Расстрелянные герои Советского Союза - Тимур Бортаковский

— А какой же у него все-таки был мотив?

— Да никакого мотива. Так он и не был выяснен. Хрущев вместе с Фомичевым и его супругой возвращались из-за границы в Москву и остановились проездом в Киеве. У Фомичева была квартира на Артема. В этом же доме жила семья Полоза. Полоз и его жена пригласили чету Фомичевых в гости. Во время ужина, вероятно, возникла какая-то конфликтная ситуация. Что там произошло, могла рассказать только оставшаяся в живых Евдокия Полоз, но она уходила от ответа, говоря, что мужчины начали ругаться. Петр схватил ружье и убил сперва жену Фомичева, а потом и его самого. Она скрывала правду, да и никто из состава суда особенно не старался выяснить это. Мое же положение в этом деле было весьма и весьма нелегким, потому что надо мной довлела атмосфера в зале суда: люди не симпатизировали моему подзащитному. Он же, в свою очередь, вел себя очень достойно. "Я виноват, но я не помню, как это произошло", — говорил Полоз.

— Что же это, по-вашему, было: искренние слова или продуманная тактика? Вы ведь упоминали, что он был очень умен.

—Я думаю, что он был откровенен. И это тоже придавало мне силы. Самое трудное — это выступать перед аудиторией и не найти контакта с нею. Если такое происходит, нечего тебе делать в адвокатуре. Я не был подавлен, активно боролся—это видно из документов. Я все-таки надеялся, что суд отправит дело на дополнительное расследование для разрешения единственного вопроса: было ли преступление совершено преднамеренно или в состоянии аффекта. Я был молод и уверен в своих силах, поэтому надеялся, что в защитной речи мне удастся убедить суд не выносить смертного приговора. Однако чем больше прокурор приводил доводов в подтверждение версии следствия, тем больше я терял надежду спасти жизнь Полозу. Когда находящиеся в зале люди встретили его речь бурными аплодисментами и одобрили его требование применить к моему подзащитному высшую меру — смертную казнь, я был настолько растерян, что в моем мозгу промелькнула такая мысль: сейчас встану и опозорюсь. И здесь Господь пришел мне на помощь. Я понял, что снова придерживаться линии защиты, связанной с судебно-психиатрической экспертизой, неэффективно. Меня вдруг осенило. Поначалу мысль была робкой, но, взглянув еще раз на его жену, я понял, что виновата во всем она. Я вспомнил, как (согласно показаниям родителей подсудимого) она, используя тяжкое психическое заболевание мужа, подстрекала его к убийству своих родителей и как он душил их в погребе, будучи в Красноармейске у них в гостях. То есть до этого мои мысли работали в одном направлении: душевное состояние подсудимого, и я не видел истинных причин.

— Вы имеете в виду, что он испытывал так называемую "невротическую любовь" к своей жене, а она умело этим манипулировала?

— Несомненно, потому что он среди ночи приставлял к груди этой женщины шпагу и вопрошал, любит ли она его, ведь именно она водила его по краю пропасти. Ее интересовали только материальные блага, которыми она могла пользоваться на правах жены. Она, несомненно, руководствовалась при этом корыстными мотивами — овладеть квартирой в Киеве и избавиться от неугодного, обременяющего ее жизнь тяжелобольного мужа. Провоцируя этот конфликт, в результате которого неуравновешенный и вспыльчивый Полоз пошел на преступление, она заведомо желала роковой развязки. Я выступал минут 40. Стояла гробовая тишина. Та публика, которая только что поддерживала прокурора, после моих последних слов: "Это она виновата!" — пришла в неистовство. Такого шквала аплодисментов я, честно говоря, не слышал...

— Но ведь Полоза все-таки расстреляли?

— Естественно, было довольно наивно надеяться на то, что суд того времени его помилует. Тогда главным ориентиром была партия, а здесь такие жертвы — приближенные люди самого Хрущева! Про-

тесты, направляемые мною Генеральному прокурору Роману Андреевичу Руденко, тоже не принесли желаемых результатов. На приеме в Генеральной прокуратуре СССР Руденко меня спросил: "Скажите, а как бы вы поступили на моем месте?" И я все понял: полная зависимость vr ЦК КПСС»{6}.

П.В. Полоз вполне мог бы получить 15 лет за совершенное преступление. Согласно Уголовному кодексу тех лет, «умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах двух и более лиц наказывается лишением свободы на срок от восьми до пятнадцати лет со ссылкой или без таковой или смертной казнью».

Но судьи не нашли в его преступлении смягчающих обстоятельств. Слишком высокий ранг был у жертв. Также не были учтены фронтовые заслуги Полоза, полученные им ранения и контузии. В судебном заседании не была выяснена до конца подлинная роль в произошедшей трагедии Евдокии Полоз, имевшей на мужа большое влияние.

