Солнце Мирлеи - D. Scriptor

дальше уводило от них Коралину, пряча за тяжелыми дверьми старых ангаров. Ожидание — самое сложное, когда на кону жизнь дорогого человека. Рэйн неловко сжал плечо Наски и, дождавшись слабого кивка в ответ, с легкостью подхватил теряющего сознание Талия на руки, направившись в медицинский блок.

— Тебе нужно поспать, — прошептал Рэйн ему на ухо, едва ли касаясь губами холодной кожи. — А когда проснемся, мы уже будем дома. Все мы.

И Талий ему почти верил.

* * *

Коралину отвели в одиночную камеру, сухую и чистую. На прощание Риген даже не оскорбил, просто молча ушел, зубоскалясь и хлопая товарищей по плечам. Они все, как один, что-то твердили о том, что «босс будет довольна» и «Милета получит по заслугам». Никто ее не пытал, не избивал и не морил голодом, потому что через пару минут уложенный ею же на лопатки дукрут принес ей поднос с едой, все так же не обмолвившись с пленницей и парой едких слов. Все они на удивление стали милыми и тихими. Кору это пугало. К еде она не притронулась, рассудив, что пока не очень голодна, а пакетики с пайком выглядят безопасно и стерильно. Припрячет на случай, если задержится в этом месте дольше, чем рассчитывала. Вдруг Риген и его дружки растеряют все свое гостеприимство.

Девушка старалась держаться позитива, поэтому оглядев комнату с пола до потолка, рассудила, что ей достался практически номер класса люкс. Какая щедрость. Осталось надеяться, что ее не сделают таким же эксклюзивным товаром и не продадут какому-нибудь богатому дукруту. Вот потеха будет, если это окажется Антон. Кора хохотнула с собственных мыслей, усевшись на подогреваемый пол. Нет, мама же сказала, что Антон сейчас шкерится по Милете в поисках нее. Если, конечно, Мартина не решила спровадить всех туристов от греха подальше. Ох, если она и бабушка узнают, что с ней стряслось… Коралина передернулась, стараясь не думать о том, что будет, если одновременно отобрать внучку у правительницы самого большого государства Милеты и тирры столичного округа. Кем бы не был босс Ригена — он конченный идиот. Или отчаянный храбрец.

Несмотря на все это, Коралина чувствовала себя на удивление хорошо и спокойно. Безумный голос внутри нее наконец-то заткнулся и больше не твердил о том, что Кора всем вредит. Рэйн и Талий сейчас в безопасности под защитой Алиты и Ольтерны, да и спасти измученного пленника было куда лучше, чем оставить его здесь. Что-то Коралине подсказывало, что Риген бы не оставил старшего Сэт-Ави в живых. А она нужна какой-то важной шишке, поэтому протянет еще пару часов, пока не придумает план побега. Сердце печально сжалось, когда Кора вспомнила изувеченное лицо Талия, изнемогая от желания прижать его с себе, убедиться, что все позади. Любовь грела ее сердце, и Коралина чувствовала себя сильнее всех.

Приближавшийся звук шагов вернул ее из мыслей, и Коралина вся напряглась, быстро построив в голове самую удобную серию приемов. Подсечка, поворот, бросок. И бежать. Бежать, куда глаза глядят. Она запомнила, где выход из ангара, Кора скроется в лесу, по выгоревшему следу добежит до космодрома. Кто знает, может ей удастся угнать кокой-нибудь дукрутский транспорт… Но все ее планы разбились в единый момент, когда в камеру вместо Ригена зашла Агнесс Кормак. Доктор биологических наук выглядела дико в своем идеально выглаженном белом халате, с этой строгой прической на голове и чистым лицом. Среди темных камер ей было нечего здесь делать.

Первой мыслью Коры было то, что ее тоже пленили бестолковые дукруты, но когда женщина растянула губы в хищной улыбке, Коралина вздрогнула, сложив два плюс два.

— Вы, — она выдохнула, попятившись к стене.

— Здравствуй, Цветочек, — Агнес раскинула руки в радушном жесте. — Как тебе путешествия между мирами? Не укачало, Коралина Деменова?

Как же давно ее так не называли. Слишком давно, чтобы забыть, как звучит настоящие имя. Но Кора не забыла. И сердце ее в страхе прижалось к горлу, мешая дышать. Оживший ночной кошмар стоял прямо перед ней, скалясь во все тридцать два зуба. Одна из самых почитаемых женщин Мирлеи, легенда и героиня, спасшая миллионы жизней, Агнесс Кормак надвигалась на Коралину стеной грозного пламени. Она украла у нее все, жизнь и тело, и сейчас грозиться отобрать и то, что Коре подарила Милета. Девушка плотнее сжала зубы, лопатками почувствовав стену, в которую уперлась.

— Молчишь? — Агнесс наклонила голову набок. — А я вот потратила несколько месяцев, гадая, куда занесло потерявшееся сознание. Ты заставила нас побегать, милая, — Кормак мелодично растягивала слова, а в ее глазах был лишь бесконечный интерес. — Ты неплохо притворялась, почти как своя, да, — она задумчиво поджала губы. — Стала своей среди чужих, пустила корни на другой земли… Каково это, предать родину?

— Я никого не предавала, — рявкнула Коралина, сжимая кулаки. Из-за нее Талий страдал, из-за нее похищают мужчин. А ведь Коралина считала, что самая распоследняя дрянь на этой планете, это Камила. Еще никогда она так сильно не ошибалась в людях.

— Как раз наоборот, — Агнесс слащаво улыбнулась. — Сбежала с Дукрута, чтобы променять его на красивую картинку идеальной Милеты, — последнее слово она едва ли не выплюнула.

— Ты отобрала у меня мою настоящую жизнь и мой дом. Дукрут — не моя родина, — напомнила Коралина.

— О нет, — Кормак терпеливо покачала головой. — Все миры — едины. И ты всего лишь поменялась местами с другой версией себя, Цветочек. Ты всех предала. Разве ты не узнала своих родителей? Они тоже отражение себя из твоего мира. Как ты смогла так просто бросить их и променять на… посторонних мужчин? — судя по тому, как Агнесс скривила губы, она удержалась от оскорбления в адрес Рэйна и Талия.

— Они моя семья, — почти автоматически отозвалась Кора, выдержав насмешливый взгляд.

— Вот как. А я ведь думала, мы похожи, — Кормак притворно разочаровалась, чуть отвернувшись. — Думала мы обе любим свою родную планету, — она сделала акцент на предпоследнем слове. — Думала, мы обе хотим мира и справедливости.

— Что из твоих действий предполагает мир и справедливость? — ядовито уточнила Коралина, мысленно согласившись, что с Агнесс справиться будет легче, чем с Ригеном. Это реальный шанс.

— Например то, что Милета в кои-то веки перестанет считать себя всесильной, — невозмутимо ответила Агнесс, скучающе оглядев пространство. — И будет воспринимать всерьез чужие проблемы.

— Чьи проблемы? Дукрута? — Коралине хотелось смеяться. Кормак с интересом посмотрела на нее. — Милета никому не обязана! А то, что Дукрут загнивает сам в себе — только его вина. И таких, как ты.

— Удивительно, как быстро ты позабыла, откуда родом.