Каменное эхо - Андрей Имранов

Я принялся раздавать приказы. Ров еще не был закончен, до берега реки оставалось с пол-ли, но это даже шло на пользу моему плану. Я приказал прекратить рытье и оставил у конца рва небольшую группу женщин – имитировать работу, вхолостую махая лопатами. Пусть степняки пребывают в уверенности, что мы просто не успели закончить ров. А сам я начал набирать свою армию. Мать рода отнеслась к моей идее без особого энтузиазма – виданное ли дело, чтобы женщины воевали? Но я задавил ее своим божественным авторитетом, на ходу сочинив пару недвусмысленных видений, поставил под копье всех крепких женщин и начал тренировки.

В первый же день подтвердилась правильность моих выводов: новобранцы из женщин получились что надо. Их даже новобранцами язык не поворачивался назвать – настолько слаженно и четко они действовали. Чтобы совсем уж не потрясать основы местного мироздания, я разбил свой первый отряд на тройки и во главе каждой из них поставил мужчину – из «гвардейцев». Получившейся структуре предстояло стать высшим офицерским звеном моей армии. Ежедневно мы отрабатывали маневры в холмах за рвом, а на вторую седмицу учений у нас случился неожиданный бой. Дело было так.

Я стоял на холме в отдалении от своего маленького войска и наблюдал за его маневрами. Тут вылетел конный отряд хара-нги из семи всадников и с ходу врубился в центр моей армии. Видимо, ребята были не в курсе изменений в местной политической обстановке, поэтому осмелились небольшим числом напасть на нас. Я бы сам мог их всех перебить без особого напряжения, не будь их появление для меня такой неожиданностью. До этого я не встречал здесь ни лошадей, ни их следов и полагал, что кавалерии как таковой в этой местности не существует. Подход вражеского отряда я прощелкал, а после начала тесного контакта не мог использовать заклинания на дальнем расстоянии, не повредив собственным бойцам. Я отметил, что степняков немного, но на мое небитое войско хватит, рявкнул: «Отступаем!» – и бросился вниз с холма к месту боя, на третьем шаге вспомнив про ров за спиной. «Кто сейчас занят боем – продолжайте. Отгоняйте лошадей копьями! Остальные – бегите ко рву через вершину холма! Заманивайте их в ров!» – приказал я своим гвардейцам, с которыми у меня поддерживалась постоянная симпатическая связь. После чего побежал к месту, к которому мои бойцы должны были вывести степняков. Изгиб местности скрыл от меня место боя, но, когда я, пыхтя и отдуваясь, выбрался на холм у рва, почти все уже было кончено. В принципе, еще продолжавших сопротивляться двоих степняков я мог бы и не добивать – им и так ничего не светило.

Эта короткая стычка сильно сократила размер моего войска – мы потеряли восемь человек убитыми, и еще пятеро были серьезно ранены. Но я ожидал худшего, а мои воительницы, сдается мне, и того более. Они были потрясены собственной победой куда больше, чем потерями. Переоценить результат этой стычки было сложно – воинский дух выживших бойцов немедленно взлетел до небес. Они убедились, что могут успешно противостоять набегам вооруженных степняков даже без моей помощи, и это было для них величайшим открытием. Деревня моя ликовала, я же пребывал в раздумьях – если у степняков есть кавалерия, мне нужно срочно менять свой план. Одной сотни конных хара-нги хватит, чтобы растоптать мой замысел. Но Рим-Са меня утешил. «Это та-хара-нги, – сказал он, – далекие Сухие Люди. Они живут сильно далеко отсюда, нападают очень редко и только в сезон дождей. В сухой сезон им нечем поить лошадей в степях. Не беспокойся, Великий, больше они не придут». Я успокоился и начал готовить всеобщую мобилизацию. Для начала сменил собственный статус. «Орленок» был неплох, чтобы надрать задницу отряду-другому степняков, но, чтобы изменить уклад жизни многотысячного племени, этого недостаточно. Я назвал себя «Хуту-Лин» и отправил вдоль реки рекрутов. Мокрый сезон заканчивался, я надеялся лишь, что Девятеро (или там Великая Орлица на пару с Великой Рыбой, неважно) дадут мне достаточно времени, чтобы хотя бы немного потренировать свою армию перед решающей битвой.

ГЛАВА 2

Секрет успеха состоит в искренности: если вы научитесь ее имитировать, для вас не будет ничего невозможного.

Ирси Кафра-и-Нассен

Я услышала шум во дворе и поморщилась. Никак мой благоверный вернулся с гостями. Опять, значит, придется изображать счастливую в браке покорную жену. Послышались мелодичные переливы дверного звонка – и в самом деле гости; когда Гастен возвращался один, он никогда не звонил. Я подошла к двери, надела на лицо дежурную улыбку номер двадцать семь («любящая жена рада приветствовать дорогих друзей своего любимого мужа») и потянула ручку. И тут же почувствовала, как застывают мышцы на лице, превращая улыбку в гримасу – спутником моего благоверного оказался сухощавый пожилой мужчина в светло-серой робе с вышитыми на рукавах крылатыми мечами. Горова погибель, светляк!

Неимоверным усилием воли я заставила слушаться мышцы лица, перестала улыбаться, коротко поклонилась и шагнула назад. По этикету гостю следовало еще и предложить войти, но я ограничилась приглашающим жестом," справедливо опасаясь, что голос меня подведет. Тьма его заешь, муженька моего, он что, совсем мозгов лишился – кого он привел? Или… – Я похолодела. Или все намного проще и это следует расценивать как развод? Хотя одним из основных пунктов нашего с Гастеном соглашения и была защита меня от посягательств светляков, я нимало не обманывалась насчет собственной безопасности. И то, что за целый год я не увидела вблизи ни одного крылатого меча, вовсе не означало, что Гастен сильнее ордена, а лишь то, что я не очень-то и нужна светлякам. Видимо, случилось нечто, что подогрело их интерес, и они сделали Гастену очень выгодное предложение. Тем более что это было не так уж и сложно – у него туговато шли дела в последнее время.

– Дорогая, – сказал Гастен громко, но я с трудом расслышала его голос из-за шума в ушах, – у нас гость, если ты заметила. Распорядись накрыть стол в гостевом доме, пока мы посидим в чайной комнате.

– Не стоит беспокоиться, – сказал светляк с заметным акцентом, мазнув по мне равнодушным взглядом, – я не отниму у вас много времени. Будет лучше, если мы сразу займемся делом.

– Как пожелаете. – Гастен вытянул руку в приглашающем жесте, и светляк неслышной тенью проплыл мимо. Меня окатило волной холодного воздуха, словно мимо прошла ожившая ледяная скульптура. Гастен шагнул следом и закрыл за собой входную дверь.

– Что это значит? – прошипела я, воспользовавшись тем, что светляк уже прошел в комнату.