В конце 1962 года Петр Варнавович Полоз за убийство двух граждан, как было сказано в приговоре суда, «на почве ревности и мести», был приговорен к расстрелу.

Адвокат С.А. Островский вспоминал о последнем слове Полоза: «Он произнес поразительные слова, я запомнил их на всю жизнь. Надо сказать, что слушали его, затаив дыхание. Он с большой теплотой говорил об убитой чете Фомичевых, не просил пощады, признавал, что заслуживает самого сурового и жесткого наказания. Приводя некоторые примеры из истории, говорил о причинах возникновения войн и гибели миллионов невинных людей. Как несправедливо, что те, которые инициируют эти страшные убийства, остаются безнаказанными. "Моя профессия — убийца. Чем больше я убивал, тем больше руководители государства меня поощряли. Жертвами были не только немецкие летчики. Мирное население тоже. Разве они не люди? Я не оправдываюсь. Я заслуживаю, чтобы меня расстреляли, но я хочу рассказать народу, почему я это сделал. Ведь я не родился убийцей. Каждый мой боевой вылет и сбитый самолет, а значит, чьи-то смерти — это орден, чин, почет. Значит, я должен отвечать не только за это убийство? Я не один такой. Я не прошу суд ни о каком снисхождении. Я — летчик! Я — свободный человек! Это моя стихия, и ни о какой мере наказания, связанной с лишением свободы, речи быть не может. Я поддерживаю требование прокурора о вынесении приговора со смертной казнью",— были его последние слова. Так трагически и красиво закончилось это дело.

За время своей адвокатской практики я вел много дел об убийствах, есть они у меня и сейчас. Но таких ярких и смелых личностей, как Полоз, я больше не встречал»{7}.

В мае 1963 года приговор в отношении П.В. Полоза был приведен в исполнение (точная дата и место захоронения неизвестны). Указом Президиума Верховного Совета СССР от 19 июля 1963 года Петр Варнавович Полоз был лишен звания Героя Советского Союза.

С середины 60-х годов его имя исчезает из истории Великой Отечественной войны. Цифра летчиков — Героев обороны Одессы, стала приводиться в таком словосочетании: «свыше 10 летчиков», «11 летчиков во главе с командиром», «несколько летчиков». Места в мемуарах однополчан, где упоминался П.В. Полоз, старательно вычеркивались цензурой.

Но жизнь все расставляет по своим местам. В 2002 году на памятнике, сооруженном на месте бывшего аэродрома 69-го иап под Одессой, была установлена плита с именами летчиков—Героев Советского Союза. В этом списке появился и Петр Полоз. Человек, мужественно и бесстрашно сражавшийся с врагом в годы войны и так трагически и бесславно закончивший свою жизнь в мирное время...

Награжден: присвоено звание Героя Советского Союза (1942) с вручением медали «Золотая Звезда» за № 983,2 ордена Ленина (1939, 1942), орден Красного Знамени (1941), орден Отечественной войны 1-й степени (1945), медалями «За оборону Одессы», «За взятие Берлина», «За освобождение Праги».

***

{1} Конев В.Н. Герои без Золотых Звезд. Прокляты и забыты. М.: Яуза, Эксмо,2008.С. 145—146.

{2} Там же. С. 146—147.

{3} ЦАМО. Ф. 33. Оп. 682523. Ед. хр. 29.

{4} ЦАМО. Ф. 33. Оп. 793756. Д. 38. Л. 35.

{5} Ворожейкин А.В. Небо истребителя. М: Воениздат. 1991. С. 141—143.

{6} Конев В.Н. Герои без Золотых Звезд. Прокляты и забыты. М: Яуза, Эксмо,2008.С. 154—157.

{7} Там же. С. 158.

ИСПОЛЬЗУЕМЫЕ СОКРАЩЕНИЯ

АП — авиаполк

АЭ — авиаэскадрилья

БА-6 — бронеавтомобиль

БТ-5 — быстроходный танк

БХМ — боевая химическая машина

ВВС — Военно-воздушные силы

ВНОС — Войска воздушного наблюдения, оповещения и связи

ВЧК — Всероссийская чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией и саботажем

ВЦИК — Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет

ГУКР «СМЕРШ» — Главное управление контрразведки «Смерть шпионам»

ДА — пулемет Дегтярева авиационный

ЗабВО — Забайкальский военный округ

ИАД — истребительно-авиационная дивизия

ИАП — истребительно-авиационный полк

ИАЭ — истребительно-авиационная эскадрилья

Комбриг — командир бригады

Комдив — командир дивизии