Собрание сочинений. Том 5 - Петр Павленко

За семьюстами тысячами участников слета стояли миллионы людей — их родители, родственники и знакомые. От того, как будет встречен в Берлине юноша из Гамбурга или девушка из Эссена, в значительной мере зависело доброе отношение к порядкам в демократической Германии нескольких миллионов взрослых людей на западе страны.

Но почему, собственно говоря, местом слета был избран Берлин?

«Германская демократическая республика — сборный пункт миролюбивых людей Германии и надежная опора для всех прогрессивных сил, которые в Западной Германии и в Западном Берлине сегодня еще отданы во власть империализма», — сказал премьер-министр Германской демократической республики Отто Гротеволь.

В Германии нет лучшего места для Общегерманского сбора, чем Берлин — сердце страны, столица страны. Здесь особенно ярко видно, что такое подлинная демократия.

Здесь — как бы живая выставка разных социальных порядков. Любой житель западных секторов Берлина, так же как и любой немец, приехавший в Берлин с запада, мог легко оказаться очевидцем слета — этого замечательного массового демократического мероприятия, осуществленного в мае — июне 1950 года. Вот почему местом для слета был выбран Восточный Берлин — лагерь мира бок о бок с лагерем войны!

Примерно за месяц до слета молодежь Восточного Берлина взялась за приведение в порядок центральных кварталов города.

За четыре месяца было закончено строительство стадиона «Митте» на восемьдесят тысяч человек. Молодежь присвоила ему имя Вальтера Ульбрихта.

В Трептов-парке был выстроен летний театр на шестнадцать тысяч мест. Только на расчистке берлинских улиц и строительстве стадиона поработало сто восемьдесят тысяч человек. Была отстроена база водного спорта в Грюнау.

Со всех концов Германии молодежь везла листы с подписями под Стокгольмским Воззванием. Со всех концов Германии в Берлин сходились вести о том, что молодежь различных союзов, даже молодежь католических организаций, поддерживает слет и будет бороться за мир.

В Берлин летели телеграммы из всех земель демократической республики о трудовых рекордах молодежи. Молодежь, оставшаяся на местах, работала за своих делегатов, выполняла и перевыполняла свои и их нормы.

Кто же они, эти посланцы мира?

Большинство их — члены Союза свободной немецкой молодежи.

В 1949 году Союз свободной немецкой молодежи насчитывал шестьсот пятьдесят тысяч членов; в 1950 году, к моменту слета, — два миллиона пятьсот тысяч.

Прибыли, как уже говорилось, лучшие производственники, активисты сельского хозяйства, студенты и учащиеся средних школ, вожаки молодежи, горняки, труженики моря — юные рыбаки. Среди гостей Берлина мы встретили детей, отцы которых погибли на фронтах губительной войны, затеянной гитлеризмом, и юношей, старшие братья и сестры которых были замучены в концентрационных лагерях Бухенвальда или Дахау.

На слете была молодежь, пять лет прожившая бок о бок с советскими офицерами и солдатами, но были и такие, которые в лице советских гостей слета впервые видели русских.

Итак, на слете мы знакомились с лучшими представителями молодой Германии, с ее активистами-производственниками и отличниками школ.

О разительных переменах в жизни немецкой деревни много и хорошо рассказывали представители сельской молодежи.

Села демократической Германии быстро перестраиваются. В бывших помещичье-юнкерских гнездах теперь народные имения и машинопрокатные станции. Молодежь работает здесь особенно смело, плодотворно.

Народные имения помогают по-новому организовать сельское хозяйство республики. Это, можно сказать, маленькие сельскохозяйственные выставки в действии. Опыт народных имений является школой для немецких крестьян, быстро преодолевающих привычные устои консервативного прошлого.

Кадры специалистов в народных имениях — главным образом молодежь. Это трактористы и комбайнеры, агрономы, зоотехники и практиканты институтов.

Много нового принесла работа и во вновь созданных машинопрокатных станциях. Советский Союз оказал большую помощь немецким крестьянам присылкой тысячи тракторов. Не один немец, бывший танкист, а ныне работающий на мирном советском тракторе, осознал на собственном опыте великую помощь и бескорыстие советского народа, почувствовал силу его дружбы.

Немецкие машинопрокатные станции отличаются от наших машинно-тракторных станций прежде всего тем. что обслуживают частные хозяйства. В конце 1949 года на полях республики работало уже шесть тысяч тракторов.

Но машинопрокатные станции не только дают напрокат машины, по договорам пашут крестьянскую землю или убирают частновладельческий урожай, — они постепенно приучают немецких крестьян к простейшим видам коллективного сотрудничества.

Машинопрокатные станции пропагандируют совместную обработку земли, вводят новые культуры, рассказывают о достижениях передовиков советской деревни, ведут культурно-просветительную работу. Клубы, кинопередвижки, организация самодеятельности, спорт, библиотеки для села — всем этим занимаются немецкие машинопрокатные станции.

Это не только хозяйственные, но прежде всего культурно-политические организации. Для молодежной инициативы здесь гигантский простор.

С помощью машинопрокатных станций происходит переделка крестьянской психологии. Десятки тысяч молодых активистов читают лекции, демонстрируют фильмы, снабжают крестьян литературой, знакомят их с политическими событиями.

Немецкая молодежь смело ведет сражение за новую деревню.

Вспомните облик немецкого крестьянина, мещанина и обывателя, столь известный по художественной литературе.

В течение многих столетий складывался тип «среднего немца», крайнего индивидуалиста, скаредного хозяина, будь то деревенский богатей, средней руки городской лавочник, мелкий чиновник или хорошо зарабатывающий ремесленник, кустарь-одиночка или даже заводской мастер.

«Мой дом — мое царство», «Государство кончается на пороге моего дома», — любили говорить эти «средние немцы», напоминавшие раков-отшельников.

Немецкий обыватель славился на весь мир отсутствием общественных интересов. Отработав положенные часы на заводе или в конторе, он мчался на велосипеде домой, пренебрегая всем на свете. Едва стянув картуз и помыв руки, он садился за стол, на котором уже поджидал его обед. Затем он пил свое пиво, читал свою газету, копался в своем садике или гулял со своей женой и со своими детьми, махнув рукой на политику и на свое государство. Он «царствовал» у себя дома до утра. Если дело происходило в субботу, он «царствовал» у себя до понедельника. Родина до понедельника оставалась за порогом его дома.

Вызвать такого человека в клуб было делом неслыханной трудности. Заставить такого человека подарить час своего досуга общественному делу было труднейшей задачей, стоявшей перед многими прогрессивными партиями.

Немецкому обывателю всегда казалось неслыханным мотовством прозевать свой обед или свой отдых. Забота о собственном благополучии составляла одно из главных дел его жизни.

Стоило часам пробить час дня, как любого немецкого обывателя одолевал условный рефлекс на еду, и где бы он ни был в это время — на работе, на заседании, на улице, — он вынимал из кармана свой бутерброд и съедал его, ни на кого не обращая внимания. Правда, несмотря на такую пунктуальную заботливость о своем здоровье, долголетием немцы, как известно, не славились, да не блистали и особенной моложавостью.

Итак, немецкий обыватель жил замкнуто. Годы гитлеризма еще больше приучили немецкого обывателя не высовываться из своей норы. Страна так и жила — сомкнув рот и заткнув уши.

И вдруг — война, разгром гитлеризма, начало новой жизни. Жизнь началась новая, а многие привычки остались старые.

Но немецкий народ состоит не из одних обывателей. Как ни безжалостно разгромил Гитлер коммунистическую партию, он не мог уничтожить коммунистов всех до единого. Десятки тысяч смелых и передовых борцов спаслись. Тысячи других вернулись из эмиграции. Десятки тысяч сформировались в ходе движения сопротивления нацизму, в подполье, в концентрационных лагерях.

Коммунисты, объединившись с лучшими из социал-демократов, образовали в апреле 1946 года Социалистическую единую партию Германии (СЕПГ) под руководством Вильгельма Пика, Отто Гротеволя и Вальтера Ульбрихта. Эта партия руководит сейчас коренной перестройкой на демократических началах всей жизни немецкого народа, ведет огромную воспитательную работу среди немецких трудящихся масс. Молодежь — ее ближайший помощник в этой гигантской работе.

Так что же представляла из себя молодежь, приехавшая из городов и сел Западной Германии?

Вот трое баварских юношей. Прибыв в Берлин, они передали советской делегации знамя пионеров Краснодарского края, украденное и увезенное гитлеровцами в дни Великой Отечественной войны. Хранить это знамя в Баварии, в американской зоне оккупации, было небезопасно, но молодежь его сохранила. Юноши многим рисковали, тайно провозя это знамя в Берлин. Но они — сыновья коммунистов. Они рискнули. Перейдя зональную границу, они развернули это знамя как символ дружбы.