Многоточия - Наталья Способина

с ним можно не быть идеальной. Можно завязывать волосы в хвост на питерском ветру и слышать: «Да нормально получилось. Ничего там не торчит». А потом увидеть себя в витрине, потому что Волков скроил мину на ее попытку достать зеркало, и искренне поржать над тем, какое гнездо получилось у нее на голове. Можно было сидеть, переплетясь вспотевшими пальцами, и тоже не думать о том, что это все так по-земному, так неидеально идеально.

— Павлик, давай Матвейкину кровать перенесем к нам, чтобы Юле с Димой комнату освободить?

— А я тоже хочу с Люлей и Димой, — неожиданно заявил Матвейка плаксивым тоном.

— Сынок, ну так не получится, — начала увещевать его мама, в то время как Павлик предложил:

— Можно постелить Диме в гостиной.

Волков, все это время сидевший с совершенно непробиваемым видом, подал голос:

— Матвейка, а как думаешь, твой вертолет кровать поднимет?

— Ага, — обрадовался ребенок.

— А попробуем?

Не успел он договорить, как Матвейку вынесло из кухни на поиски вертолета.

— Юля, оставь нам Диму! А то я с этим кризисом трех лет уже с ума схожу. У тебя такого и в помине не было.

— Ни за что! — ответила Юла, выбираясь из-за стола и игнорируя взгляд Павлика, проводивший ее до дверей.

Вертолету пришлось немного помочь, но в целом он справился, поэтому спустя пять минут детская кроватка стояла рядом с родительской. Пока мама доставала постельное белье, а Матвейка решал, какие игрушки вертолету срочно нужно перенести вслед за кроваткой, Юла шепнула Димке:

— Прости. Этот момент я не учла.

— Не парься, — улыбнулся он и обнял ее за талию.

Она не успела озадачиться причиной этого жеста, как заметила, что на них смотрит Павлик. Кажется, Димка активно обозначал свою территорию, и это не могло не радовать.

Принимая душ, Юла начала было грузиться мыслью о том, что у нее хлопковая пижама со спящими котиками, но быстро перестала, потому что это тоже было что-то из серии неидеальной идеальности.

Выйдя из ванной, она едва не споткнулась о Волкова, который, игнорируя стоявший в холле диванчик, сидел прямо на полу и с кем-то переписывался.

— А ты почему здесь? — удивилась она.

— Просто.

— Юленька, вам что-то из одежды нужно? — послышался мамин голос.

— Нет, у нас все есть, — сказала Юла, когда Димка в ответ на ее вопросительный взгляд качнул головой.

— Я тоже в душ, — сообщил он, вставая, и Юла, неожиданно смутившаяся от этих слов, решила поскорее убраться в выделенную им комнату.

Оказалось, что, пока она мылась, там разложили диван и застелили его кремовым бельем в сердечки. Вряд ли мама на что-то намекала, но ее стремление быть прогрессивной и делать вид, что все отлично, реально выбивало из колеи.

— Если что-то нужно, говори. — Павлик вошел без стука.

— Отдохнуть нужно и чтобы кое-кто научился стучать.

— Да я же по-отечески, — изобразил изумление тот.

Но, к счастью, замер на пороге.

— Для сведения: отцы стучат в комнаты дочерей лет с десяти, если не раньше.

У нее внутри нарастало мерзкое тошнотворное дрожание. Под глумливым взглядом отчима оно неминуемо вылилось бы в крик или чего похуже, если бы в этот момент в комнату не протиснулся Волков, по пути сильно задев Павлика плечом.

— Сорян. Не рассчитал траекторию, — сказал он с наглой улыбкой.

— Вышло грубо, — заметил Павлик.

— Признаю, — смиренно вздохнул Волков, глядя при этом так, что было понятно: грядет что-то неприятное.

— Давайте уже спать, — вмешалась Юла.

— Спокойной ночи. — Павлик смерил Волкова взглядом.

— И вам, — вежливо улыбнулся тот, но, стоило отчиму выйти, повернулся к Юле и спросил: — Чё тут было?

— Ничего. Просто фигню нес всякую.

— Юль, пообещай одну вещь, — неожиданно сказал Димка, серьезно на нее глядя. — Если соберешься переезжать в Питер, снимай хату, а? Или в общаге живи. Но только не здесь.

Юла кивнула, не в силах ничего сказать. Внутри все еще противно дрожало.

— И давно этот урод к тебе клеится? — хмуро спросил Волков, стягивая футболку.

— Да я с ним виделась раза три всего. Бесит, что он ведь наверняка маме изменяет со своими, как он там говорил?

— Фитодевочками, — подсказал Волков, глядя на диван. — Ты с какой стороны спать будешь?

Комментировать ее мысль про измены он не стал.

— Без разницы. Прости, что так вышло. Может, тебе все-таки в отель?

— А тебя тут с Павликом оставить? Фиг ему. — Волков стащил джинсы и, ничуть не смущаясь, забрался под одеяло. — Ничё так. Вполне удобно.

И только заметив, что она неловко кутается в мамин халат, уточнил:

— Боишься, что я таки маньяк?

— Конечно! — преувеличенно весело заявила она, понятия не имея, как преодолеть внезапно навалившуюся неловкость от того, что придется снять халат, и от того, что Волков вписывается за нее со всей широтой души.

— Слушай, даже если бы мне внезапно взбрело в голову поманьячить, тут твоя мама через стенку. Алё! Ну хочешь, сделаем вот так?

Видя, что никак ее не убедит, Волков поднял валявшегося на полу большого плюшевого слона с явным намерением использовать его как буфер. Все шло отлично примерно секунд пять, но стоило Димке плюхнуть слона на диван, как тот то ли запел, то ли заверещал мерзким голосом.

Юла схватила подушку со своей стороны дивана и прыгнула на слона, желая его заглушить. На ее беду, Волков попытался проделать этот же трюк со второй подушкой. Их лбы со звоном встретились.

— Да бли-и-ин, — простонал Димка, прижимая ладонь к ушибу. Второй рукой он все еще пытался придушить подушкой бедного слона.

— И это я еще ходячая катастрофа? — Юла уселась на диван и потерла пульсирующий лоб.

Придавленный слон наконец допел и заткнулся.

— Давай мы его тихо переложим? — предложила она.

— Только без резких движений, — предупредил Волков и осторожно снял подушку.

Посмотрев друг на друга, они заржали как ненормальные. Теперь уже пришлось зажимать рот себе, чтобы не перебудить весь дом.

Наконец слон был благополучно перемещен на пол от греха подальше, подушки разложены по местам, и к окончанию этого процесса Юла поняла, что никакой неловкости больше нет. Забравшись под одеяло, она вытянулась на диване. Ноги гудели от непривычно долгой прогулки.

Над тем местом, где раньше стояла Матвейкина кровать, горел детский ночник, отбрасывавший на стены и потолок разноцветные пятна в форме рыбок.

— Выключить? — шепотом спросил Димка, потому что ночник горел с его стороны.

— Не-а. Спать пока не хочется.

Ей правда не хотелось, чтобы этот день заканчивался.

— А я детстве поскорее старался перед днюхой заснуть, чтобы завтра уже наступило.

Юла улыбнулась потолку.

— А я не помню.

— А как выглядит твой идеальный день рождения? — спросил Волков, и Юла на него покосилась.