Загораются звёзды - Ольга Горошанская

— Хорошо, — наигранно тяжело вздохнув, согласился Архидуайен, а подойдя ближе, дотронулся до ошейника Шумешера, произнося непонятное ей заклинание. — Теперь ты можешь оставить его в этом кресле.

Лео пересадила огненного ящера в кресло, но все же опасалась, не случится ли с ним чего в ее отсутствие.

— Теперь ты можешь оставлять его в любом месте своего замка и за пределы комнаты, в которой его оставишь, он не выйдет.

— А как магия поводка поймет?

— Должно быть твое добровольное желание оставить его именно в этом месте.

— Спасибо, — поблагодарила, вкладывая свою руку в очередной раз поданную ладонь.

Само перемещение не почувствовалось вовсе, будто и не переправлялись никуда, но душный жаркий воздух чуть не сбил с ног, перекрывая дыхание, заставляя снять лишнюю одежду. Они оказались в прекрасном тропическом парке с разнообразными магическими растениями, завораживающими глаз.

— Я должен тебе еще кое-что рассказать. Помимо информации, выданной Севемом, — будто им вовсе не ощущалось жары в его бархатном камзоле, начал разговор Светос.

— Все из-за того, что я — приглашенная?

— И это тоже, но в первую очередь это касается тебя, поэтому не вижу смысла скрывать.

— И, естественно, я не смогу ни с кем поделиться этим, — поглаживая яркий зеленый в лиловую крапинку листок магического неизвестного ей дерева, понимала, насколько должна быть конфиденциальна информация, раз ее настолько тщательно скрывают.

— В Крепости этого не знает никто, — продолжил Архидуайен.

— Совсем никто? — удивилась Лео, не понимая, как ему удалось настолько хорошо скрыть информацию, а взглядом оценила ствол пальмы, на которую должно быть удобно взбираться и, возможно, смогла бы оценить, где именно находится этот парк с ровными, посыпанными песком дорожками, с выложенными по краям круглыми камнями, напоминающими зубы зверя.

— Я старше Громсеса раза в три, а ему уже более ста пятидесяти лет. Осталось слишком мало свидетелей тех времен и договоров.

— Ох ничего себе, — чуть ли не присвистнула Лео, оценивая, Светос выглядит не более чем на сорок лет, а оказывается уже около шестисот.

— Все началось более пятисот лет назад. Те времена сейчас называют «Временами Разделения».

— Что это за времена такие? — спросила, так как пытаясь припомнить, ничего не находила в ранее прочитанной информации.

— В те времена каждый маг спокойно мог использовать как темную так и светлую магию. Именно поэтому чаще всего нарушалось магическое равновесие, и царил хаос. Когда уже все маги стали творить и зло, не взирая ни на что, и мир почти подошел к краю уничтожения, собрались все Архидуайены. Нас оказалось не так уж и много — всего около десятка, а если быть точным — девять. Но все неимоверно сильные, и у меня, девятнадцатилетнего подростка, аж дух захватывало от пребывания среди них. Да, мне было столько же, сколько сейчас тебе, Клеопатра.

— Уверена, вас туда пригласили не просто так, — возразила, пытаясь все понять разом, а заодно и увидеть скрытый смысл, если он там есть.

— Да, неспроста. Было вынесено решение разделить магию на светлую и темную, чтобы нельзя было творить темную магию просто так.

— Лишь разделить?

— Нет, еще был составлен список запрещенных заклинаний.

— О, а его где-то можно найти, а то вдруг начну их использовать?

— Нет, не найдешь. У магов не осталось ни одной книги с их содержанием, формулами или описаниями.

— Ну ладно, а дальше? — посетовала, все же надеясь, сможет как-нибудь прочесть и узнать.

— Все должны были пожертвовать собой ради всеобщего блага. Но после составления списка запрещенных заклинаний один из нас отказался, и его наказали, заточив в магическую тюрьму, сейчас охраняемую Охотниками.

— Он до сих пор жив?

— Не знаю, и знать не хочу. Меня выбрали, так как я на тот момент был самым молодым и не успел прочувствовать темную магию.

— Вы тоже практиковали темную магию? — удивилась Лео, не в состоянии представить ауру этого мага хоть немного темнее.

— Тогда была масса темных заклинаний в ходу. Например, половина заклинаний для дуэлей. Защита родовых имений, бытовая магия.

— А что же изменилось?

— Теперь для того, чтобы использовать темную магию надо пить специальный эликсир или находиться возле источника темной магии.

— А источник где?

— А источником, я полагаю, является сегодняшний Император Тьмы.

— Как так? — Лео не могла поверить, что колдун может являться источником магии.

— Доподлинно неизвестно, кто это, потому то во времена разделения посредством мощнейшего заклинания магию разделили на светлую и темную и за каждую из них остался олицетворением маг. Я стал Светлым магом.

— И вы не знаете, кто стал Темным? Это же случилось при вас!

— Простыми словами — да, я не знаю, так как после ритуала некоторое время был без сознания. Когда я очнулся, все мои коллеги были мертвы и по идее, я остался единственным. Но заклинание сработало, раз я стал олицетворением света. И первое время, я думал, от магии остался лишь Свет, но позже закралось подозрение, что темный источник был слишком слаб и поэтому остался неактивированным. Он бы так и остался не активированным источником, если бы ему не помогли лет тридцать назад. Кто и при каких обстоятельствах — информации нет. И я иногда улавливаю его мысли, но так и не понял, кто это из моих коллег.

— А он может улавливать ваши мысли?

— Только иногда.

— Тогда вы должны знать, как его убить, — предложила, считая теперь легким уничтожить все зло магического мира.

— Отдельно ни Тьму ни Свет нельзя уничтожить, иначе нарушится баланс, и вместо зла уничтожим весь мир.

— Но он же набирает силу.

— Если бы я знал, как его деактивировать.

— А вы являетесь источником светлой магии, можно же что-то сделать и хоть запечатать его?

— Нет, я могу только собирать ее возле себя и напитывать силой ослабленных существ.

— А не может ли быть, что именно после разделения магический мир начал угасать? И вместо пользы, ваша затея принесла дисбаланс и вред?

— Это все, что я хотел тебе рассказать, — гневно проговорил Архидуайен и в мгновение они оказались в его кабинете, показавшимся свежим спасительным оазисом после жары прекрасного парка, по которому прогуливались.

Клеопатра, не имея наглости продолжить дискуссию, поднялась из кресла и устремилась к выходу. Будучи уверенной, на все ее вопросы Севем ответит завтра, поэтому спокойно направилась прочь.

«Не сможет не ответить, так как должен будет дать много нужной информации для понимания возникшей ситуации — все же Искусник».