Загораются звёзды - Ольга Горошанская

— Пойдем на завтрак, — прошептал Драхем, но не заметив негативной реакции, потащил ее к выходу.

«Да, видение ясное — призраки прошлого…» — думала она по дороге, вспоминая какой-то стих, пока Драхем обсуждал с братом новую тактику в Подводных Игрищах, которую хотел пустить в ход на ближайшей тренировке.

На дворе уже была середина декабря и конец Воздушного сезона, который должен был закончиться под Новый Год, поэтому времени оставалось мало, ведь скоро Йоль, на обряд которого отпускались все волшебники Крепости домой. А потом Новый Год и Рождество и все это время будет не до тренировок.

Под конец завтрака перед Драхемом, сплетаясь словно из появляющихся золотых искр, материализовалось письмо, по ходу чтения которого волшебник сначала выглядел растерянным, а потом разозлился настолько, что сжав бумагу в руке, пулей вылетел из-за стола.

Первым делом на сегодня у Лео было — поискать интересных для себя животных, а так как ей больше не нужно было брать индивидуальные часы у всех экспертов своего дела, появилось много свободного времени. Она все равно знала, искать Драхема сейчас бесполезно, поэтому спокойно пошла к лесу. В это утро, как оказалось, Пегасис вел объяснительные часы для всех желающих обитателей Крепости, больше всего на свете предпочитая не только находить в лесу магических животных, но и рассказывать о них.

Архидуайен мро Монд оказался на высоте, рассказывая об огненных животных — пирролей, которые заводились, если огонь поддерживался постоянно в течение нескольких суток. А выгода от этих небольших ярко-оранжевой расцветки зверьков была неимоверной: если в вашем камине завелся такой зверек, то огонь уже не потухнет никогда, даже если вы в него не будете подбрасывать дров. Единственное, как оказалось, чего те не любят так это использования на огне разного рода заклинаний — это для них погибель.

Далее шли огромные змеи и их царь — Хохотун. Змей величественно выполз из леса, показывая свои блестящие чешуйчатые переливающиеся зеленым бока. Этот вид рогатых змей отличался специфическим окрасом и множеством мохнатых усов на морде у пасти. Как Пегасис рассказывал, змей завлекал свою жертву ехидным смехом, действующим на большинство живых существ лучше гипноза, а продемонстрировав свой смех, чем-то напомнил китайского дракона с квадратной челюстью, правда, Лео не могла понять, чем именно.

Следующим делом пришлось идти на Защиту, которая была в расписании по обязательным индивидуальным часам, а так как Сирсилис оказался искусником Арсена, то их команда в полном составе ходила на них, но Драхем так и не пришел. Сказав Тартосу, Солерон попал в Гильдию Медицины, самой на душе стало неспокойно, и после первого получаса отпросилась, не забыв пообещать написать проект в пяти частях на тему о защите от высших огненных комплексов чар, и полное описание какими они бывают. Быстро сложив вещи, отправилась на поиски Драхема, за которого с каждой минутой волновалась все больше.

— Вот ты где, — негромко проговорила, обнаружив его на дальнем балконе Башни Звезд.

Подойдя ближе, обняла его сзади и уткнулась носом в его холодную шею.

— Что случилось? — спросила, стараясь своим теплом отогреть сжавшегося в комочек друга.

— Ты ведь не поедешь ко мне в гости на следующей неделе и на зимние праздники, — грустно произнес он, рассматривая белые просторы вокруг замка алхимиков.

— Вообще-то я тоже была не слишком рада, услышать вчера эту новость, — поцеловав его в светлую макушку, прошептала, желая хоть как-то взбодрить его. — Хотя ты обещал показать мне настоящего Хранителя.

— И еще отец сказал мне, чтобы я нашел себе другую девушку, потому что, встречаясь с тобой, я могу подставить его «на второй работе», ведь он не хочет причинять тебе зла. Он предупредил, опасность летает над тобой, как стервятник, ожидающий, когда же хищник наестся и оставит свою добычу.

— Это же не значит, что мы с тобой перестанем общаться, а встречаться ты можешь с тем, с кем только пожелаешь, — улыбнувшись, ласково погладила его по голове, но не отстранилась.

— Ты так спокойно говоришь, будто тебе все равно буду я встречаться с тобой или к примеру Пенелопой, — флегматично возмутился Драхем, повернув голову в сторону собеседницы.

«Не то, чтобы я убивалась, но с тобой мне было действительно хорошо и спокойно», — подумала, оттягивая время ответа.

— Мои «психи» закончились еще вчера, да и спасибо твоему отцу, избавил меня от участи стать Жнецом плохих новостей, — грустно улыбнулась, согревая своим дыханием небольшой участок кожи на его шее.

— Значит, на этом все и закончится? И ты так просто меня отпускаешь? — усомнился он в ее словах.

— У меня сейчас жизнь будет не сладкая, но напряженная, а рядом со мной тебе придется встать против всех, так что… спасибо тебе за прекрасно проведенное время, мне было с тобой очень хорошо, — потершись щекой о плечо Драхема, мягко поблагодарила.

— Но это не значит, что мы с тобой перестанем разговаривать, и за столом команды Фокс ты останешься на том же месте, — в ответ обнимая ее, прошептал он, немного отогреваясь, но с тем не желая отпускать никогда.

— Мадемуазель демро Нат, вы забыли о необходимости появиться в моем кабинете двадцать минут назад?

Сердце, задержав удар на секунду, гулко ударилось о ребра, посылая по венам кровь, богатую магией и адреналином.

«Кому еще может принадлежать такой глубокий бархатный голос с язвительными интонациями…

Да, сама же видела, как белый снег перед замком осветила яркая вспышка света, бьющего из окон каждого кабинета, где до этого проходили индивидуальные часы», — подумала, ругая себя, поворачивая голову на звуки голоса.

— Уже иду Защитник, — негромко произнесла, напоследок погладив спину Драхема. — Не злись, а действительно подумай, с кем бы тебе хотелось встречаться. Твой отец очень умный и лучше тебе пока слушаться его — меньше найдешь неприятностей.

Оставив друга наедине со своими мыслями, последовала за Искусником в его кабинет, звонко, но как-то грустно стуча своими серебряными каблучками.

«Конечно, Марс умный, только этот ход подсказал ему я.

Ох, Ланц, никогда не думал, что снова буду ревновать из-за тебя. Да, я никому не хочу отдавать Вишенку, и пусть меня за это осудят, но, в конце концов, я всего лишь остаюсь ее тенью и ни на что не претендую. Может быть, когда-нибудь…

Я перестану думать о ней.

Вот так вот. Недолго я любил Шерри. Достаточно было появиться этой вечной проблеме, как я уже способен разорвать всех и вся, лишь бы увидеть ее улыбку.