучает страх: вдруг у них что-нибудь сломается, и суп из ложки угодит вам прямо в физиономию.

Но если вы не страдаете манией величия, там можно найти работу. Я могла совершенно запросто проболтаться там достаточно долго для того, чтобы получить нужные мне сведения у пары-тройки подвыпивших офицеров-космолетчиков.

Не исключено, что именно там я смогла бы попытаться обойти Фоссета и стартовать в Большой круиз прямо оттуда, отыскав работу, что называется, не отходя от кассы. Я знала, что недостающий персонал набирают частенько за несколько часов до отправления корабля. Если бы такая возможность появилась, я уж не стала бы больше дурачиться и проситься, чтобы меня взяли телохранителем. Служанка, кастелянша, буфетчица — что угодно, хоть банщица, лишь бы только взяли!

И, выбрав себе новый дом, я бы могла быстро превратиться в пассажира самого фешенебельного класса, и мой перелет был бы оплачен согласно завещанию моего приемного отца.

Я написала записку хозяину домика и занялась приготовлениями к отъезду в Африку. Придется ли мне добираться туда сумасшедшим маршрутом или полубаллистические уже летают? Мысль об Африке заставила меня вспомнить о Голди, Анне, Берте и добрейшем докторе Красном. Я попаду в Африку раньше их. Сейчас на Земле шла одна-единственная война, так что, скорее всего, они там. Но туда мне было нельзя. От войны надо было бежать, как от чумы.

Чума! Мне нужно было как можно скорее подготовить отчет и передать его Глории Томосава и мистеру и миссис Мортенсон. Было бы легкомысленно полагать, что мне удастся сразу убедить их, что всего лишь через два с половиной года начнется эпидемия «черной смерти» — я ведь и сама в это не очень верила. Но если бы удалось объяснить им, таким ответственным людям, что необходимо побеспокоиться об усилении борьбы с крысами и превратить таможенный контроль из процедуры чисто формальной в строжайшую и обязательную, это могло бы — могло бы! — спасти космические колонии и Луну.

Маловероятно — но попытаться стоило.

Оставалось сделать только одно: еще раз попытаться разыскать моих пропавших друзей… и в случае неудачи оставить попытки до тех времен, когда я доберусь до стационарной станции или вернусь (если вернусь) из Большого круиза. Да, со стационарной станции можно дозвониться и в Сидней, и в Виннипег — но это гораздо дороже. А я за последнее время успела убедиться, что хотеть чего-то и платить за что-то — совсем не одно и то же.

Я набрала виннипегский код Торми, ожидая, что услышу: «Набранный вами код временно отключен по просьбе абонента».

А услышала: «Пиццерия «Пиратское логово» слушает!»

Пробормотав: «Простите, я ошиблась номером», я нажала клавишу разъединения связи. Набрала код заново, и услышала то же самое: «Пиццерия «Пиратское логово»…» Я не выдержала и сказала:

— Простите за беспокойство. Я нахожусь в свободном штате Вегас и пытаюсь дозвониться до своих друзей в Виннипеге и вот уже второй раз попадаю к вам. Просто не знаю даже, почему так получается.

— Какой код вы набрали?

Я продиктовала код.

Женщина на экране кивнула в знак согласия.

— Наш код, — подтвердила она. — Лучшая гигантская пицца в Британской Канаде. Но мы открылись всего десять дней назад. Может быть, раньше этот код был у ваших друзей?

Я сказала, что очень может быть, поблагодарила, извинилась, разъединила связь, откинулась на спинку кресла и задумалась.

Потом я набрала код виннипегского отделения АНЗАК. Когда компьютер отозвался, я попросила связать меня с офицером диспетчерской службы. Теперь я уже знала, как разговаривать с компьютерами. Женщине, которая появилась на экране, я сообщила: